ЦЕННОСТЬ

Найдено 31 определение
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] [зарубежный] Время: [советское] [постсоветское] [современное]

Ценность
философская категория, обозначающая социально обусловленные значения материальных и духовных явлений, определяющих смыслы бытия человека и общества в целом.

Источник: Краткий энциклопедический словарь философских терминов

Ценность
value) – термин, используемый в философии и социологии для указания на человеческое, социальное и культурное значение определенных объектов и явлений, отсылающих к миру должного, целевого, значимого, абсолютного.

Источник: Биомедицинская этика. Краткий словарь терминов

Ценность
фиксированная в человеческом сознании характеристика отношения объекта к человеку, материальный или идеальный предмет которому приписывают важную роль в своей жизни и стремление к обладанию им ощущают как необходимость.

Источник: Культурология. Учебный словарь. 2014 г.

Ценность
1) характеристика отношения человека или общества к объектам, которые могут использоваться для удовлетворения материальных или духовных потребностей (добро и зло, прекрасное и безобразное и т.д.); 2) положительная значимость для индивида или социальной группы какого-либо идеального или материального объекта.

Источник: Философия логика и методология науки Толковый словарь понятий. 2010 г.

Ценность

Остается, однако, огромная, традиционно включаемая в философию область, где научные методы не являются адекватными. Эта область включает окончательные ценностные вопросы; одна лишь наука, например, не в силах доказать, что недостойно радоваться причинению жестокости. Все, что можно узнать, можно узнать при помощи науки; однако то, что по праву является вопросом чувства, лежит за пределами ее компетенции.

Источник: Философский словарь разума, материи, морали

ЦЕННОСТЬ
термин, используемый в философской и социологической литературе для указания на человеческое, социальное и культурное значение определенных объектов и явлений, отсылающий к миру должного, целевого, к смысловому основанию, Абсолюту. В широком смысле Ц. называют обобщенное, устойчивое представление о чем-то предпочитаемом как о благе, т. е. о том, что отвечает потребностям, интересам, целям человека или другого социального субъекта. Ц. - человеческое, социальное и культурное значение явлений действительности.

Источник: Глоссарий философских терминов проекта Distance

ЦЕННОСТЬ
положительная или отрицательная значимость объектов и явлений окружающего мира для конкретного социума в определённое время. Ценность является не объективным, а субъективным свойством предметов и явлений, поскольку обозначает уровень из значимости для человека и социума, их «оценку». Различают материальные и духовные ценности в зависимости от их роли в жизнедеятельности общества. Всё сущее оценивается человеком через призму представлений о добре или зле, истине и лжи, красоты или безобразия, допустимого или запретного, справедливого или несправедливого.

Источник: Культура и межкультурное взаимодействие 2018

ЦЕННОСТЬ
устойчивый социально-когнитивный паттерн для иерархического соотнесения различных реалий по принципу их субъективной предпочтительности, "критерий или стандарт для выбора из альтернатив ориентации, внутренне присущих определенной ситуации" (Т. Парсонс. Цит. по: Миллс Ч.Р. Социологическое воображение.- М., 1998.- С. 147). Ц. "связана с понятием идеала; более того, она является результатом реализации некоторого идеала... в основе системы ценностей, составляющей данную культуру, лежит идеал" (Бранский В.П. Искусство и философия.- Калининград, 2000.- С. 242-243).

Источник: Философский глоссарий

ЦЕННОСТЬ
все желанное, а не только ««желаемое». Существуют биологические (здоровье, сила), экономические (богатство), эстетические (красота), моральные (добродетель), религиозные (сакральное) и другие ценности. Вообще выделяют три группы ценностей: истинное, доброе и красивое. Понятие ценности (то, что должно быть) отличается от понятия истины (то, что есть); это практическое понятие, смысл которого неизменно связан с опытом воли или действия: 1) оно предполагает «динамический» элемент в форме желания или чувствительности субъекта: чем больше наше желание, тем большей ценностью, как нам кажется, обладает его объект; и наоборот, очень ценный объект (золото, деньги) может в наших глазах не иметь никакой ценности, если на него не направлено наше желание; 2) при этом оно обладает и объективным или «статическим» аспектом (социальный, традиционный или универсально человеческий характер ценности: например, культуры, честности, верности и т.д.).

Источник: Евразийская мудрость от а до Я

ЦЕННОСТЬ
: все желанное (а не только «желаемое»). Существуют биологические (здоровье, сила), экономические (право), эстетические (красота), моральные (добродетель), религиозные (сакральное) и другие ценности. Вообще выделяют три группы ценностей истинное, доброе и красивое. Понятие ценности (то, что должно быть) отличается от понятия истины (то, что есть) - это практическое понятие, смысл которого неизменно связан с опытом воли или действия: 1) оно предполагает «динамический» элемент в форме желания или чувствительности субъекта: чем больше наше желание, тем большей ценностью, как нам кажется, обладает его объект; и наоборот, очень ценный объект (золото, деньги) может в наших глазах не иметь никакой ценности, если на него не направлено наше желание; 2) при этом оно обладает и объективным или «статическим» аспектом (социальный, традиционный или универсально человеческий характер ценности: например, культуры, честности, верности и т.д.).

Источник: Философский словарь

Ценность
1. Объективная Ц.:все, что существует в качестве выбираемого субъектом как предпочтительного, имеющего для него значение. 2. Субъективная Ц.: внутренняя основа выбора. Так у человека Ц. задает ранжировку предпочитаемых потребностей, подлежащих удовлетворению, и средств их удовлетворения. В базовых (главных, наиболее устойчивых) Ц. кристаллизуется фундаментальный настрой. В свою очередь они являются глубинной основой интерпретации информации: можно найти объективные критерии для однозначного понимания информации, но невозможно для субъекта, обладающего определенным качеством ценностной ориентаци (набором базовых Ц. как «аксиологических аксиом»), задать объктивный критерий оценки поступающей информации («в упор не вижу», «это для меня неприемлемо», «о вкусах не спорят» и т.д.). - Сагатовский В.Н. Ценности и духовность / Философия в духовной жизни общества (Материалы Первого Российского Философского конгресса). Т. 1. СПб. 1997. С. 124-127.

Источник: Философские категории авторский словарь

Ценность
1. Объективная Ц.:все, что существует в качестве выбираемого субъектом как предпочтительного, имеющего для него значение. 2. Субъективная Ц.: внутренняя основа выбора. Так у человека Ц. задает ранжировку предпочитаемых потребностей, подлежащих удовлетворению, и средств их удовлетворения. В базовых (главных, наиболее устойчивых) Ц. кристаллизуется фундаментальный настрой. В свою очередь они являются глубинной основой интерпретации информации: можно найти объективные критерии для однозначного понимания информации, но невозможно для субъекта, обладающего определенным качеством ценностной ориентаци (набором базовых Ц. как «аксиологических аксиом»), задать объктивный критерий оценки поступающей информации («в упор не вижу», «это для меня неприемлемо», «о вкусах не спорят» и т.д.).
Ист.: Сагатовский В.Н. Ценности и духовность / Философия в духовной жизни общества (Материалы Первого Российского Философского конгресса). Т. 1. СПб. 1997. С. 124-127.

Источник: Философия антропокосмизма авторский словарь.

ЦЕННОСТЬ
отношение между представлением субъекта о том, каким должен быть объект, и самим объектом. Термин «Ц.» широко используется в филос. лит-ре для указания на значение вещей и явлений действительности. Наличие мн-ва чел. потребностей и способов отношения к окружающему миру предполагает и многообразие оценок. Ц. явл. не свойством к.-л. вещи или явления, а сущностью и одновременно условием полноценного бытия объекта. По форме Ц. делятся на позитивные и негативные; на абсолютные и относительные; на субъективные и объективные и т.п. По содержанию различаются Ц. вещественные и невещественные; логич., этич. и эстетич.; Ц. приятного, полезного и пригодного и т.п. В кач-ве Ц. могут также выступать универсальные цели и идеалы, нормы и стандарты как чел. деятельности в целом (истина, добро, красота, справедливость и т.д.), так и отд. ее видов (ценности науки, экономики, морали, политики, исква, права и др.). Начиная с Сократа, впервые попытавшегося ответить на вопрос: «Что такое благо?», в философии формируется аксиология — учение о Ц. О.В.Никулина

Источник: История и философия науки. Энциклопедический словарь

ЦЕННОСТЬ
объект (интеллектуальный или материальный), который имеет позитивное значение для человека или общества. Различают социальные и индивидуальные ценности. К  социальным ценностям относят этические, эстетические,  политические,  мировоззренческие.  Ориентация  на  эти  ценности  есть социальная ориентация ученого. Они ориентируют ученого на отбор информации на основе общественных  интересов. Этот выбор осуществляет ученый в любой отрасли  знания.  Основным  стимулом  научного  поиска  выступают  не  столько ценности самой науки, сколько  вненаучные ценности, значимые для человека и общества – социальные, антропологические, экологические и др.  С ценностной ориентаций исследований связан вопрос о моральной ответственности ученого. Огромное  влияние  для  научного  поиска  играют  индивидуально-личностные ценности,  т.е.  ценностные  предпосылки  конкретного  ученого,  что  во  многом обуславливает его стратегию как ученого. Проблему ценностных  предпосылок научного познания и влияния субъекта на процесс познания глубоко исследовала феноменология. Ее основатель Э. Гуссерль вводит понятие «горизонты сознания» (содержание сознания на фоне которого осуществляется познание) и «жизненный мир» (то, что составляет жизненный опыт человека, что проверено его житейскими ситуациями).

Источник: Философия науки и техники: словарь

Ценность
философская категория, обозначающая специфически социальные определения объектов окружающего мира, выявляющие их положительное или отрицательное значение для человека и общества (благо, добро и зло, прекрасное и безобразное и т.п.). Внешне ценности выступают как свойства предмета или явления, однако они присущи ему не от природы, не просто в силу внутренней структуры объекта самого по себе, а потому, что он вовлечен в сферу общественного бытия человека и стал носителем определенных социальных отношений. По отношению к субъекту (человеку) ценности служат объектами его интересов, а для его сознания выполняют роль повседневных ориентиров в предметной и социальной действительности, обозначения различных практических отношений человека к окружающим предметам и явлениям...[2]. От себя добавим, что ценности могут быть положительными, отрицательными и нулевыми; люди говорят: "Это представляет для меня нулевую ценность!"
В настоящее время выделяют общечеловеческие ценности, одной из которых является "время существования цивилизации в будущем". Для увеличения этого времени необходимо предпринимать различные меры, в том числе представляется целесообразным сократить население планеты. Тезис достаточно фундаментально обоснован Т.Мальтусом в работе "Опыт о законе народонаселения", где Т.Мальтус предлагал добиваться сокращения населения Земли путем контроля за рождаемостью, сопровождающегося разъяснениями необходимости такого пути развития и повышением грамотности населения, для того чтобы оно могло понимать эти разъяснения.
Ассоциативный блок.
Общественные ценности являются результатом развития культуры отношений, но не науки.

Источник: Теоретические аспекты и основы экологической проблемы: толкователь слов и идиоматических выражений

Ценность
понятие, в котором выражена значимость явлений действительности для человека и человечества; социально и культурно значимые для человека явления и предметы окружающей действительности. Это положительная или отрицательная значимость для человека объектов окружающего мира, различных общностей людей, включая общество в целом, определяемая не свойствами самими по себе, а их вовлеченностью в сферу человеческой жизни, интересов и потребностей, социальных отношений. Критерий и способы оценки этих ценностей и их значимости выражены в нравственных принципах и нормах, идеалах, установках, целях. Различают материальные, духовные, общественно-политические, положительные и отрицательные ценности. В ходе развития общества вырабатываются исторически обусловленные представления о добре, благе, справедливости, свободе и др. ценностях, а также формируются общечеловеческие ценности (нормы нравственности, прогрессивное культурное наследие и др.). Ценность – основная категория аксиологии, чаще всего обозначающая: а) добро или качество добра (как вещи ценной), качество, которое благодаря кому-то или чему-то представлено; б) качество, комуто или чему-то приписываемое, т.е. объективное и субъективное качество; в) качество, кому-то или чему-то приписываемое в соответствии с нормами, доминирующими в некоторой культуре или субкультуре – представление культурологическое; г) то, что значимо, что определяет жизнь человека; д) то, что ценно и достойно усилий и исполнения. Ценность может быть как позитивной, так и негативной; исполнять роль средства в достижении той или иной ценности или иметь необходимый характер. Понятие ценности первоначально появилось в экономике, а затем в аксиологии, этике, эстетике, философии

Источник: Философия и методология науки (понятия категории проблемы школы направления). Терминологический словарь-справочник 2017

Ценность
нейтральное понятие аксиологии (с греч. axiа – ценность) раскрывает смысл и значимость тех или иных объектов или ситуаций для человека. Значимость и есть сущность ценностного отношения. Объекты интересуют человека не сами по себе, а в отношении к его жизнедеятельности, реализации человеком свой сущности. Следовательно, ценностью является все, что удовлетворяет его потребности, имеет личностный или общественно-культурный смысл. Ценность исходит не от самого объекта, а от отношения к нему активно действующего субъекта. В мире культуры при- нято деление ценностей на материальные и духовные. Но следует иметь в виду, что это деление достаточно условно и упрощенно, так как даже материальные ценности в конечном итоге имеют духовную значимость как результат усилий, творчества, понятия о красоте, они – условие для чисто духовной деятельности. Ценности обозначились в истории культуры как некие духовные постулаты, помогающие человеку устоять в жизненных перипетиях и испытаниях, как представления о желаемом в человеке и образе его жизни. Философия культуры и аксиология исходят из положения о том, что в общественной жизни функционирует определенная тенденция сохранения базовых ценностей, без которых невозможно бытие как человечества в целом, так и каждой определенной культуры. Опыт показал, что базовыми являются так называемые высшие духовные общечеловеческие постулаты: жизнь, смерть и бессмертие, добро, истина, красота, любовь, честь, достоинство, верность и дружба, свобода. Безусловно, в разные эпохи и в разных культурах их содержание не является идентичным: каждая культура, помимо общего содержания, вносит что-то свое, уникальное, неповторимое, и, тем не менее, именно в этих базовых ценностях сохраняется некая общая объективность как выражение духовности человечества в целом.

