ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО НРАВСТВЕННОСТИ

Найдено 6 определений
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] Время: [современное]

ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО НРАВСТВЕННОСТИ
одна из древнейших заповедей и норм морали и нравственности. Встречается у Фалеса, Конфуция, в Библии, у Канта – одна из формулировок "нравственного закона" - категорического императива. В общем виде формулируется следующим образом: "Поступай по отношению к другому так, как ты бы хотел, чтобы поступали по отношению к тебе".

Источник: Философия: конспект лекций и словарь терминов (элементарный курс)

ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО НРАВСТВЕННОСТИ
одно из главных моральных требований, задающее принцип поведения по отношению к другим людям: не поступай с другими так, как ты бы не хотел, чтобы поступали с тобой, т.е. люди должны относиться друг к другу как равноценные - это квинтэссенция житейской мудрости известная с древности, но с конца XVIII века за ним закрепилось название «золотое правило».

Источник: Тематический философский словарь

ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО НРАВСТВЕННОСТИ
одно из главных моральных требований, задающее принцип поведения по отношению к другим людям: (не) поступай с другими так, как бы (не) хотел, чтобы они поступали с тобой. Вариант с «не» называется отрицательной формулировкой, без «не» - положительной. Первый вариант отличается от второго отсутствием побуждения к определенным поступкам, что сдерживает нравственную активность, но и ограждает свободу другого, защищая от возможно неблагоприятных для него, хотя и совершаемых с благими намерениями воздействий. Согласно золотому правилу нравственности, люди должны относиться друг к другу с уважением, состраданием - по справедливости, как к принципиально равноценным; выбирая благое для себя, способствовать такому же выбору для другого. Это позволяет обрести собственный универсальный критерий для задания правил и норм поведения, за которые полностью отвечает личность. Золотое правило нравственности известно с древности как квинтэссенция житейской мудрости, встречается в наиболее почитаемых произведениях и фольклоре многих народов. Принято в большинстве этических учений. С конца XVIII в. за ним закрепилось название «золотое правило».

