ДЕМОН

Найдено 10 определений
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] [зарубежный] Время: [советское] [постсоветское] [современное]

Демон
Мелкий бес или (у древних греков) низшее божество. Демонов неисчислимое множество: имя им легион. В отличие от них дьявол стремится к принципиальной уникальности и претендует на роль князя мира сего.

Источник: Философский словарь.

ДЕМОН
греч.-дух, божество): в греческой мифологии всякое божество или дух-хранитель, способствующий или противодействующий человеку в его деятельности. В иудаизме и христианстве – падший ангел, превратившийся в злого духа, диавол; в исламе – джин.

Источник: Евразийская мудрость от а до Я

ДЕМОН
(от греч. башюп — дух, божество) — в греческой мифологии всякое божество или дух-хранитель, способствующий или противодействующий человеку в его деятельности. В иудаизме и христианстве — падший ангел, превратившийся в злого духа (диавол); в исламе — джин.

Источник: Философско-терминологический словарь 2004

Демон
греч.)  – сверхъестественное существо, не являющееся богом и низшее по отношению к нему. В мифологиях различных народов Д. либо не подчиняется богу, либо враждебен богу. Он никогда не ставит своей целью благо человечества и не склонен к бескорыстному добру– может вступить в сотрудничество или даже помочь, но обычно враждебен и стремится причинить зло. В более узком смысле Д. – это злой дух, состоящий на службе у главного противника доброго божества и стремящийся повредить всем хорошим делам и начинаниям.

Источник: Мифологический словарь

Демон
от греч. daimon — божество, дух) — непостижимая сила, приписываемая людьми таким природным явлениям, которые они не могут понять на основе своего повседневного опыта. Со времен Гераклита, Платона и стоиков демон в человеке рассматривается как его своеобразие, роковая определенность (демонический). Родственное значение зла, зловещего, возникло лишь с появлением христианства и в более позднюю эпоху античного мира вместе с верой в чудеса. «Демоническое» есть нечто настолько необъяснимое с точки зрения его действий что вызывает ужас, а часто играет роль разрушительной силы.

Источник: Начала современного естествознания: тезаурус

ДЕМОН
Греч.) В первоначальных герметических трудах и древних
классических сочинениях, идентичное с "богом", "ангелом" или
"гением". Демон Сократа есть нетленная часть человека или,
вернее, истинный внутренний человек, которого мы называем Ноус
или разумным божественным Эго. Во всяком случае, Демон (или
Даймон) этого великого Мудреца конечно же не был демоном
христианского Ада или христианского ортодоксального богословия.
Это название древние, и в особенности - философы Александрийской
школы, давали духам всех родов, как добрым, так и злым,
человеческим и иного рода. Это название часто есть синоним
наименованиям боги или ангелы. Но некоторые философы старались, с
хорошим к тому основанием, делать справедливое различие между
многими классами.

Источник: Теософский словарь

ДЕМОН
греч. - божество) - непостижимая сила, приписываемая человеком таким явлениям, которые он не может понять на основе своего повседневного опыта. Со времени Гераклита, Платона и стоиков демон в человеке рассматривается как его своеобразие, роковая определенность (демонический). Родственное значение зла, зловещего, возникло лишь с появлением христианства и в более позднюю эпоху античного мира вместе с верой в чудеса. У Гомера этим словом часто обозначается божество, которое не может быть определено точнее, но о котором человек узнает благодаря таинственным (не обязательно вредным) воздействиям его на человека. "Демоническое" есть нечто настолько необъяснимое с точки зрения его действий, что вызывает ужас, а часто играет роль разрушительной силы. В этом смысле говорят о демонии техники, о демонии войны или государства, также о демонии современного человека, который чувствует себя направляемым сверхъестественными, неизвестными силами к неизвестной цели. См. также Власть.