Источник: Философия: основные понятия и определения. Учебно-методичесое пособие.

ЦЕННОСТЬ
То, что позволяет дать предмету оценку; кроме того, так иногда называют, в менее строгом смысле, ценные вещи. С понятием ценности связано несколько предрассудков.
1. Первый из них основан на смешении ценностей и оценок. Это — полнейшее недоразумение, подобное отождествлению числа и счета. Данный предрассудок есть следствие психологизма, неспособности понимать вещи, которых не существует в реальности. На самом деле каждая оценка приписывает предмету определенную ценность, и поэтому ценность является ее объектом подобно тому, как вещь, которую мы видим, есть объект нашего видения.
2. Согласно другому предрассудку, ценности в ходе истории изменяются: то, что вчера было ценностью, сегодня ею уже не является, и наоборот. Действительно, человеческие оценки со временем меняются, и многие ценности, которые признавались древними греками, не признаются нынешними поляками. Но то же самое можно сказать о географических и даже математических взглядах. Древние египтяне в течение тридцати столетий придерживались ложных представлений о площади треугольника. Но из этого вовсе не следует, что принципы построения треугольника со временем изменились; иным стало только наше знание об этих принципах. Точно так же обстоит дело с ценностями: люди по-разному, то лучше, то хуже, постигают их в те или иные периоды времени. Сами же ценности неизменны наподобие чисел и т. п.
3. Третий предрассудок касается относительности наших оценок: утверждается, что для одного человека ценно одно, а для другого другое. Наиболее распространено заблуждение, согласно которому оценки полностью зависят от принадлежности к культурным группам, обществу, классу и пр. Действительно, наше понимание ценностей всегда носит односторонний характер и зависит от того, кто мы такие, в том числе и от наших социальных потребностей. Но верно и то, что некоторые потребности являются общими для всех и основные оценки остаются в принципе неизменными.
Причинами популярности этих суеверий следует считать скептицизм и преувеличение роли общества в человеческой жизни.
См.: релятивизм, этика.

Источник: Сто суеверий. Краткий философский словарь предрассудков

ЦЕННОСТЬ
центральное аксиологическое понятие (см. аксиология) – индивидуально и социально значимое определение материальных и духовных объектов окружающего мира, выявляющее их положительную или отрицательную потребность для человека, социальной группы или общества в целом. Ценности представляют собой предмет устремлений, целей, а в абсолютном выражении – смысл бытия. Высшая значимость тех или иных объектов или отношений является сущностью ценности как таковой. Ценность исходит не от самого объекта, а от отношения к нему со стороны субъекта. Поэтому объект, ценный для одного человека, для другого может не представлять никакого интереса. По своему содержанию ценности могут выражать разные потребности, в силу этого они подразделяются на разные группы. Самое крупное деление ценностей – на материальные и духовные (утилитарные и возвышенные). Следует иметь в виду, что разделение ценностей достаточно условно, ибо для человека как существа целостного, любая ценность не может иметь только утилитарный, материализованный смысл: покупая новую одежду, человек не просто хочет прикрыть свое тело, а, прежде всего, выглядеть красиво. Философия обращает свой анализ преимущественно на область высших духовных ценностей: ее интересуют добро, красота, свобода, смысл жизни, истина, самоценность человека, достойный образ жизни, нравственность в целом и т.п. Философия, аксиология, этика исходят из положения о том, что ценности в истории культуры существуют в двух аспектах: с одной стороны, они – конкретно-историческое явление и в этом плане меняются от эпохи к эпохе, различаются в разных культурах. Но одновременно с этими процессами существуют и так называемые общечеловеческие ценности, которые являются базовыми постулатами существования человечества, его сохранения как специфической, уникальной данности бытия в масштабе всей Вселенной. Они стары, как старо само человечество, и известны, и вовсе неслучайно "записаны на скрижалях". "Записано на скрижалях" – это то, что человечество никогда не должно забывать; это закон, без соблюдения которого существование человечества будет поставлено под вопрос. В личностном плане ценностные ориентации (их характер, содержание, разнообразие, наличие высших духовных ценностей) выражают масштаб личности, уровень ее духовного развития. В религиозной традиции самые высоконравственные и духовно одаренные личности именовались святыми. Святые значит наполненные духовным светом и несущие этот свет в мир.

Источник: Философия: конспект лекций и словарь терминов (элементарный курс)

ЦЕННОСТЬ
положительная или отрицательная значимость объектов окружающего мира для человека, социальной группы, общества в целом, определяемая не их свойствами самими по себе, а их вовлеченностью в сферу человеческой жизнедеятельности, интересов и потребностей, социальных отношений; критерий и способы оценки этой значимости, выраженные в нравственных принципах и нормах, идеалах, установках, целях. Ценностьзначение и свойства объекта или явления, которые нужны (необходимы, полезны, приятны и т.п.) человеку или группе (классу, обществу) людей в качестве средства удовлетворения их потребностей и интересов, а также идей и побуждений в качестве нормы, цели или идеала. Ценность – более общее понятие, чем полезность.
Все многообразие предметов человеческой деятельности и общественных отношений выступает в качестве «предметных ценностей», которые соотносятся в плане противопоставления добра и зла, прекрасного и безобразного, истинного и ложного, справедливого и несправедливого и т.д. Другим полюсом ценностного отношения человека к миру, противостоящего «предметным ценностей», выступают «субъектные ценности», т.е. установки и оценки, императивы и запреты, цели и проекты, которые следует рассматривать как ориентиры человеческой деятельности. В рамках той или иной культуры, цивилизации формируется определенный набор и иерархия ценностей, система которых выступает в качестве наиболее высокого уровня социальной регуляции. Ценности — это не сами по себе предметы материальной культуры, явления духовной культуры или процессы в сфере культуры человеческих отношений, а их социальное качество, свойство, соотносимое с человеческой деятельностью. Наука о ценностях — аксиология.
Ценностное отношение является единством объективного и субъективного, полезного и приятного, чувственного и рационального, инстинктивного и сознательного, биологического и социального. Ценность учитывает экономические, социальные и научно-технические показатели и зависит от моральных, юридических и др. норм. Измерение ценности производится путем ее оценки, т.е. умственного акта, представляющего собой результат оценочного отношения человека к соответствующему объекту. В то время как ценность всегда положительна, ее оценка может быть как положительной, так и отрицательной.
Различают материальные, общественно-политические и духовные ценности; положительные и отрицательные ценности. Ценности жизни – это ценность самой жизни, здоровья, радости жизни и т.п. Ценности культуры включает в себя ценность материальной, духовной и социально-политической культуры. В области материальной культуры объективным критерием различения ценности от неценности является польза и полезность. Ценность является предметом теории ценностей (аксиологии), приложения которой используются в теории игр и теорий статистических решений, где ценности иногда относят к задачам, решение которых отыскивается в условиях определенности, а полезность – к задачам, решаемым в условиях неопределенности.

Источник: Словарь науки. Общенаучные термины и определения. 2008 г.

ЦЕННОСТЬ
(Wert; в качестве философского термина введено Лотце) — то, что «чувства людей диктуют признать стоящим над всем и к чему можно стремиться, созерцать, относиться с уважением, признанием, почтением» (П. Менцер). Ценность является не свойством какой-либо вещи, а возможностью раскрыть сущность и одновременно условием полноценного бытия объекта. Наличие множества человеческих потребностей и способов чувствования объясняет существование разнообразия оценок: то, что для одного имеет большую ценность, для другого — небольшую или вообще никакой. Возможность различать ценности по интенсивности и виду позволяет сопоставлять их друг с другом. С формальной точки зрения ценности делятся на позитивные и негативные (малоценность, отсутствие ценности), на относительные и абсолютные, на субъективные и объективные. По содержанию различаются вещные ценности, логические, этические и эстетические ценности: приятное, полезное и пригодное; истина, добро, прекрасное. Фон Ринтелен в своей логике ценностей пытается бороться с релятивистскими и историческими течениями, основывающимися на таком понимании; суть какой-либо неизменной идеи ценности, например любви, заключается в том, что она способна иметь различные степени интенсивности и реализоваться в самых различных видах: эрос, агапе, любовь к людям, социальная любовь. Н. Гартман осуществил синтез кантовского априоризма и материальной этики ценностей Аристотеля: «Имеется существующее для себя царство ценностей, настоящий kosmos noetos, который находится по ту сторону действительности, так же как и по ту сторону сознания». Вопрос о сущности ценности он относит к метафизическим, иррациональным, никогда не разрешимым проблемам; см. Этика ценностей. Ницше сделал очевидным то огромное значение, которое имеют ценности и ценностные оценки для мировоззрения. Ценностные оценки являются для него «физиологическими требованиями сохранения определенного способа жизни»; в них выражается «воля к власти». Он требовал и пытался осуществить переоценку всех ценностей и «упорядочение их по рангам». Высшую ценность воплощает в себе великий человек, который (по Ницше) устанавливает ценности; см. Философия ценностей. С психологической точки зрения ценность того или иного предмета повседневной жизни усматривается в том, что он способен вызвать приятные переживания и желание обладать им. В. Bauch. Wahrheit, W. und Wirklichkeit, 1923; N. Hartmann. Ethik, 1926; F. J. v. Rintelen. Der W. gedanke in der europäischen Geistesentwicklung, 1932; V. Kraft. Die Grundlage einer wiss. W. lehre, 1937; R. Polin. La création des valeurs. Paris, 1944; S. Hart. Treatise on Values. New York, 1949; M. Eberhardt. Das Werten, 1950; L. Lavelle. Traité des valeurs, I—II, Paris, 1951; B. Juhos. Das W.geschehen und seine Erfassung, 1956; K. Stavenhagen. Person und Persönlichkeit, 1957; A. Stern. Geschichtsphilos. und W. problem, 1967; P. Keiler. Wollen und W., 1970; F. Fischer. Der Wille zum W., 1973; M. SchollSchaaf. W.haltung und W.system, 1975; E. H. Gombrich. Die Krise der Kulturgesch.: Gedanken zum W. problem in den Geisteswiss., dt. 1983.

Источник: Философский словарь [Пер. с нем.] Под ред. Г. Шишкоффа. Издательство М. Иностранная литература. 1961

ЦЕННОСТЬ
термин, широко используемый в филос. и социологич. лит-ре для указания на человеч., социальное и культурное значение определ. явлений действительности. По существу все многообразие предметов человеч. деятельности, обществ. отношений и включенных в их круг природных явлений может выступать в качестве «предметных ценностей» как объектов ценностного отношения, т. е. оцениваться в плане добра и зла, истины или неистины, красоты или безобразия, допустимого или запретного, справедливого или несправедливого и т. д. Способы и критерии, на основании к-рых производятся сами процедуры оценивания соответствующих явлений, закрепляются в обществ. сознании и культуре как «субъектные Ц.» (установки и оценки, императивы и запреты, цели и проекты, выраженные в форме нормативных представлений), выступая ориентирами деятельности человека. «Предметные» и «субъектные» Ц. являются, т. о., как бы двумя полюсами ценностного отношения человека к миру.
В структуре человеч. деятельности ценностные аспекты взаимосвязаны с познавательными и волевыми; в самих ценностных категориях выражены предельные ориентации знаний, интересов и предпочтений различных обществ. групп и личностей. Развитие рационального познания общества, в т. ч. исследование природы и генезиса Ц., воздействует на всю сферу ценностных отношений, способствуя освобождению ее от метафизич. абсолютизации. Отвергая идеалистич. представления о внеисторической и надсоциальной природе Ц. (см. Ценностей теория), марксизм подчеркивает обществ.-практич. сущность, историчность и познаваемость Ц., идеалов, норм человеч. жизни.
Каждая исторически конкретная обществ. форма может характеризоваться специфич. набором и иерархией Ц., система к-рых выступает в качестве наиболее высокого уровня социальной регуляции. В ней зафиксиророваны те критерии социально признанного (данным обществом и социальной группой), на основе к-рых развертываются более конкретные и специализиров. системы нормативного контроля, соответствующие обществ. институты и сами целенаправленные действия людей - как индивидуальные, так и коллективные. Усвоение этих критериев на уровне структуры личности составляет необходимую основу формирования личности и поддержания нормативного порядка в обществе. Интеграция, внутр. противоречивость и динамизм обществ. систем находят свое выражение в структуре соответствующих им ценностных систем и способах их воздействия на различные обществ. группы. Важный элемент ценностных отношений в обществе - системы ценностных ориентации личности.
Ценностные системы формируются и трансформируются в историч. развитии общества. Поскольку эти процессы связаны с изменениями в различных сферах человеч. жизни, их временные масштабы не совпадают с масштабами социально-экономич., политич. и др. изменений. Так, эстетич. Ц. античности сохранили свое значение и после гибели породившей их цивилизации; известна длительность воздействия гуманистич. и демократич. идеалов европ. Просвещения, истоки к-рых берут начало в антич. и эллинистич. культурах. Воззрения на историю общества как реализацию системы «вечных ценностей» или как последоват. смену одного типа Ц. другим (напр., трансцендентно ориентированных светскими, а безусловных - условными) равно неприемлемы для материалистич. понимания истории. Вместе с тем конкретно-историч. анализ генезиса и развития ценностных систем составляет важную сторону всякого науч. исследования истории общества и культуры.