Источник: Краткий философский словарь 2004

«Золотое правило» нравственности
основа нравственного поведения личности, концентрированное выражение принципа гуманизма, осознанное человечеством в древнейшие времена. История становления этого принципа как основы нравственного поведения одновременно является историей становления нравственности. В современном его значении «3. п.» н. начинает использоваться в XVIII в. Изначально, в условиях родоплеменной общности, действовал универсальный обычай кровной мести («око за око, зуб за зуб»), талион, содержание которого сводится к идее равного воздаяния: «возмездие по отношению к представителю другого рода должно быть равно причиненному им ущербу тебе или членам твоего рода». Этот жестокий, с современной точки зрения, обычай ограничивал вражду родов, вводил ее в определенные рамки, ибо требовал строго равного воздаяния. В талионе отражена спаянность рода и отчужденность межродовых взаимодействий. Разрушение родоплеменных отношений вело к невозможности четкого разделения на «своих» и «чужих». Внеродовые экономические связи порой оказывались важнее связей родственных. Как индивид уже не желает отвечать за прегрешения родственников, так и родовая общность не стремится брать на себя ответственность за проступки своих членов. В этих условиях талион, рассчитанный на действия в рамках взаимоотношений «своих» и «чужих», теряет свою эффективность. Возникает необходимость формирования нового принципа регуляции межиндивидуальных отношений, не зависящего от родоплеменной принадлежности индивида. Таким принципом стало «3. п.» н., упоминания о котором встречаются уже в VI-VBB. ДО Н. Э. — В учении Конфуция, в памятнике древнеиндийской культуры «Махабхарата», в изречениях семи греческих мудрецов, в Ветхом и Новом Заветах. Например, в Евангелии от Матфея «3. п.» н. звучит следующим образом: «Итак, во всем как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними...» В отличие от приведенной «позитивной», существует и «негативная» формулировка «3. п.» н.: «Не желай другому того, чего не желаешь себе». «Другой» в «3. п.» н. — это любой человек, ближний и дальний, знакомый и незнакомый. «3. п.» н. в скрытой форме содержит представления о равенстве всех людей. Но равенство это не принижает людей, не делает их одинаковыми. Это равенство в свободе, равенство возможностей бесконечного совершенствования, равенство в тех человеческих качествах, которые индивид считает наилучшими; равенство перед теми нормами поведения, которые оптимальны для каждого человека. «3. п.» н. предполагает возможность для каждого из нас встать на место другого человека: я к себе могу отнестись, как к другому, к другому — как к себе. Такое отношение и есть основа связи между людьми, которая называется любовью. Отсюда — другая формулировка «3. п.» н.: «Люби ближнего, как самого себя». «3. п.» н. требует отношения к другому человеку, как к себе, в перспективе совершенства, т. е. как к цели, но никогда — как к средству. «3. п.» н. в качестве основы нравственного поведения и нравственного сознания всегда было объектом пристального внимания философов. Т. Гоббс считал его основой естественных законов, определяющих жизнь человека. Это правило доступно для понимания каждого, оно помогает ограничить индивидуальные эгоистические притязания, что составляет основу единения людей в государстве. Дж. Локк не считал «3. п.» н. врожденным человеку, напротив, в его основе лежит естественное равенство людей, осознав которое в форМе «3. п.» н., люди приходят к состоянию общественной добродетели". И. Кант критически оценивал традиционные формулировки «3. п.» н. По его мнению, «3. п.» н. в явном виде не позволяет оценить степень нравственной развитости индивида: индивид может занизить нравственные требования к самому себе, может стать на позиции эгоизма («Я не мешаю вам жить, не мешайте жить и мне»). Традиционно «3. п.» н. включало в нравственное поведение желание индивида. Но человеческие желания, страсти, по мнению Канта, делают его рабом природы и полностью выводят за пределы мира нравственного — мира свободы. Однако категорический императив Канта — центральное понятие его этического учения — есть философски уточненное «3. п.» н.: поступай так, чтобы максима твоей воли всегда могла стать основой всеобщего законодательства. Страсти, желания не должны подменять нравственные мотивы поступка. Индивид возлагает на себя ответственность за возможные последствия своего поведения.

