ЗАБЛУЖДЕНИЕ

Найдено 22 определения
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] [зарубежный] Время: [советское] [постсоветское] [современное]

Заблуждение
состояние того, кто заблуждается, ошибается; ложное мнение.

Источник: Тематический глоссарий по философии

Заблуждение
противоположность истины, несоответствие образа отражаемому сущему.

Источник: Философия антропокосмизма авторский словарь.

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
несоответствие знания действительности, обусловленное ограниченностью практики и наличного знания либо абсолютизацией отдельных моментов познания или сторон действительности.

Источник: Глоссарий философских терминов проекта Distance

Заблуждение
знания, не соответствующие своему предмету, не совпадающие с ним. Будучи неадекватной формой знания, заблуждение имеет своим источником ограниченность, неразвитость чувственно-предметной и теоретической деятельности. Заблуждение – искаженное отражение действительности, возникающее в результате абсолютизации результатов познания отдельных ее сторон.

Источник: Словарь-справочник по философии для студентов лечебного, педиатрического и стоматологического факультетов

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
несоответствие знания действительности, при том условии, что субъект познания уверен в их соответствии. З. отличается от ошибки, обусловленной личными качествами субъекта (поспешные обобщения, беспорядочная обработка данных наблюдения, пристрастия или предубеждения и т.п.). З. соотносится с понятием истины, являясь моментом и одним из условий ее становления. В.И.Полищук

Источник: История и философия науки. Энциклопедический словарь

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
неточное представление, мысль, ход мысли или действие, ведущее к ошибке – интеллектуальной или моральной. Заблуждение не является обманом, познающий не осознает, что следует неверным путем, уводящим его от истины. Заблуждение состоит в утверждении того, чего нет. Различают заблуждение и иллюзию: «Когда палка, опущенная в воду, кажется надломленной – это иллюзия, а не заблуждение» (Спиноза).

Источник: Евразийская мудрость от а до Я

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
оценка некоторого утверждения (высказывания, концепции, теории), принимавшегося ранее за истинное, как не соответствующего определенному пониманию «истины» и критериям ее установления. Как показывает история познания вообще, история научного познания в частности понятия «истина» и «заблуждение» являются относительными, исторически изменчивыми и подвижными характеристиками (оценками) конкретных результатов познания. (См. истина, ложь).

Источник: Философия науки: Словарь основных терминов

Заблуждение
представление, мысль или ход мысли, не соответствующие истине, фактическим обстоятельствам, предмету (материальная ошибка) или противоречат законам логики (формальная ошибка). Источниками заблуждения могут быть: предубеждение, несовершенство умственных способностей, поспешность, недостаток энергии, сосредоточенности или устойчивости мышления; ограниченный познавательный материал; предрасположенность; пристрастия; опрометчивые обобщения и т. д.

Источник: Начала современного естествознания: тезаурус

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
состояние того, кто заблуждается, ошибается; ложное мнение. В философском смысле — представление, мысль или ход мыслей, относительно которых хотя и существует уверенность, что они правильны, тем не менее они не соответствуют истине, фактическим обстоятельствам предмета или противоречат логическим законам. Источниками заблуждений могут быть предубеждение, несовершенство умственных способностей, поспешность, недостаточный познавательный материал, пристрастия и т.п.

Источник: Философско-терминологический словарь 2004

Заблуждение
неадекватное знание об объекте исследования, в определенном отношении неизбежное явление в научном познании мира. Оригинальная философская интерпретация и классификация видов заблуждений дана Ф. Бэконом в его учении об идолах как познавательных предпосылках, веду щих к искажению истинного знания о действительности. Роль заблуждений в гносеологии амбивалентна — негативно-позитивная. Дело в том, что истина, как правило, возникает не сразу, а в процессе преодоления заблуждений.

Источник: История и философия науки

Заблуждение

/D/ Irrtum /E/ Error /F/ Erreur /Esp/ Error.
Искаженное, приблизительное, иллюзорное отражение содержания объекта, имеющее в самом процессе его познания гносеологические, психологические или социальные основания. В основе заблуждений лежат преувеличения, абсолютизации, непреднамеренные упрощения сложных процессов, сложность и трудность решаемых проблем, социальные и личные мотивы и потребности, отсутствие знаний или опыта и т.д. В науке заблуждения и ошибки играют существенную гносеологическую роль, предупреждая исследователя о бесперспективных путях поиска истины.

Источник: Философия, практическое руководство

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
несоответствие знания его объекту, расхождение субъективного образа  действительности его объективным прообразам. 3аблуждения многообразны по своим формам: научные и вненаучные, эмпирические и теоретические,  иллюзии,  утопии,  ошибки  (логические,  фактические),  религиозные, философские  (эмпиризм,  софистика, эклектика, догматизм, релятивизм, схоластика)  и  т.п.  3аблуждение  –  это  необходимый  момент  движения  к  истине.3аблуждение следует отличать от лжи – преднамеренного искажения истины в чьих-то корыстных интересах, а  также от ошибки – результата неправильного действия индивида в любой сфере деятельности.

Источник: Философия науки и техники: словарь

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
продукт познавательного процесса, противоположный ИСТИНЕ. Рассматривается как несоответствие знания объекту. Заблуждение – мысль, суждение, концепция, в правильности которой познающий субъект до определенного периода не сомневается. Источники заблуждений могут быть различны, но главными являются трудность и сложность процесса познания, исходящие как от объекта познания (чем сложнее объект, тем более возможны заблуждения), так и кроющиеся в познавательных возможностях и способностях субъекта познания. Следует отличать заблуждения как ненамеренное, неумышленное искажение истины от намеренного, сознательного ее искажения – обмана, лжи.

Источник: Философия: конспект лекций и словарь терминов (элементарный курс)

Заблуждение
неадекватное представление, понимание действительности, имеющее для субъекта познания видимость истинного знания. Заблуждение имеет объективные основания, обусловленные ограниченностью социальной практики и познания или абсолютизацией отдельных сторон практической познавательной деятельности. Нередко основаниями заблуждений являются исторически обусловленные предрассудки, а также формы мышления и языка. Выявление заблуждения осуществляется через преодоление видимости его истинности. Непосредственное основание этого – установление содержательного противоречия между наличным знанием и действительностью, разрешение которого требует качественного преобразования этого знания, отрицания принятых в качестве истинных предпосылок и определений предмета.