Источник: Советский философский словарь

ЦЕННОСТЬ
концепты прагматических наук, обладающие величиной, оценкой. Длинная история становления концепта «Ц.» началась в далекой Античности, но лишь в XX в. она стала приобретать научные очертания. Это кажется очень странным, особенно в свете резкого возрастания философской популярности ценностной проблематики, начиная с середины XIX в. во многом благодаря исследованиям Р. Г. Л отце, а затем В. Виндельбанда (см.), Г. Риккерта, М. Шелера, Н. Гартмана, М. Вебера (см.). И все-таки обсуждаемая аномалия имеет объяснение. В отсутствие развитых прагматических наук, а именно они имеют дело с Ц., философам было очень трудно нащупать научную тропинку. Как только дело доходило до обсуждения статуса Ц., так сразу же вспоминали о необходимости противостояния в науке субъективизму от имени объективизма. Одни философы, например Ф. Ницше, уводили ценностную проблематику за пределы науки. Другие, их было не так уж много, безуспешно пытались внедрить ее в науку. В этом смысле показательны усилия неокантианцев Виндельбанда и Риккерта, утверждавших, что Ц. в составе т. наз. идеографического метода выражают не общее, а единичное. Повсеместная беда состояла в том, что Ц. не признавались концептами, обладающими количественными квантификациями.
В создавшихся условиях свежего ветра можно было ожидать со стороны общественных наук, но и они были объяты семантическим синдромом. Некоторые из них, например политология и социология, проходили в первой половине XX в. сложный путь становления. По этой причине их методологический авторитет был невысоким. Что же касается экономики, то ее методологи во что бы то ни стало стремились сделать ее наукой позитивной. Ценностная проблематика была прописана по ведомству нормативной экономики, которую, по сути, не признавали наукой.
Во второй половине XX в. ситуация стала изменяться кардинальным образом. В философии произошел прагматический поворот. Идеалы описательной науки уже было невозможно совместить с прагматикой. Возникла потребность в прагматическом методе. Изменилась ситуация и в аксиологических науках. Построение их по образу и подобию физики оказалось невозможным. Обвинения, что в них господствует субъективный произвол, можно принять только с улыбкой. История развития прагматических наук давно уже опровергла это обвинение, но очевидно и другое: во-первых, во всех аксиологических науках оперируют понятиями, во-вторых, они являются предпочтениями, и в-третьих, их оценивают посредством определенных единиц измерения. Все это вместе как раз и означает, что аксиологические науки руководствуются особыми понятиями, не дескрипциями. Именно они являются Ц. Без них человек не может обойтись, ибо именно Ц. позволяют ему проектировать свое будущее, ставить перед собой определенные цели и добиваться их. Он просчитывает свои действия. Это оказывается возможным, ибо, как уже отмечалось, Ц. обладают количественной мерой, оценкой. Муж идет на футбол, жена — в театр, у них разные Ц., но им приходится их как-то совмещать.
Во всех прагматических науках изучаются возможные пути проектирования будущего, их относительные достоинства, способы избежания неприятностей и обеспечения благоприятного будущего. При этом элементарными концептами выступают Ц. В философской и научной литературе Ц. часто называют любые предпочтения. Такая «всеядность» недопустима, ибо приводит к невообразимой путанице. Рассмотрим, например, свободу как Ц. и как принцип. Если речь идет о свободе отдельной личности, то ее можно измерить. Человек, покинувший тюремные застенки, надо полагать, признает, что стал более свободным. Это «более» всегда можно представить в определенных балльных единицах. Т. наз. свободы, обычно перечисляемые в конституциях, это Ц., но они не тождественны принципу свободы, концептуальная природа которого иная, чем у Ц. как элементарных, так и производных. Тема Ц. заслуживает самого тщательного изучения в рамках философии науки. Это единственный путь освобождения ее от многовековых метафизических наслоений. См. прагматический метод.

Источник: Философия науки. Краткий энциклопедический словарь. 2008 г.

ЦЕННОСТЬ
термин, используемый в философии и социологии для указания на человеческое, социальное и культурное значение определенных объектов и явлений, отсылающий к миру должного, целевого, смысловому основанию, Абсолюту. Ц. задают одну из возможных предельных рамок социокультурной активности человека (любого другого социального субъекта). Им приписывается внеличностный, надличностный, а в ряде случаев и внеисторический характер. Они трактуются как порождаемые культурой и (или) задаваемые трансцендентно содержания, вплетаемые в изменчивое многообразие социальной жизни как ее инварианты, позволяющие: связывать разные временные модусы (прошлое, настоящее, будущее); семиотизировать пространства человеческой жизни, наделяя все элементы в нем аксиологической значимостью; задавать системы приоритетов, способы социального признания, критерии оценок; строить сложные и многоуровневые системы ориентации в мире; обосновывать смыслы. (Франкл трактовал сами Ц. как смыслы и через них (или "напрямую") стратегии жизни, деятельности, поступки, решения и т.д. (в этом отношении их можно рассматривать как механизмы смыслового удержания и укоренения человека в мире). Ц. позволяют простраивать системы ценностных отношений в социуме, конституируют процессы оценивания (вынесения оценок как способов установления значимостей чего-либо для субъектов). Понятие Ц. играет центральную роль при анализе механизмов целеполагания и долженствования как вариантов ценностного причинения (телеологической причинности). В этом отношении Ц., обеспечивая временную преемственность, позволяют разделить мир сущего ("данность" с ее ресурсными ограничениями) и мир должного (независимо от ресурсных ограничений) и структурировать будущее как преодоление наличных условий, как мир ценностнообоснованных целей (не обязательно достижимых, но всегда определяющих вектора изменений и развития как возможный мир (возможные миры). Одновременно Ц. вносят "метафизическое измерение" в мир человеческого бытия - они всегда абсолютны как самодостаточные сущности, как кладущие "пределы" изменчивости, как "последние аргументы", не подлежащие обсуждению и оспариванию, в силу своей безусловности. "Метафизичность" Ц. усиливается, если они при этом трактуются как внеисторические (существующие в пространстве культуры) и (или) трансцендентные, что позволяет полагать систему религиозных отношений. В силу того, что Ц. непосредственно "не даны" и "не представимы" они воплощаются и реализуются посредством иных универсальных культурных механизмов. Прежде всего - через нормы. В литературе существуют как традиция противопоставления норм и стоящих за ними Ц., так и традиция сближения Ц. и норм, вплоть до их отождествления (прежде всего с "мягкими" дозволяющими нормами с практически снятым императивом; в этом случае их чаще называют нормами-ориентациями и противопоставляют нормам-регламентациям, иначе - "жестким" т.е. приписывающим или запрещающим нормам с акцентированным императивом). Последняя традиция заметна у Знанецкого, в социологическом функционализме. Фактически с собственно понятием Ц. в социологии (во всяком случае, в "классической") на прикладном уровне, как правило, не работают. С ним без достаточных на то оснований соотносят понятие ценностной ориентации, которое, в свою очередь, конструируют (в конечном счете) из оценок, даваемых индивидами кому-либо или чему-либо. Основная методологичееская нагрузка понятия Ц. в теории социологии (опять же традиционно понимаемой) - абсорбировать неформализуемые в основном аппарате теории (например, функционализме) содержания, обнаруживаемые как иманентные в социальных системах, или служить объяснительным принципом наблюдаемых фактов, противоречащих схеме концепции (например, для объяснения несовпадения реального ролевого поведения с предписываемым). Конструктивность же понятия Ц. в классической социологии связана прежде всего с разработкой типологий Ц. на уровне "идеальных типов", что обеспечивает работу по созданию эмпирических типологий. В этих случаях Ц. определяется как любой предмет, материальный или идеальный, идея или институт, в отношении которых индивиды или группы занимают позицию оценки, приписывая им важную роль в своей жизни и стремление к обладанию которыми ощущают как необходимость (Я. Щепаньский), или как то, к чему стремятся как к цели, или рассматривают как средство достижения цели (Н.З. Чавчавадзе), или как предмет любой природы, обладающий значимостью для субъекта, т.е. способностью удовлетворять его потребности (А.А. Ручка) и т.д. Типологически Ц. разделяются на Ц.-цели, Ц.-средства (инструментальные Ц.), ситуативные Ц.Ц. могут быть: признанными (институционализированными), причем к ним могут как стремиться, так и не стремиться; непризнанными, но действительными; потенциальными. По объекту направленности различают Ц. направленные: на себя, на других, на предмет, на природу, на Бога и т.д. В "неклассической" социологии, начиная с понимающей социологии, проблема Ц. - одна из центральных. На современном этапе ее развития ценностная проблематика связывается прежде всего с анализом разных типов рациональности и их представленности в коммуникативных и дискурсных практиках социальных субъектов.
В.Л. Абушенко

Источник: Новейший философский словарь

ЦЕННОСТЬ
философское и социологич. понятие, обозначающее, во-первых, положит. или отрицат. значимость к.-л. объекта, в отличие от его экзистенциальных и качеств. характеристик (предметные Ц.), во-вторых, нормативную, предписательно-оценочную сторону явлений обществ. сознания (субъектные Ц., или Ц. сознания). Филос. определение понятия Ц. (как значения объекта, в отличие от его существования) впервые было дано в 60-х гг. 19 в. Лотце и Когеном. В социологии термин "Ц." получил права теоретич. категории благодаря Томасу и Знанецкому (см. W. I. Tomas, F. Znaniecki, The polish peasant in Europe and America, v. 1–5, Boston, 1918–20), к-рые подытожили предысторию данного понятия в бурж. социологии (нормативный аспект "коллективного сознания" у Дюркгейма, "интерес" и "принадлежность" у Смолла и др.) и дали ему определение через понятия общественной значимости предмета и социальной установки (attitude). К предметным Ц. относят: естеств. благо и зло, заключенные в природных богатствах и стихийных бедствиях; потребительную стоимость продуктов труда (полезность вообще); социальные благо и зло, содержащиеся в обществ. явлениях; прогрессивное или реакц. значение историч. событий; культурное наследие прошлого, выступающее в виде предметов богатства современников; полезный эффект или теоретич. значение науч. истины; моральные добро и зло, заключенные в действиях людей; эстетич. характеристики природных и обществ. объектов и произведений иск-ва; предметы религ. поклонения. К Ц. сознания относят обществ. установки и оценки, императивы и запреты, цели и проекты, выраженные в форме нормативных представлений (о добре и зле, справедливости, прекрасном и безобразном, о смысле истории и назначении человека, идеалы, нормы и принципы действия). Для всех этих представлений характерны модальность долженствования (см. Нравственное сознание), отображение многообразных явлений действительности и их связей в одноплоскостном плане предпочтительного или нежелательного, имеющего положит. или отрицат. смысл. Предметные и субъектные Ц. являются лишь двумя полюсами ценностного отношения человека к миру; первые выступают как его объекты (предметы потребности и интереса, взятые лишь в их субъективно-психологическом, аффективно-волютивном выражении, в виде устремлений, почитания, предпочтений, одобрения и осуждения), а вторые – как выражение того же отношения со стороны субъекта, в к-рых интересы и потребности переведены на язык идеального, мыслимого и представляемого. Поэтому предметные Ц. являются объектами оценки и предписания, а субъектные – способом и критерием этих оценок и предписания. Явления Ц. в этой феноменологически-описат. плоскости становятся предметом особой теоретич. дисциплины – аксиологии, к-рая классифицирует их согласно традиционно сложившимся представлениям о сферах обществ. жизни: материальные и духовные Ц., ценности производств.-потребительские (утилитарные), социально-политические, познавательные, нравственные, эстетические, религиозные. Попытки в рамках аксиологии выяснить природу Ц., взятых самих по себе, безотносительно к социальным механизмам, их порождающим, приводят к объективно-, субъективно-идеалистич. или натуралистич. толкованию Ц. С этих т. зр., Ц. – это внепространственно-временные "сущности", потусторонние миру предметного существования, либо лишь проявления эмоций и расположений людей, либо же естеств. характеристики одних предметов в их функциональном отношении к др. предметам. Марксизм подчеркивает специфически обществ. природу всяких Ц. и потому считает их предметом изучения социологии и философии, поскольку те исследуют социально-предметную деятельность человека. Предметные Ц. лишь внешне выражают деятельную потребность человека, поскольку она направлена на противостоящий ему объект; они являются "знаками" опредмеченных во внешних объектах человеч. способностей и возможностей и символизируют последние в виде "значения" предметов (их "полезности", "достоинства", "Ц."), получившего социальную санкцию. Субъектные же Ц. служат нормативной формой ориентации человека в социальной (а также природной) реальности, такой формой, к-рая, еще не раскрывая индивиду предметного содержания объектов и законов его деятельности, "кодирует" это содержание в виде готовых регулятивов и оценок, позволяет ему мыслить и действовать в сложной социальной действительности, следуя сложившимся стереотипным формулам и установкам. В более широком историч. плане ценностная ориентация выступает в виде суждений о "смысле" историч. процесса, его "должном" направлении, она лежит в основе множества утопич. предсказаний будущего и программ обществ. переустройства. Переход к науч. анализу историч. законов, осуществленный марксизмом, способствует изживанию в теории чисто ценностного взгляда на историю. Становление обществ. сознательности и поднятие ее до науч. уровня предполагает "снятие" ценностных форм сознания и в индивидуальном мышлении. Однако это "снятие" означает вовсе не устранение явлений Ц. как таковых, а лишь выход за пределы одной только ценностной ориентации и раскрытие социально-историч. содержания, выраженного в ценностных представлениях. Изучение ценностных ориентаций занимает важное место в совр. социологии и социальной психологии. Предметные и субъектные Ц. сохраняются на уровне повседневных практич. отношений и обыденного сознания как система обществ. знаков и готовых формул, запечатлевших в сокращенно-обиходной форме социально-историч. опыт поколений. В этом плане и решается традиц. филос. проблема "Ц." и "истины": это – лишь две различные формы обобщения социального опыта и осознания законов обществ. бытия. Лит.: Тугаринов В. П., О Ц. жизни и культуры, Л., 1960; его же, Теория ценностей в марксизме, Л., 1968; Василенко В. А., Ц. и оценка, К., 1964; Здравомыслов А. Г., Ядов В. ?., Отношение к труду и ценностные ориентации личности, в сб.: Социология в СССР, т. 2, М., 1965; Левада Ю. ?., Сознание и управление в обществ. процессах, "ВФ", 1966, No 5; Проблема Ц. в философии. [Сб. ст.], М.–Л., 1966; Дробницкий О. Г., Мир оживших предметов. Проблема Ц. и марксистская философия, М., 1967. См. также лит. при ст. Аксиология. О. Дробницкий. Москва.