Источник: Философия. Словарь по обществознанию

ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО НРАВСТВЕННОСТИ
принцип: «(Не) поступай по отношению к другим так, как ты (не) хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе», исторически фигурировавший под разными названиями - краткое изречение, принцип, правило, заповедь, основной принцип, поговорка, предписание и т.д. Термин «З.п.» за ним закрепился с кон. 18 в. Первые упоминания о З.п. относятся к сер. I тыс. до н.э. Его мы находим в «Махабхарате» (Мокшадхарма, 12,260), в изречениях Будды («Дхаммапада», Х,129; XII, 159). Конфуций на вопрос ученика, можно ли всю жизнь руководствоваться одним словом, ответил: «Это слово — взаимность. Не делай другим того, чего не желаешь себе» (Лунь юй, 15,23). Из др.-греч. источников следует указать на Гомера («Одиссея», 4188-189) и Геродота («История», 111,142; VII,136).
В Библии З.п. упоминается в ветхозаветной книге Товита (Тов. 4:15) и дважды в Евангелиях при изложении Нагорной проповеди (Лк. 3:31; Мф. 7:12). Евангельская формулировка З.п. считается наиболее полной и адекватной: «Итак, во всем как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки» (Мф. 7:12).
В Коране З.п. не зафиксировано, но оно встречается в «Сунне» как одно из изречений Мухаммеда. Раз возникнув, З.п. прочно вошло в культуру и массовое сознание, закрепилось в виде пословиц, очевидных требований житейской мудрости (нем.: «Was du nicht willst, dafl man dir tu, das fug auch keinem anderen zu»; рус: «Чего в другом не любишь, того и сам не делай»).
В античных философских текстах З.п. встречается редко и всегда как требование житейской нравственности, но не как теоретически санкционированный принцип. Оно приписывается двум из семи мудрецов — Питтаку и Фалесу. На вопрос, какая жизнь самая лучшая и праведная, Фалес ответил: «Когда мы не делаем сами того, что осуждаем в других» (Диоген Лаэртский, 1,36). На З.п. ссылается Сенека (Письма к Луцилию, 94, 43), Эпиктет (Афоризмы, 42). Средневеково-христианская этика рассматривает З.п. в контексте Нагорной проповеди. Для Августина З.п. — принцип естественной нравственности, к-рым следует руководствоваться в отношениях между людьми (О порядке, 11,8) и нарушение (выворачивание) к-рого деформирует человеческое поведение (Исповедь, 1,19), одновременно он рассматривает его как конкретное выражение закона любви, понимаемой как любовь к Богу: «Закон же любви состоит в том, чтобы человек желал ближнему того же самого добра, какого желает и себе самому, и не желал ему того зла, какого не желает себе» (Об истинной религии, 46). З.п. входит в социально-договорную концепцию Т.Гоббса, выступая в качестве критерия, позволяющего установить, не противоречит ли действие естественным законам (О гражданине, 1,111,26). Дж.Локк видит в З.п. «непоколебимое нравственное правило и основу всякой общественной добродетели» (Опыты о человеческом разумении. 1,3,4). Г.ВЛейбниц считает, что З.п. не является самоочевидным мерилом нравственности: оно лишь описывает диспозицию для вынесения справедливого суждения (встать на т.з. другого). Х.Томазий на материале З.п. разграничивает сферы права, политики и морали. Он выделяет три формы З.п., называя их соответственно принципами права (justum), приличия (decorum) и уважения (honestum). Принцип права состоит в том, чтобы человек не делал никому того, чего он не желает, чтобы другой сделал ему. Принцип приличия предполагает делать другому то, что человек желает, чтобы другой сделал ему. Принцип уважения требует от человека поступать так, как он желал бы, чтобы поступали другие. Первые два принципа обобщаются в естественном праве и политике, и Томазий называет их внешними законами, последний — в этике. По И.Канту, З.п. не может быть всеобщим законом, т.к. оно не содержит в себе оснований долга, и преступник, исходя из него, мог бы приводить доводы против своих судей. Кант придавал принципиальное значение различению категорического императива и З.п. Некоторые критики Канта, напротив, видели в категорическом императиве лишь иное выражение З.п. (А.Шопенгауэр). Ссылки на З.п. как критерий нравственной оценки и концентрированное выражение гуманистической морали имеются также у марксистских авторов (К.Маркс, А.Бебель). П.А.Кропоткин видел в З.п. выражение общеприродного закона взаимопомощи. Л.Н.Толстой рассматривал З.п. как этический инвариант, присущий всем религиям, наиболее последовательно сформулированный в учении Христа и выражающий общечеловеческую суть нравственности. Наиболее полную содержательную характеристику и классификацию форм З.п. в современной лит-ре предложил Г.Райнер, чей анализ перекликается с позицией Томазия. Он выделяет три формы З.п. 1. Правило вчувствования (Einftihlungsregel): «(He) делай другому то, что (не) желаешь себе». Здесь эгоистическая воля индивида становится масштабом поведения, и в такой формулировке правило не может быть возвышено до всеобщего нравственного принципа - его негативная формулировка исключает наказание; поскольку оно человеку неприятно, утвердительная форма не может быть всеобщим масштабом поведения, потому что эгоистические желания часто безмерны. 