Источник: Методология научных исследований. Терминологический словарь. Харьков. Изд-во НУА 2016

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
неадекватное отражение действительности, обусловленное в каждый данный момент ограниченностью общественно-исторической практики и знания, а также абсолютизацией наличных взглядов, приемов, подходов. С гносеологической т. зр. понятие “З.” фиксирует состояние знания, качественно отличное как от истины, так и от лжи. В противоположность истине 3. есть одностороннее, иллюзорное воспроизведение действительности. В отличие от лжи 3. есть непреднамеренное искажение действительности (субъективно заблуждающийся верит, что постиг истину). 3. может быть следствием как непродуманных, поспешных субъективных выводов, предубеждений, так и необоснованных экстраполяции истины за пределы ее применимости. Научные 3. не абсолютны (напр., понятия “теплород”, “флогистон”, “эфир” и т. п.). Лишенные объективных прообразов (референтов), в нек-рых отношениях они все же схватывают реальные качества мира. Так, теплород функционировал в теории как носитель свойств теплоемкости, теплопроводности, что и обеспечивало его согласование с законами теплофизики. Ненаучные же 3. объективно-истинностных моментов не несут.

Источник: Философский энциклопедический словарь

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
несоответствие знания сущности объекта, субъективного образа - объективной действительности, обусловленное ограниченностью обществ.-историч. практики и знания либо абсолютизацией отд. моментов познания или сторон объекта. 3. отличается от ошибки - как несоответствия знания индивида объектy, обусловленного личными качествами субъекта. Понятие 3. характеризует состояние знания, качественно отличное от истинного, оно фиксирует факт неверного, искаженного отражения действительности. 3. закрепляются в сознании классовыми, групповыми, а подчас и индивидуальными интересами. 3., возникающие в науч. познании, находятся в диалектич. взаимоотношении с истиной. «Истина и заблуждение, подобно всем логическим категориям, движущимся в полярных противоположностях, имеют абсолютное значение только в пределах чрезвычайно ограниченной области» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. 20, с. 92). В истории науки 3., содержащие объективно-истинные моменты знания, нередко выступали формой развития истины. Решение проблемы 3. неразрывно связано с пониманием истины как диалектич. процесса развития познания и с признанием обществ.-историч. практики критерием различения истины и 3.

Источник: Советский философский словарь

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
(Irrtum) — представление, мысль или ход мысли, относительно которых хотя в сознании и существует уверенность, что они правильны, но которые не соответствуют «истине», фактическим обстоятельствам, предмету (материальное заблуждение) или противоречат логическим законам (формальное заблуждение). Источниками заблуждений могут быть: предубеждение, ограниченность умственных способностей, поспешность, недостаток энергии, сосредоточенности или устойчивости мышления; недостаточный познавательный материал; субъективные настроения, предрасположения, пристрастия; беспорядочные действия, пропуск источников ошибок, опрометчивые обобщения и т. д. От заблуждений, которые возникают неумышленно, необходимо отличать заблуждения, вызываемые намеренно, являющиеся самообманом или обманом другого. С точки зрения психологии заблуждение есть в высшей степени субъективное или несовершенное толкование чувственно воспринимаемого явления, весьма субъективное или неправильное заключение о явлении той физической реальности, которая посредством этого явления дает о себе знать.
Е. Mach. Erkenntnis und I., 1926; F. Mayer. Zur systematischen Stellung der Descartesschen l.stheorie, 1920; J.-E. Heyde. Logik des l.s (Festschrift f. Joh. Rehmke, 1928); B. Schwarz. Der I. i. d. Philosophie, 1934; A. Seiffert. I. u. Methode, in: «Philos, naturalis», IV, 1958.

Источник: Философский словарь [Пер. с нем.] Под ред. Г. Шишкоффа. Издательство М. Иностранная литература. 1961

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
несоответствие знания его объекту, расхождение субъективного образа действительности с его объективным прообразом. Это непреднамеренное несоответствие суждений или понятий, представлений объективной действительности. Заблуждения неизбежны в познании. Во-первых, перед познающим субъектом всегда имеется область неизвестного, на которую накладывается уже известное, и оно почти всегда связано с формулированием проблемного, вероятностного, гипотетического знания; субъект склонен принимать частное за целое, применяя экстраполяцию, результаты которой далеко не безошибочны. Во-вторых, человеческие познавательные способности, да 1! любой уровень практики (как определителя знания) ограничены, и научный поиск оказывается всегда обусловленным этой ограниченностью, определенными ее рамками. В целом заблуждения играют негативную роль в развитии знания, отвлекая силы и средства ученого. Однако это неизбежно, хотя и имеет временной характер: подлинный ученый, обнаруживая в своих конструкциях заблуждение, должен немедленно его устранять. В то же время роль заблуждений может быть и позитивной. Вспомним, к примеру, алхимию, в недрах которой было немало научных открытий, да и ее роль в формировании научной химик тоже нельзя недооценивать. Заблуждения могут содействовать созданию проблемных ситуаций, способствовать нахождению правильного пути решения проблем и построению истинной теории. Как отмечается в философской литературе, заблуждения были не иррациональным началом в познании, отвращающим от истины, а, наоборот, необходимой ступенькой, опираясь на которую наука приближалась К истине. Таким образом, роль заблуждений в науке неоднозначна и при конкретной их оценке обнаруживается как негативное, так и позитивное их значение.

Источник: Краткий философский словарь 2004

ЗАБЛУЖДЕНИЕ

- гносеологическая оценка знания, выражающая его ограниченный характер. Марксистская гносеология и методология научного познания используют четыре истинностные оценки знания: истина - ложь, относительная истина - абсолютная и с т и н а. Первая пара понятий используется при анализе структуры научного знания в некоторый период его развития при проверке, подтверждении и опровержении законов и теорий, при установлении их соответствия действительности. При таком подходе все научные утверждения и теории разделяются на два класса - истинные и ложные, соответствующие действительности и не соответствующие ей. Когда мы переходим к рассмотрению развития знания, пара понятий "истина - ложь" уже не может служить для истинностной оценки. В самом деле, как квалифицировать экономическую теорию Д.Рикардо или астрономическую теорию Н. Коперника? Их нельзя назвать истиной, ибо во многих своих частях они ошибочны, но эти теории трудно квалифицировать как просто ложные, ибо они были большим шагом вперед в развитии науки и внесли в нее много новых идей, получивших признание и подтверждение. Такие теории называются относительно истинными, т. е. неполными, неточными, исторически ограниченными истинами, на смену которым приходят более точные истины.
Иногда под 3. понимают ложь, которая ошибочно принимается за истину. Такое понимание не вполне удовлетворительно, ибо приводит к абсурдному выводу, что вся история познания представляет собой доходящую почти до наших дней цепь ошибок.
Категория 3. используется при диалектическом рассмотрении познания, когда она добавляется к понятиям относительной и абсолютной истины. Всякая истина объективно становится 3. после того, как обнаружился ее относительный характер. Геоцентрическая система вовсе не была 3. во времена Птолемея и в течение почти полутора тысяч лет после ее создания. Она соответствовала общим мировоззренческим представлениям эпохи, уровню развития общественной практики и подтверждалась наблюдениями с использованием существовавших инструментов. Она была истиной. Как истина она играла прогрессивную роль и в практике, и в развитии астрономического знания. Только после того как выяснилась ее ограниченность, т. е. после победы гелиоцентрической системы, система Птолемея объективно превратилась в 3.
Момент, когда относительная истина превращается в 3., трудно зафиксировать. В течение пятидесяти лет после появления труда Коперника не было объективных оснований квалифицировать концепцию Птолемея как 3. Лишь постепенно, после изобретения телескопа, появления ранее неизвестных данных, результатов Галилея и Кеплера, система Птолемея стала рассматриваться как 3.
3. не может играть прогрессивной роли в познании. Защищать 3. - значит выступать против истины. Конечно, всегда находились люди, которые в силу субъективной слепоты или социального интереса пытались ставить 3. на место истины. И всегда такие попытки лишь тормозили прогресс, но не могли остановить его.