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

ЦЕННОСТЬ
сложившаяся в условиях цивилизации и непосредственно переживаемая людьми форма их отношения к общезначимым образцам культуры и к тем предельным возможностям, от осознания которых зависит способность каждого индивида проектировать будущее, оценивать «иное» и сохранять в памяти прошлое. Генезис ценностных представлений относится к эпохе становления первых цивилизаций. Их объективным порождающим основанием стал переход к экономике производящего типа с его пролонгированным во времени ожидаемым результатом (урожая в земледелии, приплода в скотоводстве, прибыли в торговле). Именно в это время простота норм совместной жизни и мифологических представлений об ответственности за нарушение их хрупкой гармонии, характерных для первобытной эпохи, начинает сплетаться с новыми ориентациями – на богатство, власть и насилие; с новыми переживаниями – бедности, унижения и сострадания; с новыми ожиданиями – возмещения за ущерб, воздаяния за убийство и награды за долготерпение и милосердие. Ценой за существенно возросшую продуктивность экономики нового типа, за концентрацию народонаселения в городах-государствах и возросшее разнообразие жизни людей в первых очагах цивилизации стала совершенно необычная для первобытности разнородность индивидуальных устремлений, не поддающаяся ни общинному, ни мифологическому регулированию. Перестала соответствовать новым условиям и польза как универсальная для первобытности система ориентаций на чувственно очевидную, традиционно освоенную и ближайшую во времени перспективу. Складывается необходимость в новой универсальной форме проектирования поведения людей, в том числе в социальной системе наград и наказаний в соответствии с отдаленной перспективой их жизненных интересов, разнородностью устремлений и общественной значимостью. Аналогичной системы ориентаций требовало и относительное обособление личности с ее особыми, психически переживаемыми интересами, отличающимися от интересов не только общины, но и общества в целом. На личностном уровне система перспективных устремлений складывается вокруг идеи всеобщего блага с учетом особой цены за инновационный риск и индивидуально взвешенной оценки. Новая форма проектирования реальной жизни людей и их устремлений в будущее с учетом родового опыта и переживаемой индивидами личной судьбы требовала сбалансированного механизма согласований индивидуальной инициативы и социальных условий их реализации, общечеловеческой перспективы и личностной формы ее освоения, социокультурных образцов и ориентации на них сменяющих друг друга во времени поколений. Такой стихийно складывающейся новой и сложной формой универсального проектирования и становится ценность. На личностном уровне структура ценностного отношения включает: 1) первичный слой желаний, ожиданий и предпочтений, складывающихся на ранней стадии онтогенеза личности и образующих исходный уровень массового сознания («ментальность»); 2) жизненный (т. е. уже не игровой и не воображаемый) выбор индивида между ориентациями на ближайшие цели (с их непосредственно очевидной пользой) и ориентацией на отдаленную жизненную перспективу (с ее психологически притягательной ценностью). На уровне массового сознания этому выбору предшествует создание и общественное признание социокультурных ориентиров, (напр., «слава», «почет»), а также иных ценностных образцов типа «истина», «красота», «вера», «комфорт», «богатство», «власть» и т. д.; 3) осознание индивидом того факта, что жизненный выбор вообще и ориентация на ценности в особенности – это не одномоментный акт, а достаточно долговременное жизненное состояние, включающее в себя некоторое множество проб и ошибок, частичных решений и поступков, за которые приходится платить иногда дорогую цену. На уровне массового сознания этому пролонгированному проективному состоянию соответствуют обмен идеями (если понимать под идеей «встречу и диалог» сознаний) и рефлексия как индивидуальный механизм присвоения коллективного опыта; 4) превращение ценностного выбора в основание для оценки всего «иного», т. е. других ориентаций, избранных другими людьми ценностей, способов их реализации и общезначимости. На индивидуальном уровне этот метаморфоз связан с тем моментом, когда решения превращаются в решимость, поступки – в поведение, а сомнения – в убежденность. На уровне массового сознания стихия противоборства ценностных ориентаций либо одномоментно завершается, напр. в день парламентских выборов, либо выражается в продолжительной, но достаточно настойчивой обструкции политики тоталитарной власти.
Уникальным оказывается и способ существования ценностей. До возникновения ситуации жизненного выбора для индивида нет никаких ценностей. Вовне его существуют, конечно, и желанные предметы, и ценностные образцы в сознании и желаниях других людей, но жизненной ориентацией для данного конкретного индивида они могут так никогда и не стать. В процессе жизненного выбора ценности не только возникают, но и становятся реальностью, существующей объективно в качестве практически значимого образца. В это время для индивида значимо реальное, воплощенное в непосредственном бытии богатство или власть в ее столь же непосредственном предметном воплощении (конкретное продвижение по службе или столь же конкретный риск в игре на бирже). Неуспех деяния пролонгирует ситуацию жизненного выбора, успех может радикально изменить статус и роль ценности. После того как жизненный выбор закрепляется, избранная ценность (напр., эталон власти) обретает идеальную форму, существующую субъективно в качестве внутреннего основания и регулятива, способного непрерывно сопоставлять положительное и отрицательное (оценка), качественное и количественное (цена), практически достижимое и сомнительное (польза), высшее и низшее (благо). Таким же полем возможностей, то реализующимся в массовых деяниях, то вновь «возвращающимся» в сферу идеального взаимодействия между людьми, остается ценность и в целостной социокультурной сфере жизни.
Феномен ценности историчен не только в реальной действительности, но и в сфере представлений людей. Начиная с античной эпохи он подвергался неоднократным и многообразным истолкованиям и уточнениям в зависимости от исторических обстоятельств, социально-политических интересов и теоретических позиций того или иного мыслителя или мировоззренческих оснований, из которых он исходил. На разных ступенях цивилизационного развития, особенно в переломные эпохи истории человечества, происходили и радикальные переоценки ценностных представлений. В. И. Плотников

Источник: История философии науки и техники.

Ценность
1. Понятие, которое характеризует «предельные», безусловные основания человеческого бытия. 2. Значение определенных предметов, явлений, процессов для человека, социальных групп, общества в целом. Указанные два смысла понятия «Ц.» часто расходятся, а порой и противоречат друг другу: то, что в философии рассматривается в качестве Ц. — свобода, добро, истина, — для отдельного человека может и не представлять интереса. В свою очередь, конкретные предметы, которые ценны для индивида, в философском смысле не являются Ц. Понятие Ц. сопоставимо с понятием сущности человека, которая не всегда совпадает с индивидуальным человеческим существованием. Философское понимание Ц. предполагает следующие ее особенности: Ц. и «сущность человека» — понятия однопорядковые; осознанность Ц.; воплощенность Ц. в человеческой жизни в той или иной форме; противопоставленность Ц. как должного идеала — реальности («сущему»); включенность Ц. в целеполагающую и оценочную деятельность человека. Понятие Ц. невозможно раскрыть, не обращаясь к понятию оценки — соотнесению реальных явлений с Ц. и к понятию цели — проекта достижения Ц. Цели, формируемые на, основе Ц., — это всегда масштабные, смысложизненные цели. Ц. как координаты человеческого мира способствуют его устойчивости, организуют целенаправленную человеческую деятельность. В изве- стном смысле Ц. — это «предельные цели» человека и общества, они выступают критерием оценки любого культурного феномена. Культура и есть мера вогоющенности Ц. в нашей жизни. Ц. является предметом исследования особого раздела философского знания — аксиологии (греч. axia — ценность, logos — учение). Хотя Ц. (добро, истина, красота, справедливость и т. п.) всегда были предметом философского размышления начиная с античности, но «проблема ценностей» как самостоятельная философская проблема возникла не так давно. Познавательные, онтологические, ценностные аспекты бытия долгое время не были отделены друг от друга, не составляли самостоятельных областей философского исследования. В известном смысле, внимание к проблеме Ц. в европейской философии было инициировано мироощущением, характерным для христианства. Разделение мира, космоса на профанный и сакральный, утверждение притягательности мира священного, сакрального как средоточия благого, его обращенность к человеку формировали систему точек отсчета, жизненных ориентиров, целей. Но только в конце XVIII в. с появлением кантовских «критик», в которых мир в его данности человеку и мир сам по себе оказались объектами приложения различных человеческих способностей, аксиология получила основу для самостоятельного существования. В аксиологии Ц. выделены в особую область. Либо это область будущего, либо трансцендентный, запредельный мир. Другие концепции рассматривают Ц. в качестве инварианта различных видов человеческой деятельности: Ц. — абстракция, реально существуют лишь нормы, правила деятельности. Существуют релятивистские концепции Ц., лишающие Ц. их общезначимости и ограничивающие их действие особой культурно-исторической областью, например жизнью одного народа. Можно говорить и об утилитаристских концепциях Ц.: ценно то, что полезно большинству, или же передовой части человечества, или отдельному человеку. Наиболее тщательную и подробную разработку проблема Ц. получила в неокан-тианстве Баденской школы. Наибольшую трудность в аксиологии представляет классификация Ц. Классификация предполагает соподчиненность элементов системы, их иерархическую выстроенность. Однако Ц., расположенные по разным уровням, лишаются своей самоценности, бе-. зусловности; начинают выполнять служебные функции, психологизируются, превращаются в слепок с человеческих потребностей. Продуктивную попытку создать систему Ц. предпринял представитель Баденской школы Г. Риккерт. Осознавая непреодолимые трудности, стоящие перед исследователем, дерзнувшим классифи-цировать, ранжировать мир внеисторического, трансцендентного, Риккерт предложил «открытую» систему Ц. как «учение о миросозерцании»; он поставил задачу обнаружения сверхисторического в историческом, осуществления Ц. в процессе достижения «благ» («О системе ценностей»). Риккерт разделил Ц. и «культурные блага» — реальные, исторически ограниченные предметы «пользования» человека. Только обращаясь к историческим формам воплощения Ц. — к благам — можно создать «открытую» систему Ц., предполагающую постоянную корректировку содержания отдельных Ц., как они понимаются человеком и человечеством. Система Ц. требует использования понятия оценки — значимости Ц. для субъекта. Наконец, надо учитывать стремление к осуществлению Ц. в жизни — «тенденцию к свершению». Существуют три области «свершения», осуществления Ц.: это область благ будущего, благ настоящего и «благ вечности». Первая и вторая области принадлежат истории; третья — запредельна ей. Помимо «тенденции к свершению» существует еще один принцип классификации благ в их отношении к Ц.: все блага делятся на «блага созерцания» и «блага* действенности», или активности. С точки зрения «благ созерцания» все окружающее рассматривается вне социальных отношений, как «вещь» сама по себе. С точки зрения «благ действенности» рассматриваются «лица». Поэтому тенденция «благ созерцания» — монизм, подведение вещей под один принцип, тенденция «благ действенности» — плюрализм, отказ от нивелирования «лиц». Опираясь на эти два принципа, Риккерт выделяет шесть областей Ц. Прежде всего, это наука — благо, в котором обнаруживает себя устремленность к реализации Ц. в будущем (стремление к истине). Одновременно наука — это «благо созерцания», так как наука ничего не желает изменять. Вторая область Ц. — искусство, сфера созерцательных Ц. настоящего. Третья область — мистика (буддизм, пантеистические учения) — область применения созерцательных Ц. вечности. В четвертой сфере — социально-этической — проявляют себя действенные блага, являющиеся одновременно благами будущего. Пятая сфера — сфера действия личных жизненных благ настоящего. Шестая сфера — религия «благ действенности» и аб- солютного свершения — теизм, религия Бога-личности, возвыше-ние личной жизни во всем ее объеме. Место философии в этой си-стеме — промежуточное, она «посередине между бесконечной целостностью и совершенной частичностью, между благами будущего и благами настоящего». Для М. Хайдеггера само использование понятия Ц. есть высшее выражение субъективизма европейской философии. Образ Ц. в философии антропоморфен, Ц. лишь по видимости отдалена от человека. Ц. — это проекция человеческих устремлений, это цель- Ц., желание-Ц. Ницшевская программа «переоценки ценностей» раскрывает, выводит на свет доселе скрытое, потаенное содержание европейской философии. Ц. — это самим человеком устанавливаемый для себя предел. Теория Ц. неотделима от теории человека. Главное для человека, считает Хайдеггер, «удостовериться в своей собственной ценности».