2. Правило автономии (Autonomieregel): «(He) делай сам того, что ты находишь (не)похвальным в другом». Основой принятия решения в данном случае является беспристрастное суждение о поведении других. 3. Правило взаимности, объединяющее первых два и совпадающее с евангельской формулировкой (Gegenseitigkeitsregel): «Как вы хотите, чтобы по отношению к вам поступали люди, поступайте так же и вы по отношению к ним». Здесь основой принятия решения является собственное желание индивида, совпадающее с его же беспристрастным суждением о поведении других. Райнер оправданно считает, что правило взаимности является наиболее полной и адекватной формулой З.п. З.п. и генетически, и по существу представляет собой отрицание талиона.
В процессе многообразной внутренней дифференциации и расширения общественных отношений талион трансформируется в двух направлениях: подлежащий отмщению ущерб стал а) калькулироваться с учетом субъективного аспекта действия (за его скобки постепенно выносятся ущерб, нанесенный скотом, ненамеренные действия и т.д.) и б) заменяется материальным вознаграждением, выкупом. Эти изменения привели к необходимости персхода от коллективной ответственности рода к индивидуальной ответственности лиц и снятия той резкой разделенности между «своими» и «чужими», к-рая могла уравновешиваться только взаимным признанием права силы. Они воплотились в З.п. Посредствующим звеном в процессе перехода от талиона к З.п. было правило: добром за добро, обидой за обиду (А.Диле). З.п. от талиона отличается тем, что: а) оно утверждает в качестве субъекта поведения самодействующее лицо и обязывает его руководствоваться своими собственными представлениями о хорошем и плохом («чего в другом не любишь...», «во всем, как хотел...»); б) соединяет «своих» и «чужих», к-рые теперь становятся просто другими и охватывают всех людей; в) представляет собой идеально (мысленно) заданный регулятив поведения, а не обычай. З.п. — это формула отношения человека к себе через его отношение к другим. Существенно важно, что у этих видов отношений — разные модальности: отношение к себе реально, охватывает поступки («поступайте и вы», «того и сам не делай»), отношение к другим идеально, охватывает область пожеланий («как вы хотите», «чего в другом не любишь»). Предполагается, что человек необходимо должен и хочет руководствоваться нормами, к-рые имеют достоинство всеобщности (не разрушают его связей с другими, а открывают перспективу сотрудничества с ними). З.п. предлагает способ, с помощью к-рого он это может установить. Норма может считаться всеобщей (и в этом смысле нравственной), если субъект действия готов признать (санкционировать, пожелать) ее и в том случае, если другие будут применять ее по отношению к нему самому. Для этого ему необходимо мысленно поставить себя на место другого (других), т.е. тех, кто будет испытывать действие нормы, а другого (других) поставить на свое собственное место. Аргументы Лейбница (желания могут быть безграничными) и Канта (преступник не пожелал бы быть осужденным) не учитывают этого мысленного обмена диспозициями, в результате чего субъект исходит не из своих ситуативно заданных эгоистических желаний по отношению к другому, а из тех предполагаемых желаний, к-рыми бы он руководствовался, окажись он на месте другого, а тот другой, на его месте. З.п. можно интерпретировать как мысленный эксперимент для выявления нравственного качества отношений между индивидами в их взаимности (взаимоприемлемости этих отношений для обеих сторон). Оно соединяет произвольность моральных требований с их общезначимостью и в этом смысле выражает специфичность нравственности как таковой. Специфичность З.п. как сугубо нравственного феномена отразилась и в его языке. Язык талиона выдержан исключительно в повелительном наклонении — его императивность является категорической, и в этом отношении «жизнь за жизнь» ничем не отличается от «не убий». З.п. дополняет повелительное наклонение сослагательным («как вы хотите» означает на самом деле «как вы хотели бы»). Через повелительное наклонение формула З.п. задаст отношение субъекта к себе, а через сослагательное наклонение — отношение к другим. Получается: мораль общезначима в качестве идеального проекта, в желаниях и произвольна в качестве реального выбора, в поступках. Лит.: Гусейнов А.А. Золотое правило нравственности. 3-е изд. М.: Молодая гвардия, 1988. С. 91 — 131; Dihle A. Die goldcnc Regcl. Eine Einfiihrung in die Gcschichtc dcr antiken und fruhchristlichcn Vulgarcthik. Goltingcn: Vandchoek &. Ruprccht. 1962; Reiner If. Die «Goldene Rcgel» Die Bcdcuiung ciner sittlichen Grundformel der Menschheit // Zeitschrift fur philosophischc Forschung. 1948. Bd. III. Hft. 1.