Источник: Словарь по логике

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
лат. erratum) — понятие, фиксирующее момент ограниченности знания, его несоответствия своему объекту или несовместимости с принятым знанием. Как философское понятие заблуждение обозначает неотъемлемый аспект познавательного процесса, состоящий в незавершенности и исторической переоценке его результатов, зависимости знания от изменяющихся условий его производства, а также являющийся источником содержательного многообразия знания, противостоящего познавательным идеалам и нормам. В повседневном общении и словоупотреблении непроизвольность и объективная обусловленность заблуждения отличают его от случайной ошибки, преднамеренной лжи и неосведомленности (отсутствия знания).
Заблуждение как оценочная характеристика является функцией аналитико-критической способности рассудка, обнаруживающего внутреннюю противоречивость знания, рассогласованность отдельного утверждения с принятой системой знания, с результатом его практического применения. В более широком смысле заблуждение становится проблемой в результате социокультурной миграции, постоянного столкновения мировоззренческих и культурных стереотипов. Магический акт, мифический архетип, религиозная вера внутренне не предполагают заблуждения. Понимание объективной природы заблуждения и поиск его причин знаменовали собой рождение критической рефлексии и стали одним из основных источников развития философии и науки. В античности впервые были разграничены подлинное и неподлинное бытие (небытие у Парменида), которым соответствует противоположность разума и чувства, истины и мнения. Заблуждение неизбежно как элемент повседневной человеческой реальности, и познание истины означает, в сущности, переход на новый уровень бытия. Познание неотделимо от практического и нравственного действия; не только теоретико-диалектический дискурс, но и образ жизни философа позволяет ему выйти из состояния заблуждения, приобщиться к подлинному бытию-истине. Средние века придали заблуждению еще больший морально-онтологический смысл, сведя познание к греховной свободной воле и неподлинному бытию; истина была отождествлена с праведностью, предопределением и верой в Бога. Секуляризация познавательного отношения в Новое время приводит к пониманию заблуждения как результата свободной воли, выражающейся в произвольности мышлении (эмпиризм) и двусмысленности, изменчивости чувственного восприятия (рационализм). Критика заблуждений («идолов разума») становится отправным пунктом теории познания. Гегель впервые понял заблуждение как процессуальную сторону познания, открыв его диалектическую связь с истиной. Потенциальную ошибочность всякого знания, рискованность познавательного акта, его проблематичность и незавершенность подчеркивает принцип фаллибилизма К. Поппера. Когнитивная социология науки Д. Блура рассматривает заблуждение лишь как рефлексивную и одностороннюю оценку знания одним из участников данной познавательной ситуации.
Нелинейное, поливариантное развитие знания включает в себя заблуждение в качестве пробных, разнонаправленных потоков целостного процесса познания, ни один из которых не имеет монополии на истину. Право на заблуждение, на индивидуальное своеобразие, на отклонение мышления индивида от магистральной линии является завоеванием современного плюрализма и демократии. Такая трактовка заблуждения противоположна просветительскому его пониманию как невежества и обмана. Вместе с тем преувеличение роли заблуждения в познании ведет к релятивизму, скептицизму и агностицизму.
И. Т. Касавин