Источник: Философия. Словарь по обществознанию

Ценность
То, что ценится. Можно ли сказать, что ценность – это то, что имеет цену? Только в отношении того, что продается. Возьмем, например, ценность товара. Цена на этикетке указывает его меновую ценность в условиях данного рынка как результат общественно необходимого рабочего времени, затраченного на его изготовление (по Марксу), или как результат действия закона спроса и предложения (по мнению большинства либеральных экономистов). А как же справедливость? А как же свобода? А как же истина? В определенных обстоятельствах и они могут иметь стоимость, но не цену – эти вещи не продаются. Поэтому следует различать вещи, имеющие ценность (находящую более или менее точное выражение в рамках логики обмена), и вещи, являющиеся ценностями. Последние не имеют цены и не могут быть предметом эквивалентного обмена на деньги или даже другие ценности. Можно ли обменять справедливость на свободу? Истину на справедливость? И во что же тогда превратятся справедливость и истина? Таким образом, ценности не имеют цены; они, как говорит Кант, обладают достоинством, не имеющим эквивалента и неспособным служить предметом обмена. Значит ли это, что ценность – абсолют? Думаю, нет, ведь мы должны понимать, откуда берется ценность и что делает ее ценностью. Выше уже говорилось, что ценность – то, что ценится. Но что значит ценится? Это значит быть желанным. Это справедливо в отношении товаров, которые, как объясняет Маркс, имеют меновую ценность только в том случае, если обладают потребительской ценностью. Но потребительская ценность – отнюдь не абсолют. «Товар есть прежде всего внешний предмет, вещь, которая благодаря ее свойствам, удовлетворяет какие‑либо человеческие потребности. Природа этих потребностей, порождаются ли они желудком или фантазией, ничего не изменяет в деле». («Капитал», том I, глава 1). Отсюда понятно, что речь действительно идет не столько о потребностях, сколько о желаниях, и не столько о пользе, сколько об использовании. Даже самый бесполезный на первый взгляд предмет может иметь большую ценность, если множество людей испытывают желание им обладать: таковы драгоценные камни или произведения искусства (они желанны не потому, что полезны; они кажутся полезными потому, что желанны, и действительно приносят пользу). И наоборот, ценность самого полезного на первый взгляд предмета строго пропорциональна тому, насколько он желанен. Коммерсанты превосходно понимают это. Потребительскую ценность определяет вовсе не полезность; напротив, полезность товара определяется потребительской ценностью, которая, в свою очередь, зависит от того, насколько этот товар желанен. Но если товар обладает обменной ценностью (меновой стоимостью) только в том случае, если он имеет потребительскую ценность, из этого вытекает, что его ценность определяется не в зависимости от какой‑то неведомой объективной или субъективной пользы (даже допустив, что это понятие имеет какой‑то смысл), а в зависимости от исторически детерминированного желания потенциального потребителя обладать этим товаром. Поэтому, на мой взгляд, закон спроса и предложения ближе к истине, чем Марксова теория стоимости (на изготовление модного платья может уйти меньше труда, чем на изготовление немодного, но стоить первое будет намного дороже). Впрочем, сейчас нас интересует не это. Если не экономически, то философски обе теории сходятся в одном: в условиях конкретного рынка ценность товара может быть только относительной, и определяется она в зависимости от желания потребителя обладать этим товаром. Но то же самое относится и к нравственным или духовным ценностям. Да, эти ценности не подчиняются законам рынка и не имеют ни цены, ни эквивалента, ни меновой стоимости. Но это не значит, что они не подчиняются законам желания! Разве могла бы справедливость быть ценностью, если бы никто не желал справедливости? Разве могла бы истина быть ценностью, если бы никто не свете не стремился к истине и не желал ее? Именно об этом говорит Спиноза в своей «Этике», тем самым давая нам пищу для размышлений: «Мы стремимся к чему‑либо, желаем чего‑нибудь, чувствуем влечение и хотим не вследствие того, что считаем это добром, а наоборот, мы потому считаем что‑либо добром, что стремимся к нему, желаем, чувствуем к нему влечение и хотим его» («Этика», часть III, теорема 9, схолия). Но каждому из нас кажется, что все обстоит с точностью «до наоборот». Если я, допустим, люблю справедливость или богатство, то потому, что и то и другое представляется мне благом, разве не так? Если вот эта женщина для меня желанна, то потому, что она красива, разве не так? Не так, ответил бы на эти вопросы Спиноза. Ты любишь богатство и справедливость – вот потому‑то они и кажутся тебе благом. Ты желаешь эту женщину – вот потому‑то она и кажется тебе красавицей. Ведь есть на свете люди, безразличные к богатству или справедливости. А красота самой блестящей из красавиц оставит равнодушным самца обезьяны, который предпочтет ей свою самку. Может, ему просто вкуса не хватает? Чтобы так думать, надо быть уж слишком наивным. Просто его желание не совпадает с нашим, вот и все. Это и есть самый безапелляционный релятивизм – ценность есть нечто желательное, а желательно оно потому, что желанно. Ценность есть нечто такое, что нравится и радует индивидуума в конкретном обществе. Вот почему для одних людей деньги представляют собой гораздо большую ценность, чем справедливость. Вот почему другие люди ценят справедливость гораздо выше денег. Абсолютных ценностей не существует. Есть лишь желания и конфликт желаний, есть аффекты и иерархия аффектов. Все это четко разъясняет Спиноза, рассуждая о добре и зле, славе и богатстве:
«Под добром я разумею здесь всякий род удовольствия и затем все, что ведет к нему, в особенности же то, что утоляет тоску, какова бы она ни была; под злом же я разумею всякий род неудовольствия и в особенности то, что препятствует утолению тоски» («Этика», часть III, теорема 39, схолия). Выше (в схолии теоремы 9) было показано, что мы ничего не желаем потому, что оно добро, но, наоборот, называем добром то, чего желаем; и, следовательно, то, к чему чувствуем отвращение, называем злом. «Поэтому всякий сообразно со своим аффектом судит или оценивает, что добро и что зло, что лучше и что хуже, что, наконец, самое лучшее и что самое худшее. Так, скупой считает за самое лучшее обилие денег, а недостаток их – за самое худшее. Честолюбивый же ничего так не желает, как славы, и, наоборот, ничего так не боится, как стыда. Далее, завистливому нет ничего приятнее, как несчастье другого, и ничего нет тягостнее чужого счастья. Точно так же всякий считает какую‑либо вещь хорошей или дурной, полезной или бесполезной сообразно с своим аффектом» («Этика», часть III, теорема 39, схолия).
В том же духе рассуждает и Ницше: «Оценивать – значит созидать. Оценивать – это драгоценность и жемчужина всех оцененных вещей» («Так говорил Заратустра», часть I, «О тысяча и одной цели»). Оценивать не значит соизмерять оцениваемое с некоей ценностью, предшествующей оценке. Оценивать значит придавать ценность оцениваемому, иначе говоря, создавать ценность в процессе ее измерения. Так значит, Спиноза и Ницше полностью единодушны? Да, в том, что касается релятивизма. А в том, что касается самих ценностей? А вот это уже зависит от того, о каких именно ценностях идет речь (что касается Спинозы, то он никогда не претендовал на роль ниспровергателя всех ценностей без исключения). Однако вопросом, в котором оба мыслителя занимают крайне противоположные точки зрения, является вопрос об истине. Ницше, особенно в сочинениях последних лет жизни, склоняется к рассмотрению истины как всего лишь одной из многих ценностей, с чем категорически не согласен Спиноза. Та или иная вещь представляется мне хорошей или дурной в зависимости от того, насколько эта вещь для меня желанна. Но истинность этой вещи от моих желаний не зависит. Спиноза и Ницше сходятся в своем релятивизме (в вопросе о ценностях), но решительно расходятся, едва речь заходит о рационализме (в вопросе об истине и разуме). Лично я отдаю предпочтение Спинозе против Ницше и кинизму против софистики. Является ли истина ценностью? Является, если мы оцениваем ее как благо, как нечто полезное, или просто любим истину и желаем ее. Следовательно, почти для всех людей истина есть ценность. Все люди любят истину, говорил бл. Августин, потому что никто, даже самый отъявленный лжец, не любит быть обманутым. Но истина ценится не потому, что она истинна, и уж конечно, она истинна не потому, что высоко ценится нами. Здесь необходимо помнить о разделении порядков. Ценность истины зависит от того, насколько она желанна, но ее истинность ни от каких желаний не зависит. Всякая ценность субъективна (включая ценность истины), но ни одна истина не может быть субъективной. Всякая ценность относительна; всякая истина (в той мере, в какой она истинна, то есть остается одной и той же в нас и в Боге, как говорит Спиноза) абсолютна. Все ценности от людей; всякая истина от Бога. Вот почему мы существуем в истине, но никогда не в состоянии объять ее целиком. Вот почему мы так к этому стремимся. Вот почему истина так желанна нам. Вот почему она имеет для нас – хотя бы для нас, хотя бы благодаря нам – такую ценность. В тот день, когда на земле не останется ни одного человека, любящего истину, она утратит свою ценность. Но истиной от этого быть не перестанет.
Если вы не любите истину, не старайтесь отвратить от нее других. А если вы ее любите, не принимайте свою любовь к истине за доказательство истинности того, что вы любите.

Источник: Философский словарь.