Источник: Философский энциклопедический словарь

ДЕМОН
(Dämon; греч. — «божество») — непостижимая сила, которую человек приписывает таким явлениям, которые он не может понять исходя из своего обычного опыта. Демон в человеке со времени Гераклита, Платона и стоиков рассматривается как его своеобразие, его роковая определенность; у Гомера это чаще всего обозначение божеств, которые не позволяют определить себя точнее, но обнаруживаются посредством таинственных (не обязательно вредных) воздействий на людей. Побочное значение злого, жуткого (демонического) возникло только в христианстве и в позднеантичной вере в колдовство. «Демоническое» — это нечто необъяснимо воздействующее в таком масштабе, который оказывает зловещее и часто разрушительное действие. В этом смысле говорят о демонии техники, о демонии войны или государства, также о демонии современного человека, который чувствует себя направляемым сверхъестественными, неизвестными силами к неведомой цели; см. также Власть.
U. v. Wilamowitz. Der Glaube der Hellenen, 1931 (Repr. 1955); A. Weber. Der dritte oder der vierte Mensch. Vom Sinn des geschichtl. Daseins, 1953; A. Metzger. Dämonie u. Transzendenz, 1964; G. Luck. Magie und andere Geheimlehren in der Antike, 1990 (KTA 489).

Источник: Философский словарь [Пер. с нем.] Под ред. Г. Шишкоффа. Издательство М. Иностранная литература. 1961

ДЕМОН

(греч. daimon, daimonion) - в древнегреческой философии бестелесное существо рангом ниже богов, обладающее сверхчеловеческими силами и служащее для связи между людьми и богами. Различали темных и светлых демонов (даймонов) и считали их космически необходимыми, порожденными Мировой Душой для действия на разных планах бытия, в том числе и в земных стихиях. В поздней античной культуре демонов представляли себе либо подневольными и ограниченными, либо опасными и враждебными человеку, что дало основание христианам отождествить демонов с бесами - злыми богопротивными духами, которых возглавляет Сатана. Такое понимание демона как беса христианство и закрепило. В ранней греческой культуре, однако, демонами (даймонами) нередко называли добрые души великих людей, живших в древнем "золотом веке" (Гесиод), которые могут быть посланы для поддержки, защиты и духовного руководства к людям на земле, избранным для исполнения какой-то миссии. Самый известный - это "даймон Сократа", тайну которого разгадывали многие вплоть до XX вв. Нет оснований отождествлять его с бесом, потому что Сократ исполнял нравственную правду и призывал к этому сограждан. В пользу этого говорит также готовность св. Юстина Философа (III в.) считать Сократа "христианином до Христа", поскольку Сократ жил и действовал "согласно Логосу", а не в качестве одержимого демоном. В ХХ веке К.Г. Юнг писал, что и у него был личный даймон по имени Филемон, но отношения Юнга со своим даймоном были не столь радужными: "Всякий человек, если он творческий, не принадлежит себе. Он не свободен. Он - пленник, влекомый демоном... Демон творчества был со мною неумолим и безжалостен". (См. также: ДИАВОЛ).