Источник: Новая философская энциклопедия

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
действие, ведущее к ошибке — интеллектуальной или моральной. Заблуждение состоит в утверждении того, чего нет. Различают заблуждение и иллюзию: «Когда палка, опущенная в воду, кажется надломленной — это иллюзия, а не заблуждение» (Спиноза, 1632-1677). Потому что даже если мы знаем правду — то, что на самом деде она не надломлена, — факт остается фактом: мы видим надломленную палку. «Существуют иллюзии чувств, а не их заблуждения», — отмечает Ланьо в «Знаменитых уроках и фрагментах» (1880); «Поскольку восприятие не является знанием, о нем нельзя сказать, истинно оно или ложно, точно так же ничего нельзя сказать о заблуждении чувств» (там же). Заблуждение проистекает из способности суждения, направленной на то, что мы видим. В диалоге Платона (428-347 гг. до Р.Х.) «Теэтет» Сократ показывает, что низкое, но близко расположенное дерево кажется выше, чем высокое, но отдаленное. Именно суждение корректирует восприятие и интерпретирует чувственные данные. В чем источник заблуждения? Что может «подпортить» нашу способность суждения? Согласно «Рассуждению о методе» Декарта (1637) это главным образом «поспешность и предубеждение». Поспешность заключается в том, что мы не обременяем себя оценкой элементов, составляющих наши данные; предубеждение же представляет собой комплекс предрассудков, склоняющих нас к тому, чтобы признать истинным самое расхожее мнение. В рубрике «предубеждения» можно выделить заблуждения способности суждения, вызванные: эмоциями, страстями или желаниями. В «Очерке теории эмоций» (1939) Сартр заменяет классическую тему «я вижу медведя, мне страшно, я убегаю» схемой «я убегаю, мне страшно, я вижу медведя». Движение создает эмоцию, а та, в свою очередь, создает заблуждение: в темноте зашевелился куст (движение); эмоция внушила мне, что я видел медведя. То же самое происходит и со страстью, которая ослепляет, и с желанием, которое может, по Фрейду, вызвать религиозную иллюзию («Будущее одной иллюзии», 1927): вера в Бога вызовет архаическое желание иметь всемогущего Отца, справедливого и заботящегося о нас. Рассеять заблуждение позволит рефлексия или критический анализ. Философия ставит более широкую проблему, относящуюся к области метафизики: как вообще возможно заблуждение, и не связано ли оно с условиями человеческого существования? В «Теэтете» Платон оказывается в затруднительном положении, пытаясь найти логическое оправдание заблуждению, ведь небытия нет и невозможно сказать то, чего нет: «Как можно смешивать то, что мы не знаем, с тем, что мы не знаем; или то, что мы знаем, с тем, что мы не знаем; или то, что мы знаем, с тем, что мы знаем?». Диалог под названием «Софист» углубляет этот анализ: заблуждение не может проистекать от нашего восприятия небытия; оно происходит от того, что мы соединяем вместе то, что не должно быть вместе соединено. Сократ приводит два примера: пример с голубятней, где поймали голубку, но не ту, что хотели поймать; и пример с алфавитом: в слове «плохо» перемешаны буквы. Заблуждение состоит в неправильном соединении сущностей. Спиноза (1632-1677) определит заблуждение как неадекватную, или «неполную идею». Понятие неадекватности означает, что знание, которым мы обладаем, неполное, не заключает в себе все богатство реальности. Заблуждение можно определить как недостаточное знание. Истинная же идея, наоборот, привносит такую полноту, несет в себе такую силу убеждения, что утверждается естественным путем, будучи index sui — знаком самой себя. Заблуждение предполагает утверждение своей особенности, своего «Я»; истина же позволяет самой идее в нас утвердиться, как, например, математические или моральные идеи, идея справедливости, которая существовала до нас и будет существовать после нас, как и математические истины. Что же это за человеческая способность, позволяющая нам оторваться от реальности, чтобы сначала помыслить ее в науке, а затем подняться над ней в метафизической гипотезе и заблуждении? Это объект «Трансцендентальной диалектики» Канта (часть «Критики чистого разума», 1781). Этой способностью является воображение. Это воображение называется трансцендентальным, когда оно составляет условие возможности восприятия или понимания реальности. Например, когда я рисую линию между двумя звездами или когда я различаю «тележку» Большой Медведицы — это акт духа, который не соответствует какому-то реальному следу в небе, но который, при помощи воображения, позволяет помыслить реальность. Когда этот акт ограничивается полем опыта, это дает научные понятия; но если этот акт выходит за границы опыта, мы выражаем идеи и соскальзываем в метафизическую гипотезу. Заблуждение состоит, следовательно, в том, что мы считаем истинной идею, которой в опыте ничто не соответствует. Существует четыре вопроса, в которых дух может впасть в заблуждение. Первый касается бесконечности мира: является ли мир конечным или бесконечным во времени и в пространстве? Второй — сущности материи (является ли она бесконечно делимой, или же мы можем дойти до неделимого элемента — атома!); третий — тотального объяснения феноменов (обнаруживаем ли мы бесконечную причинность или же свободную волю, суть которой — беспричинное действие?); четвертый — можно или нет вывести существование мира! Занятие определенной позиции по поводу каждой из этих четырех метафизических проблем — источник заблуждений, потому что воображение здесь уже больше не имманентно восприятию или науке о реальности; оно трансцендентно опыту и порождает абстрактную и чисто словесную диалектику. Посткантианские диалектики (Фихте, 1762-1814, Гегель, 1770-1831) описывают путь духа, исходящего из естественного состояния чувственного восприятия, проникающего в смысл всех возможных опытов сознания, чтобы расцвести в пространном объяснении человеческой истории и мира. Хайдеггер (1889-1976) в «Сущности истины» (1947) покажет, что заблуждение — состояние, естественное для человека, живущего в мире, что его метафизический источник — свобода, источник всех расхождений с действительностью и всех открытий, сделанных о ней. Вообще рефлексия, как ее практиковал Сократ, — это всегда критический анализ самого себя, свободное усилие, направленное на выход из состояния заблуждения. «Задача философии, — как говорит Лашелъе («Психология и метафизика», 1885), — состоит лишь в том, чтобы постепенно устранять заблуждения; тогда возможно, что в завершение этой критики мы прикоснемся к истине». См. Суждение, Воображение.