ЦЕННОСТЬ
сложившаяся в условиях цивилизации и непосредственно переживаемая людьми форма их отношения к общезначимым образцам культуры и к тем предельным возможностям, от осознания которых зависит способность каждого индивида проектировать будущее, оценивать "иное" и сохранять в памяти прошлое.
Первые философские представления о Ц. складываются в античности и очень скоро обнаруживают глубокую внутреннюю противоречивость. У Аристотеля, обобщившего в своем учении достижения всей предшествующей ему греческой философии, Ц. является одной из разновидностей блага: "Из благ одни относятся к ценностям (timia), другие - к хвалимым (epaineta) вещам, третьи - к возможностям (dynameis). Ценным я называю благо божественное, самое лучшее, например душу, ум, то, что изначально, первопринцип и тому подобное. Причем ценимое - это почитаемое, и именно такого рода вещи у всех в чести. Добродетель тоже ценность... Хвалимое благо - это те же добродетели в той мере, в какой согласные с ними действия вызывают похвалу. Блага-возможности - это власть, богатство, сила, красота. Добродетельный человек сумеет воспользоваться ими для добра, дурной - для зла, почему такие блага и называют возможностями" ("Большая этика"). Радикально пересматривают феномен Ц. и подход к ним стоики, отразившие в своем учении кризис духовной жизни, исчезновение политических свобод и необходимость новых перспектив в поиске цели и смысла жизни. Благо и зло для стоиков суть моральные понятия, целиком зависящие от разумности людей или от их неразумия. Все остальное стоики относят к сфере безразличного, нейтрального, соответствующего природе, которая не находится во власти человека. К природе античная традиция относила всякое естественно рождающееся сущее, в т. ч. и общество. В этой "физической" сфере человеку тем не менее тоже приходится выбирать и различать, отделяя нечто предпочтительное, т. е. Ц. (to axion), например, силу, здоровье и красоту, и нечто избегаемое - слабость, болезнь и уродство.
Начиная с античной эпохи феномен Ц. подвергался неоднократным и многообразным истолкованиям и уточнениям в зависимости от исторических обстоятельств и социально-политических интересов, теоретических позиций того или иного мыслителя или мировоззренческих оснований, из которых он исходил. На разных ступенях цивилизационного развития происходили и радикальные переоценки ценностных представлений. В новейшей истории наиболее значительной из них стала отразившая глубокие перемены в развитии европейской цивилизации к концу XIX в. идея Ф. Ницше о распаде всех Ц. - "высокой культуры", религии и морали. Усматривая "неустранимую задачу" философов всех времен в разоблачении добродетелей, уже отживших свой век, и в утверждении "нового величия человека" и нового "еще не изведанного пути к его возвеличению", Ницше определил в качестве Ц., соответствующей задачам будущего (т. е. XX в.),
"все, от чего возрастает в человеке чувство силы, воля к власти, могущество" ("Антихристианин"). В своих прозрениях Ницше удалось предугадать облик XX в., ставшего ареной глобальной борьбы за власть, на которую настойчиво претендовали и государство, и нация, и класс, и религия в ее государственно воплощенном виде. Понадобился целый век, чтобы в кровавом опыте мировых войн, ужасе концлагерей, религиозном фанатизме и безумии межнациональной вражды потускнел престиж и этой последней "высшей" Ц., определявшей чуть ли не всю динамику "духовных" устремлений XX в. В сфере теоретических представлений о Ц. общая ситуация до настоящего времени остается крайне разноречивой: "Одни выводят ценностный аспект мира из индивидуально-психических переживаний, другие из непсихических факторов; одни считают ценности субъективными, другие - объективными; одни утверждают относительность всех ценностей, другие настаивают на существовании также и абсолютных ценностей; одни говорят, что ценность есть отношение, другие - что ценность есть качество; одни считают ценности идеальными, другие - реальными, третьи - не идеальными, но и не реальными" (Н. Лосский). Т. о., к началу нового тысячелетия как в практической жизни людей, так и на теоретическом уровне сложилась настоятельная необходимость понимания единства ценностного мира - его генезиса, структуры, способа существования и конечного назначения.
Генезис ценностных представлений относится к эпохе становления первых цивилизаций. Их объективным порождающим основанием стал переход к экономике производящего типа с его пролонгированным во времени ожидаемым результатом (урожая в земледелии, приплода в скотоводстве, прибыли в торговле). Это потребовало не только множества новых связей, опосредствующих наличное бытие людей (территориальных, этнических, политических, социокультурных), но и осознания их значимости. Именно в это время простота норм совместной жизни и мифологических представлений об ответственности за нарушение их хрупкой гармонии, характерных для первобытной эпохи, начинает сплетаться с новыми нормами и ориентациями - на богатство, власть и насилие; с новыми переживаниями - бедности, унижения и сострадания; с новыми ожиданиями - возмещения за ущерб, воздаяния за убийство и награды за долготерпение и милосердие. Ценой за существенно возросшую продуктивность экономики нового типа, за концентрацию народонаселения в городах-государствах и возросшее разнообразие жизни людей в первых очагах цивилизации стала совершенно необычная для первобытности разнородность индивидуальных устремлений, не поддающаяся ни общинному, ни мифологическому регулированию. Перестала соответствовать новым условиям и польза как универсальная для первобытности система ориентации на чувственно очевидную, традиционно освоенную и ближайшую во времени перспективу. Складывается необходимость в новой универсальной форме проектирования поведения людей, в т. ч. в социальной системе наград и наказаний в соответствии с отдаленной перспективой их жизненных интересов, разнородностью устремлений и общественной значимостью. Аналогичной системы ориентации требовало и относительное обособление личности с ее особыми, психически переживаемыми интересами, отличающимися от интересов не только общины, но и общества в целом. На личностном уровне система перспективных устремлений складывается вокруг идеи всеобщего блага с учетом особой цены за инновационный риск и индивидуально взвешенной оценки. Т. о., новая форма проектирования реальной жизни людей и их устремлений в будущее с учетом родового опыта и переживаемой индивидами личной судьбы нуждалась в сбалансированном механизме согласований индивидуальной инициативы и социальных условий их реализации, общечеловеческой перспективы и личностной формы ее освоения, социокультурных образцов и ориентации на них сменяющих друг друга во времени поколений. Такой стихийно складывающейся новой и сложной формой универсального проектирования и становится Ц.
Структура ценностного отношения должна быть осмыслена с учетом многоуровневости социокультурной жизни людей: на повседневно-общинном, т. е. внутригрупповом уровне бытия, в качестве регулятора совместной жизни сохраняется польза; на межгрупповом, например государственном, уровне в структуре ценностного отношения основную роль начинает играть идея блага; на непосредственно соединяющем их личностном уровне на первый план выходит Ц. и ее психически полуосознанная связь с пользой и благом; и, наконец, на родовом, собственно духовном уровне появляется возможность осмыслить историческую взаимосвязь всей аксиологической проблематики и в ее контексте - соответствующих регулятивов. Если ограничиться одним лишь личностным уровнем, то структура ценностного отношения предполагает на "входе" возможность учета пользы, а на "выходе" - всеобщий "механизм" приобщения к единому благу. Основными элементами ценностного отношения являются: 1) первичный слой желаний, ожиданий и предпочтений, складывающихся на ранней стадии онтогенеза личности и образующих исходный уровень массового сознания ("ментальность"); 2) жизненный (т. е. уже не игровой и не воображаемый) выбор индивида между ориентациями на ближайшие цели (с их непосредственно очевидной пользой) и ориентацией на отдаленную жизненную перспективу (с ее психологически притягательной ценностью). На уровне массового сознания этому выбору предшествует создание и общественное признание ("слава", "почет", "Хвалимое благо" по Аристотелю) социокультурных ориентиров, говоря иначе - ценностных образцов типа "истины", "красоты", "веры", "комфорта", "богатства", "власти" и т. д.; 3) осознание индивидом того факта, что жизненный выбор вообще и ориентация на Ц. в особенности, - это не одномоментный акт, а достаточно долговременное жизненное состояние, включающее в себя некоторое множество проб и ошибок, частичных решений и поступков, за которые приходится платить иногда дорогую цену. На уровне массового сознания этому пролонгированному проективному состоянию соответствуют обмен идеями (если понимать под идеей "встречу и диалог" сознаний, по Бахтину) и рефлексия как индивидуальный механизм присвоения коллективного опыта; 4) превращение ценностного выбора в основание для оценки всего "иного", т. е. других ориентации, избранных другими людьми Ц., способов их реализации и общезначимости. На индивидуальном уровне эта метаморфоза связана с тем моментом, когда решения превращаются в решимость, поступки - в поведение, а сомнения - в убежденность. На уровне массового сознания стихия противоборства ценностных ориентации либо одномоментно завершается, например в день парламентских выборов, либо выражается в продолжительной, но достаточно настойчивой обструкции политики тоталитарной власти. Целостная структура ценностного отношения свидетельствует о его бытии в качестве проективной реальности, т. е. такой, которая складывается на знаковом основании, непосредственно связывающем индивидуальное сознание с массовым, субъективную реальность с объективной, и оказывается несводимой ни к познавательной деятельности, ни к практике.
Уникальным оказывается и способ существования Ц. До возникновения ситуации жизненного выбора для индивида нет никаких Ц. Вне его существуют, конечно, желанные предметы, а в сознании и желаниях других людей - ценностные образцы, но жизненной ориентацией для индивида они могут так никогда и не стать. В процессе жизненного выбора Ц. не только возникают, но и становятся реальностью, существующей объективно в качестве практически значимого образца. В это время для индивида значимо реальное, воплощенное в непосредственном бытии богатство или власть в ее столь же непосредственном предметном воплощении (конкретное продвижение по службе или столь же конкретный риск в игре на бирже). Неуспех деяния пролонгирует ситуацию жизненного выбора, успех может радикально изменить статус и роль Ц. После того, как жизненный выбор закрепляется, избранная Ц. (например, эталон власти) обретает идеальную форму, существующую субъективно в качестве внутреннего основания и регулятива, способного непрерывно сопоставлять положительное и отрицательное (оценка), качественное и количественное (цена), практически достижимое и сомнительное (польза), высшее и низшее (благо). Таким же полем возможностей, то реализующимся в массовых деяниях, то вновь "возвращающимся" в сферу идеального взаимодействия между людьми, остается Ц. и в целостной социокультурной сфере жизни.
Конечное назначение и целостный смысл Ц. могут и должны быть осознаны не только исторически, но и с некоторой трансцендентной точки отсчета. Исторически Ц. может быть осмыслена в качестве такой универсальной формы проектирования, которая модифицируется в условиях цивилизации, открывая перед ней все новые горизонты. В этом историческом измерении она безусловно выше, богаче и перспективнее, нежели предшествующая ей столь же универсальная форма проектирования, какой для первобытности была польза. Но с трансцендентной точки отсчета (а таковой в новое время все более явственно становится будущее), ни один из них не обеспечивает оптимального соответствия устойчивости социального бытия, достаточного разнообразия культуры и свободного развития личности. Ориентация на пользу (т. е. ближайшее будущее) создает предельную устойчивость общинной формы бытия, но за счет минимального разнообразия культуры и практически полного отсутствия личностного самосознания. Напротив, ориентация на Ц. (т. е. на саму способность проектировать отдаленное будущее) создает предельное многообразие культуры и достаточную свободу личностного самоопределения, но за счет максимальной неустойчивости социальных форм бытия и возрастающей социокультурной разности между индивидами, что в совокупности и порождает ненависть, вражду, насилие и недоверие как неизбежные спутники цивилизационной формы жизни людей. Устойчиво сохраняющийся разрыв между нищетой и богатством, глубочайшей зависимостью и беспредельной властью, интенсивностью жизни в центре и прозябанием в глуши с аксиологической т. зр. ничуть не лучше, чем отсутствие таковых. Понимание этого создает условия для аксиологического представления о том будущем, которое с любой т. зр. (индивидуальной, социальной, общекультурной и цивилизационной) является желанным к началу нового тысячелетия.
В. И. Плотников