Источник: Краткий религиозно-философский словарь

Демон
В древнегреческой религии и мифологии демон – всякое божество или дух, способствующий или препятствующий человеку в исполнении его намерений.
Демоны
(статья из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона 1904 г. издания)
Демон (δαίμων) – вообще означает (в классической литературе) деятеля, обладающего сверхчеловеческой силой, принадлежащего к невидимому миpy и имеющего влияние на жизнь и судьбу людей; между δαίμων и θεός приблизительно такое же отношение, как между лат. numen и deus. Бесспорной этимологии слова «демон» не существует. Три главные: 1) Платонова (в Кратиле) от глагола δαήναι – знать (ότι φρόνιμοι καί δαήμονες ήσαν, δαίμονας αύτούς ώνόμασε); Д. – знающий. – 2) Известная древним грамматикам и усвоенная в новое время Поттом производит слово Д. от корня общего с глаголом δαίομαι, δαίνυμι, δατέομαι – раздаю, распределяю (дары); Д. – δαιτύμαι – раздаятель, распределитель (даров), ср. эпитет Зевса – Έπιδώτης, Гадеса – Ίσοδαίτης и богов вообще – δωτήρες. – 3) Принимаемая Боппом, Бенфеем и Курциусом – от корня διF, соотв. восточноарийск. dêva, daêva и daïvas (с переходом дигаммы в соотв. носовую и с суффиксом μων – man), Д. – блестящий, светлое существо – бог.
Изречение первого греческого философа Фалеса, что всё полно демонов (πάντα δαιμόνων πλήρη), есть точное выражение в отвлеченном сознании того взгляда, на котором основывалась первобытная религия у всех народов. Эта религия лучше всего определяется как пандемонизм, что не мешает ей быть вместе с тем и культом умерших или предков; ибо между демоническими силами природы и душами людей первоначально не полагалось определенной границы: умерший предок мог воплощаться в каком-нибудь священном камне, дереве, звезде и т. п., а с другой стороны, всякий природный дух мог принимать человеческий образ, смешиваться с людьми и становиться демоном-родоначальником (см. Религия первобытных народов).
Внутренние перемены в идее демонов неразрывно связаны с общим ходом развития античной религии. Мы находим здесь два соотносительных течения религиозной мысли: одно – в смысле дифференциации, приводящее от первоначального смешанного пандемонизма к понятию о демонах как исключительно злых существах; другое – в смысле интеграции религиозного миросозерцания, постепенно переходящего от хаотической множественности божественных и демонических существ к единобожию. Гомерический эпос есть памятник уже начавшегося процесса; религиозное сознание только что вышло здесь из первобытного безразличия, верховные олимпийские боги выделены и поставлены над сонмом мифических существ низшего порядка; однако память о прежнем смешении еще свежа, и различие нетвердо: олимпийцы и сам Зевс еще называются иногда общим именем демонов: Δώματ ές άιγιόχοιο Διός μετά δαίμονας αλλους. Это, впрочем, встречается лишь как исключение; вообще же индивидуально определившиеся и поэтически оформленные божества не называются у Гомера демонами, и за этим словом (преимущ. в единств. числе) остается преобладающий смысл какого-то неопределенного, таинственного воздействия или наития невидимого миpa на человека. Демоном называется высшее решение, окончательно и непреложно определяющее судьбу дел человеческих (например, «Илиада», VII, 271, 377, 396); Демон поминается при клятве (например «Илиада», XIX, 188); Демон – благое и мудрое внушение свыше (например, «Одиссея», III, 26). Демонам приписывается также возбуждение в человеке необычайного мужества и решимости: θάρσος ένέπνευσεν μέγα δαίμονι. Чаще, однако, Демонам приписывается вредоносное воздействие на человека, так что у Гомера уже находится зародыш будущего превращения Демона из божества в злого духа. Истребительный пожар, бешено устремляющийся на убийство воин сравниваются с Д.: δαίμονι ίσος; насильственная смерть называется Демоном: πάρός τοί δαίμονα δώσω, противный ветер – κακός δαίμων. Обманчивое и пагубное внушение есть дело Демонов: μηδέ σε δαίμων ενταϋθα τρέψειε; δαίμονος αϊσα κακή. Встречается и прилагательное: δαιμόνιος, в смысле одержимого роковой губительной силой. Впрочем, у Гомера и олимпийские боги не лишены злых качеств и пагубного воздействия на людей.
Более решительное обособление демонов от богов, но не по характеру их действия, а по происхождению, находится у Гезиода: демоны – суть умершие люди Золотого века. Когда земля сокрыла их в своем лоне, воля великого Зевса сделала их славными демонами, рассеянными в земном мире, хранителями смертных людей («Труды и дни»). По словам Плутарха, Гезиод первый ясно установил четыре разряда одаренных разумом существ, обитающих во вселенной: на вершине боги, потом великое число добрых демонов, далее герои или полубоги и наконец люди. Так как герои при жизни своей причислялись к людям, а по кончине смешивались с демонами или богами, то эти 4 разряда легко сводились к 3 и получалось общее определение демона как существа среднего и посредствующего между бессмертным божеством и смертным человеком – (μετα ξύθνητοϋ καί άθανάτου).