Источник: Этика. Энциклопедический словарь. М. Гардарики 2001

ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО НРАВСТВЕННОСТИ
Не) поступай по отношению к другим так, как ты (не) хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе». Данное нравственное требование фигурировало под разными наименованиями: краткое изречение, принцип, заповедь, основной принцип, поговорка, предписание и т. д. Термин «золотое правило» за ним закрепился с конца 18 в.
Первые упоминания о «золотом правиле нравственности» относятся к т. н. «осевому времени» — середине I тысячелетия до н. э. Оно встречается в «Махабхарате» (Мокшадхарма, кн. 12, гл. 260), в изречениях Будды (Дхаммапада, гл. X, 129; гл. XII, 159), у Гомера (Одиссея, V, 188—189) и Геродота (История, кн. III, 142; VII, 136). Конфуций на вопрос ученика о том, можно ли всю жизнь руководствоваться одним словом, ответил: «Это слово — взаимность. Не делай другим того, чего не желаешь себе» («Лунь Юй». 15, 23). В Библии «золотое правило» упоминается в ветхозаветной книге Товита (Тов. 4:15) и дважды в Евангелиях при изложении Нагорной проповеди (Лк. 3:31; Мф. 7:12). Евангельская формулировка считается наиболее полной и адекватной: «Итак, во всем как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки» (Мф., 7:12). В Коране «золотое правило» не зафиксировано, но оно встречается в «Сунне» как одно из изречений Мухаммеда. «Золотое правило нравственности» прочно вошло в культуру и массовое сознание, осело в виде пословиц, очевидных требований житейской мудрости (немецкое: «Was du nicht willst, dass man dir tu, das fueg auch keinem anderen zu»; русское: «Чего в другом не любишь, того и сам не делай»).
В античных философских текстах «золотое правило» встречается редко и всегда как требование житейской нравственности, но не как теоретически санкционированный принцип. Оно приписывается двум из семи мудрецов — Питтаку и Фалесу. На вопрос, как прожить жизнь самую лучшую и праведную, Фалес ответил: «Если сами не будем делать того, в чем упрекаем других» (Фрагменты ранних греческих философов, ч. I. М., 1989, с. 103). На «золотое правило» ссылается Сенека («Письма к Луцилию», 94,43).
Христианская средневековая этика рассматривает «золотое правило нравственности» в контексте Нагорной проповеди. Для Августина «золотое правило» — принцип естественной нравственности, которым следует руководствоваться в отношениях между людьми («О порядке», II, 8) и нарушение (выворачивание) которого деформирует человеческое поведение («Исповедь». 1,19); одновременно он рассматривает его как конкретное выражение закона любви, понимаемого как любовь к Богу: «Закон же любви состоит в том, чтобы человек желал ближнему того же самого добра, какого желает и себе самому, и не желал ему того зла, какого не желает себе» («Об истинной религии», 46). «Золотое правило нравственности» входит в социально-договорную концепцию Т. Гоббса, выступая в качестве критерия, позволяющего установить, не противоречит ли действие естественным законам («О гражданине», раздел I, гл. III, 26). Д. Локк видит в «золотом правиле» «непоколебимое нравственное правило и основу всякой общественной добродетели» («Опыты о человеческом разумении». Кн. I, гл. 3, § 4). Лейбниц считает, что «золотое правило» не является самоочевидным мерилом нравственности: «Если бы это зависело от нас, то мы хотели бы от других излишнего; значит ли это, что мы должны делать излишнее и другим?» («Новые опыты о человеческом разумении автора системы предустановленной гармонии». Кн. I, гл. II, § 4). По его мнению, это правило лишь описывает диспозицию для вынесения справедливого суждения (встать на точку зрения другого).
X. Томазий на материале «золотого правила нравственности» разграничивает сферы права, политики и морали. Он выделяет три формы «золотого правила», называя их соответственно принципами права (justum), приличия (decorum) и уважения (honestum). Принцип права состоит в том, чтобы человек не делал никому другому того, чего он не желает, чтобы другой сделал ему Принцип приличия предполагает делать другому то, чего он желает, чтобы другой сделал ему Принцип уважения требует от человека поступать так, как он желал бы, чтобы поступали другие. Первые два принципа обобщаются в естественном праве и политике (Томазий называет их внешними законами), последний — в этике.