Источник: Современный философский словарь

ЦЕННОСТЬ
отношение между представлением субъекта о том, каким должен быть оцениваемый объект, и самим объектом. Если объект соответствует предъявляемым к нему требованиям (является таким, каким он должен быть), он считается хорошим, или позитивно ценным; объект, не удовлетворяющий требованиям, относится к плохим, или негативно ценным; объект, не представляющийся ни хорошим, ни плохим, считается безразличным, или ценностно нейтральным.
Ц. как отношение соответствия объекта представлению о нем является противоположностью истины как отношения соответствия представления объекту. Истинностное отношение между мыслью и объектом находит свое выражение в описаниях, ценностное отношение — в оценках. В случае первого отношения отправным пунктом сопоставления утверждения и объекта является объект, в случае второго отношения таким пунктом служит утверждение. Если описательное утверждение не соответствует своему объекту, должно быть изменено описание, а не его объект; в случае отсутствия соответствия между оценочным утверждением и его объектом, изменению подлежит объект, а не его оценка. Допустим, сопоставляются некоторый дом и его план. Если за исходное принимается дом, можно сказать, что план, соответствующий дому, является истинным; в случае несоответствия плана дому, усовершенствован должен быть план, а не дом. Но когда за исходное принимается план, можно сказать, что дом, отвечающий плану, является хорошим, т.е. таким, каким он должен быть; если дом не отвечает плану, усовершенствованию подлежит дом, а не план.
Определение истины как соответствия мысли действительности восходит к Аристотелю и обычно называется «классическим»; определение Ц. как соответствия объекта представлению о том, каким он должен быть, встречается уже у Платона и также может быть названо «классическим».
Вместе с тем между истиной и Ц. имеется определенная асимметрия. Во-первых, установление истинностного отношения мысли и действительности чаще всего особо не отмечается: просто сказать «человек — разумное животное» все равно, что сказать: «истинно, что человек — разумное животное»; установление ценностного отношения всегда требует специальных языковых средств: «хорошо, что человек — разумное животное». Во-вторых, слово «истинный» употребляется, как правило, только применительно к утверждениям; слово «хороший» нередко прилагается и к именам («этот снег хороший», «хороший друг» и т.п.). В-третьих, если идея соответствует своему объекту, то истинной считается обычно идея; если же объект соответствует идее, хорошим считается сам объект. Эта троякого рода асимметрия говорит о том, что истинностное отношение между мыслью и действительностью в известном смысле более фундаментально, чем ценностное отношение между ними.
То, что и истина, и Ц. представляют собой отношение соответствия между мыслью и действительностью, долгое время было основанием отождествления истины и Ц. В частности, Платон считал соответствие того, что познается, своему понятию особым критерием истины, а не определением Ц. У И. Канта неоднократно встречается мысль, что истина двойственна: она означает соответствие мысли тому предмету, которого она касается, и вместе с тем соответствие самого предмета той мысли, которая высказана о нем. Подмена истинностного отношения ценностным лежит в основе всей философии Г.В.Ф. Гегеля, использующего два понятия истины. Истину как соответствие представления своему предмету он именует «правильностью» и противопоставляет ее другому, якобы более глубокому, подлинно филос. пониманию истины как соответствия предмета своему понятию. Выделение двух видов истины является, вопреки Гегелю, не некой типичной особенностью «глубокого» филос. мышления, а обычной в нем. классической философии путаницей между истиной и добром.
Категория Ц. столь же универсальна, как и категория истины. Ц. — неотъемлемый элемент любой деятельности, а значит, и всей человеческой жизни, в каких бы формах она ни протекала. Всякая деятельность, включая научную, неотрывна от постановки целей, следования нормам и правилам, систематизации и иерархизации рассматриваемых и преобразуемых объектов, подведения их под образцы, отделения важного и фундаментального от менее существенного и второстепенного и т.д. Все эти понятия: «цель», «норма», «правило», «система», «иерархия», «образец», «фундаментальное», «второстепенное» и т.п. — являются ценностными или имеют важное оценочное содержание. Вопрос о соотношении истины и Ц. является одним из аспектов более общей проблемы взаимосвязи созерцания и действия, теории и практики.
Истинностный и ценностный подходы взаимно дополняют друг друга, и ни один из них не может быть сведен к другому или замещен им.
В средневековом теоретизировании, двигавшемся по преимуществу от теоретического («небесного») мира к реальному («земному»), явно преобладал ценностный подход. Здесь были все его атрибуты: рассуждения от понятий к вещам, дедукции из «сущностей», разговоры о «способностях» исследуемых объектов, введение явных и скрытых целевых причин, иерархи-зация изучаемых явлений по степени их фундаментальности и т.п.
В теоретическом мышлении Нового времени сначала безраздельно господствовал истинностный подход. Казалось очевидным, что в естественных науках Ц. нет и не может быть; ставилась задача «очистить» от них также гуманитарные и социальные науки, перестроив их по образцу естественных. В этот период сложилось представление о «чистой объективности» научного знания, «обезличенности», бессубъектности науки. Все проблемы рассматривались только в аспекте истинности — неистинности.
Однако начиная с Г.В. Лейбница Ц. допускаются сперва в метафизику, а затем и в гуманитарное и социальное знание. У Лейбница сущее (монада) определяется не только перцепцией, но и стремлением, влечением и охватывает в своем воспринимающем представлении совокупность мирового сущего. Лейбниц говорит даже о т.зр., присущей этому стремлению.
Общее понятие Ц. в качестве параллели сущему ввели в 1860-е гг. Г. Лотце и Г. Коген. Истолкование сущего по преимуществу в свете ценностей в кон. 19 в. привело к появлению философии Ц. — направлению неокантианства, развитому В. Виндельбандом и Г. Рик-кертом.
Ф. Ницше представил всю историю западноевропейской философии какполагание Ц. Он видел источник Ц. в «перспективности сущего». Ц. полагаются человеком из «практических соображений, из соображений пользы и перспективы» и являются «пунктуа-циями воли», размеряющей и размечающей пути своего возрастания. Ц. есть в конечном счете то, что признается волей значимым для себя. Воля к власти и полагание Ц. представляют собой, по мысли Ницше, одно и то же. Наука, истина, культура оказываются в итоге только частными Ц.: они являются лишь условиями, в которых осуществляется порядок всеобщего становления — единственной подлинной реальности. И лишь само по себе становление не имеет Ц.
К кон. 19 в. в западноевропейской философии сложился явно выраженный дуализм истинностного и ценностного подходов к действительности. В позитивизме и методологии естественных наук человек, как правило, низводился до роли пассивного, созерцательного субъекта. В герменевтике В. Дилыпея, в философии жизни и особенно в философии «воли к власти» Ницше он оказался творцом не только истории и культуры, но и самой реальности. Во многом этот дуализм — противопоставление истины и Ц., созерцания и действия, теории и практики, наук о природе и наук о культуре — сохраняется в философии и теперь.
Для понятия Ц. характерна явно выраженная многозначность. Ц. может называться любой из тех трех элементов, из которых обычно складывается ситуация оценивания: оцениваемый предмет; образец, нередко лежащий в основе оценки; отношение соответствия оцениваемого объекта утверждению о том, каким он должен быть. Напр., если человек спасает утопающего, Ц. может считаться или само действие спасения; или тот идеал, который требует приходить на помощь человеку, терпящему бедствие; или, наконец, соответствие ситуации подразумеваемому или формулируемому эксплицитно принципу, что тонущего следует спасать.
Первое значение Ц. характерно для обычного, или повседневного, употребления языка. Большинство определений Ц. ориентируется именно на это значение: Ц. объявляется предмет некоторого желания, стремления и т.п., или, короче, объект, значимый для человека или группы лиц (Р. Перри: «Ценность — любой предмет любого интереса»).
Второе значение понятия Ц. чаще всего используется в филос. теории ценностей (аксиологии), в социологии и вообще в теоретических рассуждениях о Ц. В этом смысле говорят об «этических Ц.» (моральные добродетели, сострадание, любовь к ближнему и т.п.), «эстетических Ц.», «Ц. культуры» (гуманизм, демократия, автономия и суверенитет индивида и т.д.) и т.п. «Ценность, — пишет, напр., социолог Э. Асп, — приобретенное, усвоенное из опыта обобщенное и стабильное понятие о том, что является желательным; это — тенденция выбора и критерий постановки целей и результатов действия... Каждое общество имеет четко определенные главные Ц., с которыми члены этого общества в целом согласны».
Я.Ф. Фриз, И.Ф. Гербарт и особенно Лотце, введшие в широкий филос. оборот понятие Ц., понимали под Ц. именно те социальные по своему происхождению образцы, на которые зачастую, но отнюдь не всегда, опираются выносимые оценки. Отождествле- ние Ц. с образцами было характерно и для Риккерта, попытавшегося развить философию как науку об об-щезначимых («трансцендентальных») социальных об- разцах, или Ц. «Предметные Ц.», или Ц. в первом смысле, Риккерт называет «благами» и полагает, что филос. постижение Ц. начинается с отличения, прин- ципиального отграничения Ц. от благ, в которых они воплощаются. Повседневному словоупотреблению и «эмпирическим наукам» Риккерт вменяет в вину, что в них Ц. смешиваются с их вещественными носителями, благами, в силу чего возникает опасность релятивизации Ц. и утраты понимания того, что же обеспечивает Ц. непреходящий общечеловеческий смысл. Такие Ц., как истина, добро, красота, являются самыми общими условиями человеческого целеполагания в соответствующих областях: в науке, морально-этической сфере, искусстве. В каждую эпоху эти Ц. воплощаются способом, наиболее адекватным для соответствующей эпохи, но эти закрепляемые традицией способы не тождественны воплощенным в них Ц. Т.о., по Риккер-ту, теорию Ц. подстерегают две основные опасности: релятивизм, проистекающий из отождествления Ц. с благами, всегда имеющими исторически условные черты, и догматизм, источник которого в неразличении Ц. и того конкретного, закрепленного традицией образца, в форме которого она существует в определенное время. Риккерт считает, что дальнейшее развитие философии возможно лишь в качестве «критической науки об общеобязательных ценностях».
Использование понятия Ц. в смысле устойчивого, общеобразовательного идеала или образца, на основе которого выносятся конкретные оценки, характерно для аксиологии А. фон Мейнонга, этических теорий М. Шелера, Н. Гартмана, А. Гильдебранда и др. Обычные в аксиологии рассуждения об особом «мире Ц.», отнесение к Ц. истины, добра, красоты и т.п. правомерны лишь при понимании Ц. как образцов.
Вместе с тем такое понимание основательно искажает и запутывает проблему Ц. Прежде всего, большинство реальных оценок не опираются на к.-л. образцы; для многих объектов устоявшиеся образцы просто отсутствуют. Ц. не существуют вне ситуации (реального или потенциального) оценивания, так же как истинность невозможна вне описания реальности. Далее, в каждой новой ситуации человек не только оценивает, но и уточняет, конкретизирует или пересматривает тот образец, на основе которого принято выносить оценочное суждение о рассматриваемых объектах. Сами образцы формируются в процессе оценивания и являются всего лишь своеобразным экстрактом из него. Если бы это было не так, невозможно было бы понять, откуда появляются образцы и почему они изменяются со временем. Рассуждения об особом «мире Ц.», о «трансцендентальных социальных образцах», о критическом исследовании неких «общеобязательных Ц.», по-разному проявляющихся в разные эпохи, и т.п., — результат отрыва Ц. от реальных процессов оценивания, в ходе которых они формируются и изменяются. Отождествление Ц. с образцами оценок затемняет параллель между истиной и Ц. как двумя противоположно направленными способами сопоставления мысли и действительности и представляет Ц. не как выражения человеческой воли и способности к целерациональному действию, а как некое абстрактное, априорное условие практики преобразования мира. Можно говорить об особом «мире образцов», но лишь предполагая, что он является только надстройкой над человеческой деятельностью и тем реальным оцениванием, без которого невозможна последняя.
О Дробницкий О.Г. Мир оживших предметов. Проблема ценности и марксистская философия. М., 1967; Философия Канта и современность. М., 1973; Лейбниц Г.В. Соч.: В4т. М., 1982. Т. L; Асп Э. Введение в социологию. М., 1998; Давыдов Ю.Н. Макс Вебер и современная теоретическая социология. М., 1998; Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре. М., 1998; Платон. Федон, Пир, Федр, Парменид. М., 1999; Ивин А.А. Теория аргументации. М., 2000; Niet&che F. erke. Bd 15. Leipzig, 1912; Perry R.B. General Theory of Шие. Its Meaning and Basic Principle Construed in Terms of Interest. New York, 1926; Heidegger M. Der europaische Nihilismus. Pfulingen, 1967; Milton R. The Nature of Human Mues. New York, 1973; Iwin A.A. Grundlagen der Logik von ertungen. Berlin, 1975. А.А. Ивин