По мере того, как с развитием культуры и гражданственности непосредственное общение человека с жизнью природы, определявшее собой первобытную религию и получившее в поэтической теологии Гомера свою высшую художественную форму, отступало на задний план – и для религиозного сознания божества прекрасной природы утрачивали свое жизненное значение, и главный интерес сосредоточивался на мифических образах, связанных с культурным существованием человека и с вопросами самостоятельной религиозной мысли. Геракл – олицетворение человеческого труда и подвига, побеждающего враждебную власть природы и обусловливающего цивилизацию; Деметра – основательница оседлой культурной жизни; Дионис – бог возрождения и бессмертия, добрый демон по преимуществу (άγαθόςδαίμων) – вот главные предметы религиозного почитания этой эпохи, а с ними толпа всевозможных демонических существ, окружающих человека и принимающих самое близкое и прямое участие в его повседневном существовании. Тесная связь этих длемонов с интересами и нуждами человека видна из их прозваний – δαίμονες άποτρόπαιοι, άλεξίκακοι, μελίχιοι, άκέσιοι, πρόπολοι; особым почтением продолжали пользоваться древние божества домашнего очага – δαίμονες έστιοϋχοι. Так как все эти демонические существа (или по крайней мере большинство) были сами первоначально лишь душами умерших, то естественно, что развитие культа демонов шло об руку с усиленным почитанием мертвых и могил.
Если человеческая жизнь управляется демонами, то зло и бедствия этой жизни указывают на существование дурных демонов. К тому же приводит и происхождение самих демонов: если умерший обращается в демона, то умерший злодей естественно становится не добрым, а злым демоном. Поэт Фокилид из греческих писателей первый говорит прямо (по свидетельству Климента Александрийского) о разряде дурных демонов. (φαΰλοι δ). В самофракийских таинствах рядом с благими кабирами играли какую-то роль и злые кобали, относительно дурных демонов вместо молитв употреблялись заклинания – άποπομπαί.
Замечаемое в жизни отдельных людей преобладание благополучие или несчастие привело религиозную мысль к новому видоизменению идеи демонов – к представлению особого демона, который при самом рождении дается человеку на всю его жизнь и своим характером определяет его судьбу; это – δαίμων γενέθλιος (встреч. у Пиндара). Счастливый человек есть тот, который получил при рождении доброго демона; поэтому такой человек и называется εύδαίμων, в противном случае – κακοδαίμων, δυσδαίμων, βαρυδαίμων. Представить нравственное оправдание этой противоположной судьбы было одной из задач греческих мистерий; ясный отголосок их учений мы находим у великих трагиков. У Эсхила большую роль играет демон-мститель (άλάστωρ – незабывающий); он имеет не личный, а родовой характер (δ. γέννας), его действием потомки становятся и жертвами, и мстителями за грехи предков, проявляя нравственную солидарность поколений – πάτροθεν συλλήπτωρ γένοιτ άν άλάστωρ («Агамемнон»). Во множественном числе αλάστορες называются у того же поэта богини мщения и искупления эринии – эвмениды, рожденные (по Гезиоду) из крови оскопленного своим сыном Кроноса. По реально-мистическому объяснению Павзания, άλάστωρ есть призрак умершего от преступления, привязывающийся к дому или роду виновных и не отступающий до умиротворения или отмщения обиды. Эврипид (в «Алькесте») олицетворенную смерть (θάνατος) называет господином демонов (δαιμόνον ό κύριος), причем схоласт ссылается на общее мнение, что мертвецы и демоны – одно и то же (φασί γάρ τούς νεκρούς δαίμονας).
Философия греческая, с самого начала давшая свою санкцию популярной идее демонов (в вышеприведенном изречении Фалеса), много способствовала ее дальнейшему развитию. Для Гераклита, стоявшего за внутренний смысл и связь всего существующего и отрицательно относившегося ко всяким внешним разграничениям, демоническая сила получала имманентный характер, совпадая с этическим самоопределением человека: ήθος άνθρώπψ δαίμων. В пифагорейской школе демоны отождествлялись с душами, не теряя, однако, своего специфического характера, ибо души бывают разного рода: на небе они – боги, на земле – люди, а в срединном пространстве – демоны. Эмпедокл, соответственно своему основному дуализму, признавал добрых демонов как порождение и служителей всемирной Любви (Φιλία) и злых – как порождение и служителей всемирной Вражды (Νεΐκος). С разных сторон индивидуальные мифологические черты в идее демонов сглаживались, разрешаясь в общих метафизических и этических понятиях. То же самое совершалось и с богами Гомера и Гезиода (теософия Орфиков, полемика Ксенофана против мифологии), и в результате этого двойного процесса получилась идея единого Божества, которому вместе с собственным именем Зевса возвращено первобытное неопределенное название демона: Έν κράτος, εΐς δάιμων γένετο μέγας άρχός άπάντων. Ta же идея, вполне освобожденная от мифологических воспоминаний, является в учении Анаксагора о едином Уме, зиждителе и управителе Вселенной.