Источник: Философский словарь

ЗАБЛУЖДЕНИЕ
несоответствие знания его предмету, расхождение субъективного образа действительности с его объективным прообразом; З. есть абсолютизированный момент процесса познания, к-рый возникает и существует как односторонность познания, закрепляемая в сознании ограниченным практич. интересом отд. человека или класса. Особенную прочность в истории имеют З., закрепляемые социальными (классовыми) интересами консервативных и реакционных слоев и сил общества. З. – не есть абстрактно-метафизич. полюс истины, а есть ее диалектич. противоположность, в известных условиях в нее переходящая и из нее возникающая. "Истина и заблуждение, подобно всем логическим категориям, движущимся в полярных противоположностях, имеют абсолютное значение только в пределах чрезвычайно ограниченной области... А если мы попытаемся применять эту противоположность вне пределов указанной области как абсолютную, то мы уже совсем потерпим фиаско: оба полюса противоположности превратятся каждый в свою противоположность, т.е. истина станет заблуждением, заблуждение – истиной" (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 20, с. 92). З. отличается от ошибки как результата неправильного теоретич. или практич. действия, вызванного личными, случайными причинами, а также от лжи как преднамеренного распространения заведомо неправильных представлений. Проблема З., его природы, источников и условий возникновения была поставлена вместе с проблемой истины уже в древнегреч. философии. З., как правило, понималось здесь как несовпадение человеч. ума и воли с законами универсума, как бы последние ни толковались, – материалистически (Гераклит, Демокрит, Эпикур) или идеалистически (Платон, Аристотель, стоики). Источник З. усматривался либо в природном несовершенстве познават. способностей, в ограниченности чувств. знания, либо в недостатке образованности индивида, либо в совместном действии этих факторов. Религ. идеология средневековья истолковывала З. как искажение готовой, раз навсегда заданной человеку истины, производимое злой волей, персонифицированной в виде дьявола, т.е. как "дьявольское наваждение". Проблема З. и его отношения к истине особенно остро встала в философии нового времени в связи с борьбой возникавшего науч. мировоззрения против религ.-теологич. представлений феод. средневековья. Исходя из неисторич. представлений об истине и познании, философия этой эпохи также, как правило, рассматривала З. как следствие искажающего влияния воли на разум и ставила вопрос о З. в план исследования взаимоотношений интеллекта и воли человека. Согласно Бэкону, все виды З., классифицированные им под именем "идолов", коренятся, с одной стороны, в обществ. условиях жизни человека, а с другой – в самой природе разума, к-рый уподобляется зеркалу с неровной поверхностью, примешивающему к образу вещи свою собственную природу. Обобщая исследования Бэкона и Декарта, Спиноза сформулировал существо позиции этих мыслителей в тезисе, согласно к-рому "...человеческая воля свободна, и притом шире разума...", а потому и рождает З.; "разум не холодный свет, его питает воля" (Избр. произв., т. 2, М., 1957, с. 389). Принципиально отвергая теологич. тезис о свободе воли (в смысле беспричинного произвола), Спиноза устанавливал, что воля индивида причинным образом определяется субстанцией, т.е. бесконечным во времени и пространстве миром природных явлений. Т. о., все идеи (как истинные, так и ложные) оказываются внутр. состояниями мыслящего тела, объективно обусловленными со стороны внешнего мира, со стороны вещей. "Идеи неадекватные, смутные вытекают с такой же необходимостью, как и идеи адекватные, т.е. ясные и отчетливые" (там же, т. 1, М., 1957, с. 434). "Идеи называются ложными не вследствие чего-либо положительного, в них находящегося" (там же, с. 432). Ложность идеи заключается "в недостатке знания", заключенного в идее (см. тамже, с. 433). Теологи обвинили эту концепцию в том, что она делает невозможным вообще различение между истиной и З., между добром и злом (грехом), а тем самым снимает с индивида вину и ответственность за З. и грех. На деле же материалистич. монизм Спинозы, требовавший признания причинной обусловленности действий воли, а тем самым – и З., только и позволял поставить вопрос о рамках активности и ответственности индивида. Чем более широкой сфере природного целого индивид активно предоставляет определять свой интеллект, тем больше мера адекватности его идей. Поэтому индивида можно винить в том, что он рабски подчиняется силе ближайших окружающих обстоятельств, других людей, церкви, частных интересов, властей и т.д., что он не стремится расширить ту сферу природы, к-рая детерминировала бы его волю и интеллект, не стремится к познанию универсальной детерминации и к согласованию своей единичной воли с нею, – т.е. в недостаточной "любви к богу" ("amor dei"). З. и грех есть, т. о., прямой коррелат обывательской пассивности человека по отношению к ближайшим обстоятельствам. "... Душа подвержена тем большему числу пассивных состояний, чем более имеет она идей неадекватных, и, наоборот, тем более активна, чем более имеет идей адекватных" (там же, т. 1, с. 457). Рационалистически настроенные просвети-тели (Гельвеций, Дидро, Ламетри и др.) видели источник З., с одной стороны, в инстинктивной подчиненности человека своим личным и частным (групповым) интересам (т. н. "теория интереса" или "заинтересованного мышления"), а с другой – в политич. интересе господств. слоев, к-рые ради сохранения своего господства навязывали всему обществу различные ошибочные идеи (т. н. "теория обмана"). Вместе с тем в отношении человеч. разума они были крайними оптимистами и видели в человеч. разуме автономную силу, способную собств. действием раскрыть истину, разоблачать обманы и самообманы. Они считали, что достаточно открыть при помощи разума источники З., чтобы тем самым избежать впредь опасности в него впасть, а затем построить разумное общество, свободное от З. и генетически связанных с ним пороков. У Гоббса, Локка, Юма З. изображается результатом ошибки в суждении, т.е. в рассудочном связывании идей, восприятий. "Подобно тому, как люди обязаны всем своим истинным познанием правильному пониманию словесных выражений, так и основание всех их заблуждений кроется в неправильном понимании последних" (Гоббс Т., Избр. соч., М.–Л., 1926, с. 27). Кантовский априоризм превратил концепцию англ. эмпиристов, а также лейбнице-вольфовской школы в законченную систему логически сконструированного субъективизма, в к-рой историч. ограниченность бурж. индивидуализма была истолкована как система ограниченности человеч. познания вообще. Кант полагал, что З. есть следствие смешения субъективных и объективных основ наших суждений. По Канту, источник З. коренится в принципиально неправомерном выходе индивидуального сознания за пределы чувств. опыта, в объективный мир сам по себе. Однако для истины и З. в отношении познания объективного мира по содержанию в философии Канта, естественно, не существует критерия. Поэтому возможность З. в этой области познания может иметь значение только принципиальной ошибки выхода "за пределы" возможного субъективного опыта. Что же касается З. внутри опытного знания, то оно может быть следствием только нарушения логич. правил рассудка, т.е. имеет чисто формальный критерий (см. Критерий истины). Принципиальная невозможность для кантовской гносеологии критерия объективной истины в пределах теоретич. рассудка привела Канта к переносу проблемы истины относительно "мира вещей в себе" в область "практического разума", для к-рого она превращается в проблему долженствования. Поэтому в сфере практич. жизни, к-рую Кант противопоставляет сфере теоретической, З. толкуется им как нравственное несовершенство, свойственное природе человека, как "коренное зло" и рассматривается в пределах учения о нравственности. Фихте окончательно переводит вопрос о З. в субъективный план рассмотрения. Если истина, по Фихте, есть система знания, произведенная "Я", к-рое действует исключительно по внутр. необходимости, т.е. свободно, то З., наоборот, есть знание, произведенное несвободно, под давлением внешних обстоятельств – власти вещей или авторитета. Согласие или несогласие деятельности индивида с имманентными законами деятельности всеобщего трансцендентального "Я" постигается лишь в интимном чувстве такого согласия или несогласия. Отсюда путь лежал прямо к эстетически окрашенной интуиции Шеллинга и последующих форм иррационализма, но одновременно здесь же закладывались и предпосылки гегелевского решения, поскольку свободная деятельность рассматривалась как деятельность, согласная с универсальной необходимостью развития духовного мира, и в этом виде противопоставлялась произволу. Гегель решительно порывает с субъективизмом Канта и Фихте, и именно в этом состоит его шаг вперед в понимании З. Гегель отвергает метафизич. противопоставление истины и З. Источником З. является то обстоятельство, что "...