По Канту, «золотое правило нравственности» не может быть всеобщим законом, т. к. оно не содержит в себе оснований долга, и преступник, исходя из него, «стал бы приводить доводы против своих карающих судей» («Основание к метафизике нравственности». Соч., т. 4(1), с. 271). Кант придавал принципиальное значение различению категорического императива и «золотого правила». Некоторые критики Канта, напротив, видели в категорическом императиве лишь иное выражение «золотого правила» (см. Шопенгауэр А. Об основе морали. § 7). Ссылки на «золотое правило» как критерий нравственной оценки и концентрированное выражение гуманистической морали имеются также в марксистских текстах — у К. Маркса (Дебаты о свободе печати...— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 3), А. Бебеля (Женщина и социализм. М., 1959, с. 516). П. Кропоткин видел в нем выражение общеприродного закона взаимопомощи (Современная наука и анархия. М., 1990, с. 338—41). Л. Н. Толстой рассматривал «золотое правило» как этический инвариант, присущий всем религиям, наиболее последовательно сформулированный в учении Христа и выражающий общечеловеческую суть нравственности («Что такое религия и в чем сущность ее?»).
В современной литературе наиболее полную содержательную характеристику «золотого правила нравственности» (перекликающуюся с трактовкой Томазия) предложил Г. Райнер, выделивший три его формы. Правило вчувствования (Einfuhlungsregel): «(не) делай другому то, что (не) желаешь себе». Здесь эгоистическая воля индивида становится масштабом поведения, и в таком виде правило не может быть возвышено до всеобщего нравственного принципа — его негативная формулировка исключает наказание, поскольку оно человеку неприятно, утвердительная форма не может быть всеобщим масштабом поведения, потому что эгоистические желания часто безмерны. Правило автономности (Autonomieregel): «(не) делай сам того, что ты находишь (не)похвальным в другом»; основой принятия решения в данном случае является беспристрастное суждение о поведении других. Правило взаимности, объединяющее первые два и совпадающее с евангельской формулировкой (Gegenseitigkeitsregel): «как вы хотите, чтобы по отношению к вам поступали люди, поступайте так же и вы по отношению к ним». Здесь основой принятия решения является собственное желание индивида, совпадающее с его же беспристрастным суждением о поведении других. Райнер оправданно считает, что правило взаимности является наиболее полной и адекватной формулой «золотого правила».
«Золотое правило нравственности» и генетически, и по существу представляет собой отрицание талиона. В процессе многообразной внутренней дифференциации и расширения общественных отношений талион трансформировался в двух направлениях: подлежащий отмщению ущерб стал калькулироваться с учетом субъективного аспекта (за его скобки постепенно выносятся ненамеренные действия, ущерб, нанесенный скотом, и т. д.) и заменяться материальным вознаграждением, выкупом. Изменения, приведшие к необходимости перехода от коллективной ответственности рода к индивидуальной ответственности лиц и снятия той резкой разд елейности между «своими» и «чужими», которая могла уравновешиваться только взаимным признанием права силы, и воплотились в «золотом правиле нравственности». Как полагает А. Диле, посредствующим звеном в процессе перехода от талиона к «золотому правилу» было правило: «добром за добро, обидой за обиду». «Золотое правило» от талиона отличается тем, что оно: 1) утверждает в качестве субъекта поведения само действующее лицо и обязывает его руководствоваться своими собственными представлениями о хорошем и плохом («чего в другом не любишь...», «во всем, как хотел...»); 2) соединяет «своих» и «чужих», которые теперь становятся просто другими и охватывают всех людей; 3) представляет собой идеально (мысленно) заданный регулятив поведения, а не обычай.