Удовлетворительный в смысле общей руководящей идеи, этот рациональный монизм не давал, однако, достаточного объяснения всей эмпирической действительности со стороны как внешней (космической), так и внутренней (религиозно-нравственной) жизни. Поэтому не только софисты выступили за права иррационального факта против абсолютного разума, но и высший выразитель греческого духа, Сократ, с одной стороны, смеялся над неудавшейся рациональной космологией своего учителя Анаксагора, а с другой – подвергся обвинению в том, что вводит новых демонов – δαιμονια καινά. Признавая, что мир и жизнь человеческая управляются единым верховным, целесообразно действующим разумом, отождествляя добродетель с познанием истины, Сократ вместе с тем допускал в широкой мере чисто эмпирический, иррациональный (в смысле недоступности человеческому рассудку) характер тех способов и частных путей, посредством которых проявляется и осуществляется всемирная разумность. Этим объясняется его осторожное отношение к народной религии, а также его положительные показания об особых демонических внушениях, которые он лично испытывал. Сводя общую сущность нравственности к разумным понятиям, Сократ на основании собственного опыта в действительные условия для частных проявлений нравственной жизни вводил сверх рациональных мотивов и мистический элемент. Знаменитый «демон Сократа» (как он сам его понимал) был благотворное провиденциальное внушение, обращавшееся в единичных случаях к его разумной воле, но не в форме только внутреннего сознания, а и внешним ощутительным образом: Платон и Ксенофонт согласно свидетельствуют, что демон говорил Сократу с помощью звука и знака – φωνή καί σημεΐον. По содержанию этих внушений, всегда целесообразных (в высшем нравственном смысле), их нельзя признать за простые болезненные галлюцинации, а по их ощутительной форме их нельзя отождествить с голосом совести или категорическим императивом. С буквою (но не со смыслом) Платонова и Ксенофонтова свидетельства согласно приводимое Плутархом мнение, что Сократов Д. выражался в чихании, которое было и φωνή, и σημεΐον. Более внимания заслуживает объяснение самого Плутарха: подобно тому, как во сне, несмотря на бездействие внешних органов чувств, впечатления и внушения изнутри души облекаются в форму внешних чувств – мы видим образы, слышим звуки, – так у Сократа и в бодрственном состоянии внутренние внушения божества переходили во внешние ощущения. Другими словами, Плутарх приписывает Сократу то, что теперь наз. правдивыми или вещими галлюцинациями. Демон, существование которого Сократ признавал как эмпирический факт, у его учеников стал опять предметом теоретических взглядов. Платон, с одной стороны, утверждает (в «Тимее»), что всякий мудрый и добродетельный человек, живой или умерший, имеет в себе самом нечто демоническое – δαιμόνιον τί, и потому его справедливо называть демоном, а с другой стороны (в «Федре», «Государстве», «Федоне», «Горгии»), говорит, что каждому человеку по его собственному выбору дается демон-руководитель, который, впрочем, отличается от руководимой души не по природе, а только по степени достигнутого совершенства. Ибо Платон признает сложную иерархию духовных существ, начиная от простых душ предков или домашних демонов и кончая небесными богами, непосредственно созерцающими единое верховное благо. В этом платоническом взгляде (систематически разработанном неоплатониками) основное различие оказывается не между богами и демонами (оно здесь второстепенно), а между единым абсолютным божеством и множественностью относительных, смешанной природы духовных существ, более или менее причастных божеству. Но меньшее добро есть то же, что зло – и так. образом возвращается чуждое первоначально платонизму представление дурного демона. Некоторые из писателей после сократовской эпохи останавливаются на простом противоположении добрых и злых демонов (Исократ, Ксенократ, Эвклид, утверждавший, что у каждого из нас есть по два демона противоположного характера); у других писателей является тенденция только злых называть демонами, а добрых – богами (так, между прочим, у Плутарха). Но такое разграничение не могло быть удержано; между мифологическими божествами не было ни одного свободного от дурных свойств и действий, и если существа такого рода суть не боги, а демоны, то прав был Эврипид, когда называл Афродиту (в «Ипполите») худшим из демонов – κακίστη δαιμόνων. Когда развитая религиозно-философская мысль признала достойным поклонения единственно лишь абсолютно доброе, весь эллинский пантеон должен был быть исключен из сферы истинного божества; все олимпийцы превращались в демонов, в духов обмана и зла. Такой взгляд, окончательно утвердившийся в философии патриотической, был, таким образом, не случайным и внешним для эллинизма, а его собственным последним словом по этому предмету.
Ср. Ukert, «Über Dämonen, Heroen und Genien» (Лпц. 1850); Gerhardt. «Über Wesen, Verwandschaft u. Ursprung der Dämonen u. Genien» (Б. 1852); Neuhäuser, «De Graecorum demonibus» (Берл. 1857); Lélut, «Du Démon de Socrate» (П. 1836); Hild, «Etude sur les démons» (П. 1881). Вл. Соловьев.