в с о з н а н и и есть два момента: момент знания и момент негативной по отношению к знанию предметности... Существующее в сознании неравенство между "я" и субстанцией, которая есть его предмет..." (Соч., т. 4, М., 1959, с. 19). "Ложное знание о чем-нибудь означает неравенство знания с его субстанцией" (там же, с. 20). Однако самое это неравенство, выступая как эпизод в развитии истины, не может рассматриваться как просто "отсутствие" истины, не может быть противопоставлено истине как внешнее и чуждое ей. Для Гегеля З. не может быть неистинным вообще, потому что оно само есть факт знания, т.е. такой момент в развитии истины, когда последняя выступает "в форме неистинного". Здесь Гегель проводит последовательно, хотя и идеалистически, т. зр. историзма. Важно, по Гегелю, не констатировать З., а выяснить, каким образом оно рождается, и тогда оказывается, что самое З. родилось необходимо, как порождение данного этапа развития истины. "Феноменология духа" представляет собой такую естеств. "историю" человеческого знания, как бы палеонтологию сознания, в к-рой З. предстают как свидетельства движения сознания к истине, в исторически обусловленных формах "несчастного сознания", "разорванного сознания", "суеверия", "здравомыслия" и т.д. Гегель понимал ложное как отрицаемый развитием момент истины. З. есть особая форма ложного, особенность к-рой определяется как характерное для не постигшего диалектики истины сознания отношение к противоречию истинного и ложного: "...постигающее сознание сплошь и рядом не умеет освободить его (это противоречие) от его односторонности или сохранить его свободным от последней и признать взаимно необходимые моменты в том, что кажется борющимся и противоречащим себе" (там же, с. 2). Тем не менее, по Гегелю, и эта односторонность, как свойство З., есть исторически закономерная особенность развивающегося сознания. "З а б л у ж д е н и е есть нечто положительное, как мнение касательно того, чт? не есть само по себе сущее мнение, знающее и отстаивающее себя" (Соч., т. 5, М., 1937, с. 517). Другими словами, в истории знания З. играет роль утверждения того, что истина должна подвергнуть диалектическому отрицанию. Поскольку другого пути развития истины нет, З. входит в нее как ее органическая форма. Марксистско-ленинское решение проблемы З. исходит из диалектико-материалистич. понимания истины как процесса развития познания. Рассматривая З. как исторически обусловленное, а потому и исторически преодолеваемое несоответствие субъективного образа объективной действительности, Маркс и Энгельс объяснили это несоответствие как выражение ограниченности реальной власти людей над природой и над своими собственными взаимными отношениями. Типичными формами З. являются религия и филос. идеализм. Принципиально ту же природу имеют и те формы З., к-рые возникают в науч. сознании, напр. физич. идеализм. Любое З. имеет "земную основу", т.е. те реальные факты, односторонним отражением к-рых оно является. Нет и не может быть абсолютного З., т.е. такого представления, к-рое ничего не отражает в реальности. "Философский идеализм есть т о л ь к о чепуха с точки зрения материализма грубого, простого, метафизического. Наоборот, с точки зрения д и а л е к т и ч е с к о г о материализма философский идеализм есть одно-с т о р о н н е е, преувеличенное, ?berschwengliches (Dietzgen) развитие (раздувание, распухание) одной из черточек, граней познания в абсолют. оторванный от материи, от природы, обожествленный" (Ленин В. И., Соч., т. 38, с. 360). Иными словами, правильное отражение одного из моментов конкретной действительности становится З., если оно не дополняется отражением места и роли этого момента (стороны, черточки, тенденции) в составе конкретной действительности, напр. орган нельзя понять иначе как часть организма, в отрыве от организма. Поскольку же полное, исчерпывающее познание действительности возможно лишь в бесконечной перепективе всемирной истории познания и деятельности, постольку З. является неизбежной противоположностью истины, находящейся с последней в диалектически противоречивой связи. При определ. условиях истина становится З., а З. – истиной. Абсолютизированная истина и есть З., а З., поставленное на надлежащее место, т.е. понятое как относительно верное, ограниченно верное отражение одного из моментов конкретной действительности, не имеющего смысла и действит. существования вне связи с другими моментами и предпосылками, перестает быть З. в строгом смысле и становится фрагментом, "кусочком" истины. Так, гегелевская логика есть точнейшее описание диалектики процесса мышления. Однако превращенное в абсолют именно тем, что идеалист не раскрывает обусловленности этого процесса предметной деятельностью обществ. человека, это описание становится З. И наоборот, Маркс, устранив эту идеалистическую односторонность, усвоил и показал истинное содержание гегелевской диалектики. Абсолютизация относительной истины и есть поэтому основной путь возникновения З., а постоянно прогрессирующее познание и практическое преобразование все новых сторон действительности, – а тем самым и действительного места старых (уже известных) ее сторон, – есть единств. путь преодоления З. Абсолютизация ограниченно верных представлений, превращающая их в З., вовсе не есть имманентно присущее природе человека свойство, а только исторически преходящая тенденция сознания, возникающая на почве строго определенных историч. условий. Сознание, возникающее на основе низкого уровня развития производит. сил и соответствующих им производств. отношений, оказывается опутанным сетью "практических иллюзий". Иллюзии как представления, соответствующие узкой практике (низкому уровню развития культуры, как материальной, так и духовной), естественно, подтверждаются этой практикой, а истинное осознание действительности в ее революц. развитии делается для индивида, действующего в качестве агента узко прагматич. деятельности, не только излишним, но и прямо вредным. Так, преуспевающий капиталист, естественно, воспринимает, напр., теорию стоимости как схоластическое, оторванное от жизни мудрствование. Зато представления вульгарной экономии, в к-рых систематизируются его собств. ограниченные представления, он считает само собой разумеющейся истиной. Соответственно и наука, ориентирующаяся на огранич. практику, в данном случае на практику капиталиста- предпринимателя, т.е. вульгарная экономия, теоретически увековечивает З., совершенно точно отражающие поверхность явлений и представления человека, живущего в мире этих явлений. "Вульгарная экономия в действительности не делает ничего иного, как только доктринерски истолковывает, систематизирует и оправдывает представления агентов буржуазного производства, захваченных отношениями этого производства. Поэтому нас не может удивлять то обстоятельство, что как раз в форме проявления экономических отношений, которая отчуждена от них и в которых они... принимают нелепый характер и полны противоречий, – а если бы формы проявления и сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была бы излишня, – что именно здесь вульгарная экономия чувствует себя совершенно как дома и что эти отношения представляются ей тем самоочевиднее, чем более скрыта в них внутренняя связь, и чем, однако, более привычными они кажутся для обыденного представления" ("Капитал", т. 3, 1955, с. 830). Поляризуя умств. и физич. труд, превращая каждого человека в частичного носителя частичных функций ("профессиональный кретинизм", по выражению Маркса), товарно-капиталистич. общество тем самым формирует и сознание, естественно принимающее частичную истину за истину в целом, т.е. превращающее истину в З., а подлинную истину считающее чем-то несуществующим, мнимым, иллюзорным, плодом игры схоластич. ума. В данных условиях, как показал Маркс, чисто теоретич. разоблачение З. (напр., товарного фетишизма) не в силах изгнать З. из обществ. сознания. З. рассеивается лишь тогда, когда предметно-практически преобразуется сама действительность, рождающая и фиксирующая З. в качестве прагматически полезного представления о вещах и человеч. отношениях. Поэтому только революционная и революционизирующая мир практика человека, каждый раз прорывающая узкие рамки существующей практики, оказывается единств. способом преодоления З. и одновременно единств. ориентиром для науч. критики существующей действительности и ее схоластически-теоретич. отражения. Эта работа революц. критики была осуществлена впервые Марксом и Энгельсом. Одновременно это преодоление З. было процессом выявления "рациональных зерен", т.