«Золотое правило нравственности» есть формула отношения человека к себе через его отношение к другим. Существенно важно, что у этих видов отношений — разные модальности: отношение к себе реально, охватывает поступки («поступайте и вы», «того и сам не делай»), отношение к другим идеально, охватывает область пожеланий («как вы хотите», «чего в другом не любите»). Предполагается, что человек необходимо должен и хочет руководствоваться нормами, которые имеют достоинство всеобщности (не разрушают его связей с другими, а открывают перспективу сотрудничества с ними). «Золотое правило» предлагает способ, с помощью которого это можно установить. Норма может считаться всеобщей (и в этом смысле нравственной), если субъект действия готов признать (санкционировать, пожелать) ее, и в том случае, если другие будут применять ее по отношению к нему самому. Для этого ему необходимо мысленно поставить себя на место другого (других), т. е. тех, кто будет испытывать действие нормы, а другого (других) поставить на свое собственное место. Аргументы Лейбница (желания могут быть безграничными) и Канта (преступник не пожелал бы быть осужденным) не учитывают этого мысленного обмена диспозициями, в результате чего субъект исходит не из своих ситуативно заданных эгоистических желаний по отношению к другому, а из тех предполагаемых желаний, которыми он руководствовался бы, окажись он на месте другого, а тот, другой, на его месте. «Золотое правило» можно интерпретировать как мысленный эксперимент для выявления нравственного качества отношений между индивидами (взаимоприемлемости этих отношений для обеих сторон). Оно соединяет произвольность моральных требований с их общезначимостью и в этом смысле выражает специфичность нравственности как таковой.
Специфичность «золотого правила» как сугубо нравственного феномена отразилась и в его языковом выражении. Формулировка талиона выдержана исключительно в повелительном наклонении — ее императивность является категорической и в этом отношении «жизнь за жизнь» ничем не отличается от «не убий». «Золотое правило нравственности» дополняет повелительное наклонение сослагательным («как вы хотите» в значении «как вы хотели бы»). Через повелительное наклонение формула «золотого правила» задает отношение субъекта к себе, а через сослагательное наклонение — отношение к другим. Таким образом, нравственность оказывается общезначимой в качестве идеального проекта, в желаниях и произвольна в качестве реального выбора, в поступках.
Лит.: Гусейнов А. А. Золотое правило нравственности. М., 1988, с. 91 — 131: Dihle A. Die goldene Regel. Eine Einfuhrung in die Geschichte der antiken und fruhchristlichen Vulgarethik. Gott., 1962; Reiner H. Die «Goldene Regel» Die Bedeutung einer sittlichen Grundformel der Menschheit.— «Zeitschrift fur philosophische Forschung», 1948, Bd. 3, H l.
А. А. Гусейнов

Источник: Новая философская энциклопедия

Найдено научных статей по теме — 3

Читать PDF
642.50 кб

О золотом правиле нравственности

Неретина С.С., Блюхер Ф.Н., Гурко С.Л.
Этот «круглый стол» состоялся почти по следам выступления о «золотом правиле нравственности. Он не готовился специально и не напоминал последовательные выступления докладчиков с заранее выстроенными текстами.
Читать PDF
875.64 кб

Понятие признания и золотое правило нравственности

Ставцева Ольга Ивановна
В статье анализируется гегелевское понятие признания (Anerkennung), выявляется его значение для индивидуализации и социализации человека, что позволяет соотнести его с золотым правилом нравственности.
Читать PDF
438.84 кб

Забвение «Золотого правила нравственности» и утрата культуры доверия в поведении и человеческих взаи

Филюшкина Диана Владимировна
В статье показано, что составной частью процесса нарастающей духовной люмпенизации российского общества является забвение «золотого правила нравственности» и утрата культуры доверия в поведении и человеческих взаимоотношениях.