Источник: Энциклопедия классической греко-римской мифологии. 2015 г.

Найдено научных статей по теме — 1

Читать PDF
186.74 кб

Экзистенциальные мотивы в корейской дораме (на примере дорамы «Токкэби» / «Демон»)

Ерохина Татьяна Иосифовна, Сандросян Джульетта Седраковна
В статье рассматриваются ключевые понятия экзистенциальной философии (бытие, экзистенция, существование, человек, пограничная ситуация, пограничное состояние), выявляются экзистенциальные мотивы в корейской дораме на уровне сюжета

Похожие термины:

  • ДЕМОН ЭСТ ДЕУС ИНВЕРСУС

    Лат.) Каббалистическая аксиома; букв., "дьявол есть обратное бога"; что означает, что не существует ни зла, ни добра, но что те силы, которые создают одно, творят и другое - в соответствии с природой мат
  • ДЕМОН МАКСВЕЛЛА

    способность сообщества в соответствии с известной моделью физика Максвелла открывать возможность для принятия из окружающей среды энергии, ресурсов, ладей, способствующих укреплению медиатора,
  • Демон Лапласа

    Это выражение отсылает нас к знаменитому фрагменту из «Философского эссе о вероятностях» Пьер‑Симона Лапласа (96): «Мы должны рассматривать настоящее состояние универсума как следствие его предш
  • Демон Шанжё

    Мое собственное изобретение, предложенное в «Философском воспитании» по аналогии с демоном Лапласа. Что же это за демон? Представим себе, что через десять тысяч лет на свет появится сверходаренны
  • Демон Сократа

    Это – хороший демон, своего рода ангел‑хранитель. Правда, умеет он немного – только говорить, и при этом только в отрицательной форме. Он никогда не указывает, что нужно делать, но лишь чего делать