е. абсолютизированных в виде этих З. относительно верных отражений действительности (Рикардо, Гегель, Сен-Симон и др.). Разоблачив товарный фетишизм как "естественную" форму осознания действительности в условиях отчуждения, Маркс в ходе ее анализа показал ее одновременно как частный случай отчужденного сознания вообще, другой формой к-рого является религия. "Эта действительная ограниченность отражается идеально в древних религиях, обожествляющих природу, и народных верованиях. Религиозное отражение действительного мира может вообще исчезнуть лишь тогда, когда отношения повседневной практической жизни людей будут выражаться в прозрачных и разумных связях их между собою и природой" (там же, т. 1, с. 86). Пока не преодолено все тяжелое наследие классового, стихийного развития человечества, в т.ч. профессиональная узость личного развития человека, сопровождаемая принципиальным невежеством относительно всего того, что лежит за рамками профессии, для З. остается реальная почва. Диалектич. материализм рассматривает в качестве критерия различения истины от З. общественно-историч. практику, к-рая выступает, естественно, в исторически огранич. формах. Поскольку люди, живущие в условиях этих огранич. форм практики, не осознают их ограниченности и принимают их за вечные и неизменные, они неизбежно оказываются в плену З. и столь же неизбежно воспринимают как З. действительное движение практики и познания вперед. Но нельзя забывать, что и практика не может сразу же отделить истину от З. в составе конкретного знания с такой же точностью, как лакмусовая бумажка различает кислоту от щелочи. Практика не является таким всемогущим критерием, особенно если она понимается не как всемирно-историч. практика человечества, а узко прагматически. В. И. Ленин специально подчеркивал в связи с этим, что критерий практики тоже не абсолютен: "... Критерий практики никогда не может по самой сути дела подтвердить или опровергнуть п о л н о с т ь ю какого бы то ни было человеческого представления. Этот критерий тоже настолько "неопределенен", чтобы не позволять знаниям человека превратиться в "абсолют", и в то же время настолько определенен, чтобы вести беспощадную борьбу со всеми разновидностями агностицизма и идеализма" (Соч., т. 14, с. 130). Только диалектико-материалистич. философия, связанная с всемирно-историч. процессом преобразования обществ. отношений людей друг к другу и к природе, смогла поэтому теоретически разрешить проблему З. и указать пути его действительного преодоления и "снятия". Марксистско-ленинская теория познания показала, что проблема З. – это не только, и даже не столько чисто теоретическая, сколько широко социальная проблема, полное решение к-рой совпадает с коммунистич. преобразованием всех обществ. условий труда, в т.ч. и условий труда ученого, т.е. с преодолением товарно-капиталистич. формы разделения труда также и внутри науки. Лишь на почве диалектико-материалистич. теории отражения могут быть правильно расценены также место и роль тех З., к-рые действительно возникают в результате чисто формальных неточностей в рассуждении. Но З. такого рода и происхождения в истории науки играют, конечно, ничтожнейшую роль и к тому же часто имеют более глубокие причины, нежели простой недостаток формально-логич. культуры (см. Логические ошибки). Совр. бурж. философия, не видящая выхода за пределы товарно-капиталистич. способа разделения труда между индивидами, не в состоянии разрешить и проблему З. Усматривая корни З. не в историч. условиях, порождающих З., а в органически присущих человеч. познават. способностям "несовершенствах", совр. бурж. философия исходит из индивида, искалеченного разделением труда, и принимает его особенности за "естественные" свойства чувственности и мышления вообще. Так, неопозитивизм (Айер, Карнап, Рассел и т.п.), принимая "профессиональный кретинизм" бурж. специалиста за вечную и естеств. форму человеч. мышления, стремится найти способы преодоления З. на почве и в рамках условий, с неизбежностью порождающих и фиксирующих эти З. Отсюда и рождается крайне наивная иллюзия, будто все З. имеют свою причину в несовершенствах естеств. языков, а потому только и могут быть преодолены с помощью языка искусственного, где строго регламентированы все значения терминов и способы соединения терминов в языковые конструкции (в теории). Прагматизм вообще смазывает разницу между истиной и З., объявляя истиной все "полезные" представления. Последовательное проведение этого взгляда приводит к учению об истине, как о "полезной фикции"; З. философски санкционируется в качестве истины, поскольку оно приводит к прагматически оправдываемому эффекту, успеху. Реальные корни и условия возникновения З. здесь остаются вне поля зрения и тем самым принимаются за естеств. и неизменные предпосылки его мышления, познания. Откровенно и предельно проблема З. субъективируется и поэтому с неизбежностью переводится в иррационалистич. план у совр. экзистенциалистов и их духовного предшественника Кьеркегора. Проблема З. переносится Кьеркегором в сферу практического, но последняя предельно сужается им и выступает как этика. Если человек в своих поступках исходит из требований своего внутр. "Я", к-рое выступает в сфере этики как "совесть", если он выбирает себя, то он выбирает истину. Если же он предпочитает действовать сообразно тому, что ему навязывают извне, сообразно требованиям, о происхождении и правомерности к-рых он вопроса не ставит, т.е. если он выбирает не самого себя, а нечто объективное, он заблуждается. Субъективное, личное оказывается критерием истины. Кьеркегор и вслед за ним совр. экзистенциалисты называют все то, что берет свое начало в субъективном, необъективируемом, – "подлинным", то, что исходит из безликого, внешнего человеку, – "неподлинным". Один из вождей совр. экзистенциализма Хейдеггер определяет З. как "сокрытость", а истину – как "нескрытость". Он выступает против традиц. понимания истины как соответствия суждения предмету. Такое понимание, по Хейдеггеру, делает "местом" истины суждение и основано на "метафизическом" толковании познания как отношения субъекта к объекту. Истина есть характеристика самого бытия. Но это бытие есть бытие человеческое, есть "открытость" человеч. бытия, а З. – "сокрытость". Одним из наиболее типичных примеров З. является, по Хейдеггеру, следование традиции. Понять, скажем, филос. теорию – значит увидеть в ней решение тех вопросов, над к-рыми бьешься сам. Поэтому, говорит Хейдеггер, подлинный мыслитель не может заниматься классификацией школ или направлений, ибо в лице всех этих направлений для него существует только одно – свое собственное. Эта т. зр. Хейдеггера приводит его к крайне субъективистским выводам: предпосылкой в решении проблемы З. и истины является субъективистское понимание личности и творч. процесса, к-рый совершенно отрывается от объективного, выступает ли это объективное в форме природной или социальной закономерности, в форме опредмеченной человеч. деятельности – т.е. культуры. Диалектико-материалистич. анализ знания, имеющий целью отличить истину от З., всегда должен быть доведен до понимания материальных условий, определяющих человеч. жизнедеятельность, до понимания конкретно-историч. рамок и границ этой жизнедеятельности, характера отношений людей друг к другу и к природе, с необходимостью порождающих это знание и определяющих меру его истины, за пределами к-рой эта частичная истина становится З. В теории З. опрокидывается лишь тогда, когда ему противопоставляется полная и конкретная картина той действительности, абстрактно-односторонним и абсолютизированным отражением к-рой является критикуемое З. Критич. отношение к собств. практич. и теоретич. предпосылкам (самокритичность) – это субъективное условие, без к-рого мыслящий человек не в состоянии самостоятельно отличить истину от З., не в состоянии вырваться из сети практич. иллюзий, со стихийной силой навязываемых ему ограниченными условиями его жизни. И эта самокритичность мышления, в свою очередь, может быть обеспечена только конкретным пониманием всеобщих условий деятельности и познания, т.е. филос. теорией, раскрывающей связи мышления с предметно-практич. деятельностью обществ. человека, а через нее – с объективной реальностью. Единственной филос. теорией, в полной мере охватывающей этот круг вопросов, является ныне марксистско-ленинская диалектика, как логика и теория познания, – острейшее оружие борьбы с З. Э. Ильенков, Й. Элез, Н. Митрошилова, П. Гайденко, М. Туровский. Москва.

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

Найдено научных статей по теме — 15

Читать PDF
255.92 кб

Истина и заблуждение в трактовке человека как номо consumens

Бушуева Нина Александровна, Ухов Артем Евгеньевич
Критика понимания человека, излагаемая в статье, обусловлена преобладанием господствующих в западном обществе XIX-XX вв.
Читать PDF
171.21 кб

Истина и заблуждение: ревизия классических дефиниций

А.Д. Майданский
В статье показано, что классические дефиниции истины и заблуждения, как соответствия или несоответствия мышления и реальности, знания и его предмета, представляют собой не более чем формальные абстракции.
Читать PDF
171.21 кб

Истина и заблуждение: ревизия классических дефиниций

Майданский А. Д.
В статье показано, что классические дефиниции истины и заблуждения, как соответствия или несоответствия мышления и реальности, знания и его предмета, представляют собой не более чем формальные абстракции.
Читать PDF
138.01 кб

Истина, заблуждение, неведение: поиск сущности ошибок в уголовном праве

Колосовский Валерий Владимирович
Отсутствие истины может представлять как неведение, так и заблуждение. В определении заблуждения может быть использован только один вид ложного неосторожная ложь, которая, когда она принимается за истинность, означает заблуждение.
Читать PDF
777.07 кб

Заблуждение как проявление мифа в науке

Дорожкин Александр Михайлович, Ткачев Андрей Николаевич
В статье поднимается вопрос о принципиальной неопределенности понятия «заблуждения» в философии науки, а также рассматривается природа этой неопределенности, которая понимается как миф.
Читать PDF
148.73 кб

Ложь и заблуждение в структуре научного познания

Суханов Ким Николаевич
Исследована проблема соотношения истины, лжи, заблуждения в научном познании. Наука даёт человеку методы и средства решения практических и теоретических проблем.
Читать PDF
196.48 кб

Особенности заблуждений в общественных науках

Тилинина Татьяна Валентиновна
Читать PDF
168.28 кб

Энциклопедия заблуждений. Имя и наследие Е. П. Блаватской в зеркале информационного пространства

Скородумов С.В.
Читать PDF
111.29 кб

2003. 01. 018. Шафер-ландау Р. Познание правды из заблуждения. Shafer-landau R. knowing right from w

Тихомиров Д. В., Яковлев В. А.
Читать PDF
182.27 кб

Взаимосвязь истины и заблуждения в философии Возрождения и Нового времени

Поносов Ф. Н.
Статья анализирует процесс достижения истины в философии Возрождения и Нового времени. Выявлены некоторые его элементы, показана процессуальность познавательного процесса.
Читать PDF
293.57 кб

Истины и заблуждения в классической немецкой философии

Поносов Ф. Н.
В статье анализируется процесс достижения истины в классической немецкой философии с использованием философских трудов И. Канта, Г. Гегеля и Л. Фейербаха. Выявлены некоторые его элементы, демонстрируется процессуальность познания.
Читать PDF
3.87 мб

Гносеологический ряд как форма взаимосвязи истины и заблуждения в индивидуальном познании

Поносов Ф. Н.
Читать PDF
155.77 кб

Экологическая мифология К. С. Лосев. Мифы и заблуждения в экологии

Розенберг Г. С.
Читать PDF
83.35 кб

Ответ рецензенту: «Мифы и заблуждения в экологии» или «Блеск и нищета энвайронментализма»

Лосев К. С.
Читать PDF
479.65 кб

Теория конфликта : заблуждения и перспективы

Новосельцев В. И., Полевой Ю. Л.
Обсуждаются проблемы современной конфликтологии, отсутствие полноценной теории, способной предложить принципы, методы и приемы изучения конфликтных процессов, имеющие междисциплинарную значимость.

Похожие термины:

  • ПОЗНАНИЕ И ЗАБЛУЖДЕНИЕ.Очерки по психологии исследования

    Erkenntnis und Irrtum. Skizzen zuer Psychologie der Forschung, 1905; рус. пер. 1912) — одно из главных сочинений Э. Маха, посвященное проблемам теории познания. Для того, чтобы выяснить реальные возможности познания и тем самым изб
  • Истина и заблуждение

    Под И. понимается такое знание, которое соответствует своему объекту. В теории познания различают понятия абсолютной и относительной истины. Абсолютная истина полное, всестороннее, исчерпывающее
  • ОСНОВНОЕ ЗАБЛУЖДЕНИЕ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ

    в противоречивом единстве с основным заблуждением массового сознания составляет дуальную оппозицию, полюса которой находятся в состоянии амбивалентности; вера в О. з. коренится в тотемизме, отож
  • ОСНОВНОЕ ЗАБЛУЖДЕНИЕ МАССОВОГО СОЗНАНИЯ

    в противоречивом единстве с основным заблуждением интеллигенции составляет дуальную оппозицию, полюса которой находятся в соотношении амбивалентности. Оно коренится в тотемизме, в вере в то, что
  • Основное заблуждение

    логическая ошибка (уловка), связанная с нарушением правила истинности аргументов: среди аргументов, используемых в доказательстве, есть ложное положение.
  • структурное заблуждение

    Целый ряд исследований убедительно свидетельствует о том, что существуют склонности упускать из виду случайные данные и видеть паттерны там, где их нет. Непонимание неполных или непредставительн