Источник: Философия: энциклопедический словарь

ЦЕННОСТЬ
одна из основных понятийных универсалий философии, означающая в самом общем виде невербализуемые, «атомарные» составляющие наиболее глубинного слоя всей интенциональной структуры личности — в единстве предметов ее устремлений (аспект будущего), особого переживания-обладания (аспект настоящего) и хранения своего «достояния» в тайниках сердца (аспект прошедшего), — которые конституируют ее внутренний мир как «уникальносубъективное бытие». Историческая и логическая контаминация философского понятия ценности и основной категории политэкономии — «стоимость» (ср. «цена»), с одной стороны, и его близость другим понятиям, маркирующим интенциональность индивида — прежде всего благо и цель — с другой, обусловливает сложность «обособления» понятия ценности в его историческом развитии.
АНТИЧНОСТЬ. Одним из первых философских текстов, в котором философское понятие ценности уже начинает отделяться от понятия стоимости, будучи обозначено еще тем же словом (), можно считать пассаж в псевдоплатоновском диалоге «Пшпарх» (231 е-232 а), где предпринимается едва ли не первая в истории философии попытка сопоставления объемов «ценного» и «благого». Объем первого шире, чем второго, т. к. в терминологии этого диалога «благое» включается в «ценное», но само включает в сравнении с ним дополнительную характеристику — приносить истинную выгоду, иметь подлинную пользу. «Благое» есть то ценное, которое помимо прибыльности обладает полезностью, «просто ценное» — только прибыльное, «неценное» — лишенное и прибыльности. В раннем диалоге Платона «Лисвд» намечается то распределение этических параметров, которое предопределяет едва ли не все будущее пространство античных рассуждений о ценности: различаются «как бы неких три рода — благое, дурное и третье — ни хорошее, ни дурное» (216 d-217 b). Последнее уточнено и терминологизировано в «Горгии»: оно обозначается в качестве безразличного — адиафоры (). В «Законах» Платон различает ценности обычного порядка (душевные, телесные, внешние) и ценность второго порядка, «метаценность», присутствие которой обусловливает ценность самого ценного.
У Аристотеля сравнительная ценность благ соотносится с категорией цели: ценнее то благо, которое ближе к цели; из двух благ более ценно то, которое является таковым не только для меня, но и «вообще». В «Никомаховой этике» слова, производные от употребляются для обозначения самооценки () или добродетели «достоинство» (). Лексика же, связанная с «ценностью», «ценимым», «ценным», восходит к слову () («цена»). Философия, по Аристотелю, это — «заглавная наука о том, что всего ценнее», и потому она являет единство научного познания и «постижения умом вещей по природе наиболее ценных».
Идея адиафоры принимается не только у академиков, но и у перипатетиков и киников. Подробно же она разрабатывается только у стоиков. У Зенона Китайского «безразличное» есть нейтральное относительно конечной цели нравственного блага—но оно не «безразлично» относительно своей сравнительной ценности (). Соответствующее «природе» (здоровье, красота, богатство и т. п.) есть ценное или «предпочитаемое» (), противоположное — лишенное ценности или «непредпочитаемое» (). При этом Зенон полагает, что само благо обладает «высшей ценностью». В целом, по Диогену Лаэрцию, слово «ценность» означает у ранних стоиков: (а) «свойственное всякому благу содействование согласованной жизни», (б) «пользу, содействующую жизни согласно с природой», (в) обычную меновую стоимость товара (VII. 105). Хрисипп настаивал на принципиальных различиях между благом и ценностью: первое неизменно и не может в отличие от второго допускать приращения или уменьшения. Ценность не допускается в область блага; между благом и не благом не может быть ничего, рядоположенного им. Ко времени Хрисиппа относится систематизация «безразличного», о которой свидетельствует Диоген Лаэрций (VII. 102—105. Ср. Секст Эмпирик. Против ученых XI. 59—63, Пирроновы положения III. 177,191—192). Панэтий Родосский, открывший эпоху т. н. Средней Стой, принципиально модифицирует понятие блага за счет включения в него «природных ценностей» (здоровье, красота и т. п.). Согласно скептикам, нет ничего ценного по природе за отсутствием собственно «безразличного», как нет также и природного блага и зла.
В античных приближениях к категории ценности уже в значительной мере предвосхищена современная аксиологическая проблематика. Вместе с тем античная категория ценности была лишена «персонализма» из-за отсутствия в античной философии в целом еще самой личностной антропологии. Средние века оказались для изучения ценности в собственном смысле «темными веками». Хотя латинский коррелят греческой aestimatio — бытовал еще со времен Цицерона, на Западе он был освоен преимущественно в его экономических коннотациях. Схоластическая мысль подробно исследовала, опираясь на «Никомахову этику» и общее платоновско-аристотелевское наследие, «онтологию блага», иерархическую субординацию благ, различение благ условных и Блага безусловного, но внутренний мир личности и конституирующих его ценностей оставался для нее закрытым.
НОВОЕ ВРЕМЯ. «Аксиологические» изыскания древних оказались не замеченными новоевропейской философией, которой пришлось заново открывать ценностную проблематику, приоткрытую уже последователями Зенона. Монтень указывал на субъективную природу ценности. Гоббс выделял «ценность человека», которая не отличается от его «стоимости» и есть его «цена», и «достоинство» — общественную ценность человека, которая есть та «цена», которую ему дает государство. Декарт видел назначение разума в установлении «подлинной ценности (valeur) всех благ». «Ценность», т. о., соотносилась им с миром субъекта — с нравственной деятельностью. Необходимо знать истинную «цену» добра и зла и уметь различать их; наша любовь и неприязнь к вещам обусловливается тем, насколько они представляются нам ценными, а не наоборот. Паскаль различал среди человеческих достоинств условные (связанные с социальным статусом и легитимизируемые «внешними церемониями») и естественные (относящиеся к душе или телу). Ему же принадлежит афористическое словосочетание «порядок сердца» (ordre du coer), означающее «логику сердца», не совпадающую с логикой рассудка, но подчиняющуюся своим неисповедимым законам. Будущие аксиологи (Шелер) придавали этому выражению Паскаля очень большое значение: здесь философия впервые признала права вслед за разумом и волей также и третьей, самой сокровенной области человеческой души — сердца как тайника царства ценностей. В одном из сводов дефиниций Лейбница «ценное есть значительное с точки зрения блага» (противоположность ему составляет «пустое»), «значительное» же — то, из чего следует нечто «замечательное», которое есть в свою очередь вносящее какой-либо великий вклад или вводящее «первенствующее по природе».
В английском просвещении обращение к «субъективному бытию» прошло под знаком признания в человеке сферы разнообразных чувств (senses). Разделяя ценность вещей и ценность (worth, merit) личности, Шефтсбери отдавал предпочтение последней. Учение Шефтсбери было систематизировано Ф. Хатчесоном, разделявшим два основных «чувства» — «моральное чувство», которое является единственным достоверным источником суждений о добре и зле, и «внутреннее чувство», ответственное за художественное восприятие. В отличие от представителей этического сентиментализма, исходивших из абсолютности основных ценностей, Б. Мандевиль придерживался релятивистской точки зрения и стремился показать, что действительным мерилом «ценности и достоинства» вещей является человек, стремящийся к удовлетворению собственных интересов. «Моральное чувство» занимает важное место и в антропологии Юма. Так же, как и сентименталисты, Юм видел источник нравственных суждений и действий не в разуме, а в моральном чувстве, в частности в человеколюбии и справедливости. Последняя составляет основание всех подлинно ценных нравственных побуждений. Рассматривая отдельные примеры добродетели и порока, шотландский философ различает их «положительную ценность» (merit) и «ценность отрицательную» (demerit). Юм занимал двойственную позицию в вопросе об «объективности» ценности: с одной стороны, он утверждал, что сами по себе объекты лишены всякого достоинства и «свою ценность они извлекают только из аффекта», что красота и ценность полностью соотносительны с возможностью вызывать «приятное чувствование» у субъекта; с другой — что у объектов есть «собственная ценность», существует «ценное само по себе». Вклад Юма в осмысление понятия ценности можно считать самым значительным в этой области рефлексии за весь докантовский период. Среди наиболее «провоцирующих» шагов Юма следует признать выяснение критериев ценности нравственных поступков и различение «ценности-для-себя» и «ценности-для-другого». Недостатком рассуждений Юма было его понимание ценного как «естественного», «природного», не позволяющее понять главного — в чем, собственно, ценность этого ценного?
В знаменитой «Энциклопедии, или Толковом словаре наук, искусств и ремесел» (1765) в специальной статье — «Valeur» — различаются ценность как достоинство вещей самих по себе и цена — как то, что доступно калькуляции; ценности в нравственном аспекте соотносятся с «чувством, порождаемым стремлением к славе и признанию». Аксиологические проблемы волновали и немецких просветителей. Известный ученик X. Вольфа Баумгартен выделяет в своей «Метафизике» (1739) среди человеческих способностей и способность суждения или оценки (Beurtheilungsvermogen), ответственную за рецепцию всего воспринимаемого с точки зрения удовольствия, неудовольствия и равнодушия. Он же вводит понятие «эстетическое достоинство (dignitas)», в коем различаются субъективный и объективный аспекты: первый идентичен «эстетической значительности (gravitas)». Зульцер вводит понятие «ценность (Wfert) эстетического материала», которое означает все, что может привлечь внимание души, вызвать чувство. Крузий сформулировал идею свободной человеческой воли — источника нравственного долженствования — как всеобщей и высшей ценности; субъект нравственного веления как высшая ценность является конечной и безусловной целью нравственного поведения, по отношению к которой все является средством (в т. ч. счастье, благо, телесное совершенство и т. д.). Современник Канта Тетенс рассуждает об особых состояниях души, которые он в отличие от ощущений или «первоначальных представлений» называет чувствованиями (Empfmdnisse) — внутренними восприятиями, «ответственными» за удовольствие, приятное, радость, надежду и т. д. Они имеют для субъекта специфическое ценностное значение и служат основанием его оценочного отношения к внешним и внутренним объектам. В соответствии с чувством удовольствия Тетенс определяет и универсальные оценочные понятия истины, добра и красоты, исходные для любых оценочных суждений.
КАНТ. Принципиально новые измерения понятие ценности обретает в сочинениях Канта, который конструирует решения этой проблемы на основаниях, прямо противоположных юмовским: ценность нравственных поступков соотносится не с «природными» для нас расположениями души, вроде симпатии, но как раз с тем противодействием, которое оказывает этим расположениям направляемая разумом воля. В «Основоположении к метафизике нравов» (1785) он вводит понятие «абсолютной ценности (Wert)» чистой доброй воли. Критерий этой «абсолютной ценности» в том, что истинная нравственная ценность присуща лишь тем нравственным действиям, которые совершаются даже не «сообразно долгу», но только «по долгу», т. е. из стремления исполнить нравственный закон ради самого закона. Действие по долгу содержит моральную ценность «не в намерении», которое может быть посредством него реализовано, но в той максиме, согласно которой принимается решение совершить тот или иной поступок, и потому эта ценность зависит только от самого «принципа воления» безотносительно к каким-либо целям. Все имеет лишь ту ценность, которую определяет нравственный закон. Поэтому ценность самого закона является уже безусловной и несравнимой ценностью, которой соответствует категория достоинства (Wurde), коему следует в свою очередь воздавать «уважение» (Achtung). Только нравственная ценность определяет ценность человеческой индивидуальности. В мире как «царстве целей» различимы три уровня ценностной реальности: (а) то, что имеет рыночную цену (Marktpreis) — умение и прилежание в труде, (б) то, что обладает аффективной ценой (Afiektionspreis) — остроумие, живое воображение, веселость, (в) то, что имеет достоинство, внутреннюю ценность (innere Wert) — нравственные поступки и сами человеческие индивидуальности.
Аксиологические положения «Критики практического разума» (1788) развивают идеи «Основоположения». Представления личности относительно ценности своего существования основываются на особом чувстве моральной ценности. Истинно нравственное настроение преданности закону делает разумное существо «достойным причастности высшему благу, соразмерному с моральной ценностью его личности». В «Критике способности суждения» (1790) указывается, что категория ценности релевантна лишь этической области. Приятное, прекрасное и доброе означают три различных отношения к чувству удовольствия и неудовольствия. В каждом случае, однако, речь идет о различных смысловых модальностях: приятное — то, что доставляет удовольствие, прекрасное — то, что нравится, доброе — «то, что ценят, одобряют, то есть то, в чем видят объективную ценность». Хотя сам Кант выводит, т. о., эстетику за границы ценностно значимого, он оговаривается, что мы придаем ценность нашей жизни посредством целесообразной деятельности (это уже область эстетического). Его исследование суждений вкуса позволяет в определенной степени соотнести и эту проблематику с учением о ценности, поскольку речь идет об оценочных (хотя, правда, и не о ценностных) суждениях. Так, специальный параграф первой части «третьей критики» посвящен проблеме: предшествует ли в суждении вкуса чувство удовольствия оценке предмета или наоборот? Кант обосновывает второй способ его решения, утверждая, что «прекрасно то, что нравится только при оценке». Эстетическая оценка — «оценка без понятия», поэтому суждение вкуса не есть познавательное суждение. Эстетическая ценность произведений искусства связана с той «культурой», которую они дают душе.
Т. о., Канту удалось определить ценностный мир как такой, который творится самим автономным действующим субъектом. Ценностное сознание и ценностное творчество оказываются возможными благодаря чистому «практическому разуму». Ограничение ценностной сферы нравственной деятельностью было самой смелой попыткой в истории философии разграничить царства ценности и природного бытия. Другую заслугу Канта следует видеть в четко прочерченной иерархии рыночной цены вещей, аффективной цены душевных качеств и «внутренней ценности» — самой свободной и автономной личности. Впервые в истории философии ценность-в-себе становится синонимом личности, и аксиология получает персонологическое обоснование. Наряду с этим Кант привнес в учение о ценностях и телеологическую перспективу: весь мир существует ради ценности личности. Основное значение «третьей критики» Канта следует видеть в исследовании оценочных суждений, которые выявляют важнейшую особенность эстетического восприятия действительности как предваряемого ее оценкой. Правда, рационалистическая интерпретация ценности у Канта оставляла «невостребованным» «порядок сердца», который не ограничивается установками бескорыстной и автономной воли, сколь бы возвышенными они ни были. «Формальная» природа моральной ценности как следования формальному же категорическому императиву оставляла ее предельно обедненной в сравнении с «материей» (содержанием) нравственных действий, ценность которых Кантом решительно отрицалась. Тем не менее, отмечая односторонности кантовского учения о ценности, нельзя не признать и того, что они же открыли и теоретическое пространство для тех достижений будущей аксиологии, которые в значительной мере и осуществлялись благодаря дистанцированию от них.
ПОСЛЕ КАНТА. Если Кант признавал ценностно релевантным только «чувство моральной ценности», то послекантовская немецкая философия в целом расширяет эту область, пытаясь переместить ценностный мир из воли в сердце. Правда, Фихте настаивает на том, что ценность индивида определяется его деятельностью (признавая уже, правда, что «безусловной ценностью» и значением обладает только жизнь как таковая), а Г. Хуфеланд видит в ценности прежде всего свойство вещей опосредовать разумное человеческое целеполагание. Однако Ф. Биунде уже считает, что именно чувство является принципом всех ценностных отношений к объектам, которые основываются на эмоциональном или разумном удовольствии, Г. Шульце утверждает, что ценностные суждения «обращаются» к чувствам, а И. Фриз — что чувство определяет ценность или не-ценность вещей. Ф. Аллийн начинает разрабатывать «аксиологическую логику», анализируя ценностное суждение, в коем оцениваемое образует субъект, а выражение оценки — в виде похвалы или порицания — предикат. Оценочными суждениями (в которых объект одобряется или не одобряется) занимался Гербарт, противопоставляя их суждениям теоретическим и дифференцируя оценки эстетические и этические. Бенеке, писавший преимущественно в 1830-е гг. и пытавшийся основать этику на ценностном чувстве, утверждал, что мы оцениваем вещи, исходя из их содействия «подъему» и «спаду» наших внутренних чувствований. Это содействие может быть трех ступеней: непосредственное, в воображении и в воспроизводстве в качестве желаний, ведений и т. п., которые и образуют «умонастроение» и основание действий. См. также статью Аксиология.
Лит.: СтоловичЛ. Н. Красота. Добро. Истина; Очерк истории эстетической аксиологии. М., 1994; Столяров А. А. Стоя и стоицизм. М1995; Шохин В. К. Классическая философия ценностей: предыстория, проблемы, результаты.— «Альфа и Омега», 1998, № 3(17), с. 295— 315; EislerR. Worterbuch der philosophischen Begriffe historischquellenrnassig bearbeitet, Bd. III. B., 1930; Kraus 0. Die crttheorien. Geschichte und Kritik. Brun-Lpz., 1937.
В. К. Шохин

Источник: Новая философская энциклопедия



Найдено научных статей по теме — 15

Читать PDF
126.98 кб

Вера как экзистенциальная ценность

Омельчук Роман Константинович
Проанализированы различные подходы к исследованию проблемы веры. Истина личностной экзистенции рассмотрена как тотальная раскрытость жизненных ценностей сознанию человека.
Читать PDF
2.19 мб

Философия смысл и ценность жизни

Корниенко А. А., Квеско Р. Б.
Рассматривается процесс формирования научных направлений кафедры философии Томского политехнического университета с позиции реализация жизненных ценностей и смысла жизни.
Читать PDF
363.29 кб

Семья как социальная ценность в русской и советской философии

Безнощенко Е. А.
Читать PDF
335.97 кб

Риторика как ценность

Редько Ольга Валерьевна
Проводится анализ позиций по отношению к риторике, к её ценностному содержанию, предложенных ещё в Античности (Платон, Аристотель, Цицерон).
Читать PDF
184.09 кб

Ценность и перспектива

Аванесов Сергей Сергеевич
Произведено различение фактического и ценного, определено отличие ценности от блага, а также показана связь ценностей с открытым характером человеческого бытия
Читать PDF
334.21 кб

Заповеди Торы как ценность иудаизма

Пекарская Ирина Игоревна
Читать PDF
203.84 кб

Трансверсальный разум как базовая ценность современной культуры

Кузьмин А. А.
The problem of transformation of classical reason model into the modern conception of transversal variety of rationality types and forms is considered.
Читать PDF
2.92 мб

Свобода как высшая духовная ценность в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

Талалаева Е. В.
Читать PDF
207.76 кб

Аватар мечты: ценность надежды в обществе

Майборода Д. В.
Читать PDF
274.48 кб

Современное развитие понятия «Ценность»

Микешина Людмила Алексеевна
Читать PDF
144.48 кб

Гносеологическая ценность понятия «Бог» в осознании смысла жизни

Шестаков В. Н.
Рассматривается структура проблемы смысла жизни через деление по основаниям объективности и уровня объекта исследования. Нерешаемость вопроса смысла мира увязывается с понятием «Бог».
Читать PDF
368.01 кб

Модернизация современной России: транзиция, ценность, синдром

Новиков Олег Евгеньевич
Темой настоящей статьи является феномен модернизации, анализируемый применительно к современным российским реалиям.
Читать PDF
787.30 кб

Безопасность народа и государства как главная политическая ценность в учении Томаса Гоббса

Зотова Л. В.
Томас Гоббс (1588-1679) был первым писателем Нового времени, который из чистых начал естественного права развил полное и систематическое учение о государстве (Чичерин, 1999, с. 165).
Читать PDF
237.41 кб

Ценность существования человека в философии жизни

Гинатулина Ольга Аминовна
В статье рассматривается проблема ценности существования человека с точки зрения представителей философии жизни (А. Бергсон, Г. Зиммель).
Читать PDF
178.27 кб

Ценность денег в философии Ренессанса и раннего Нового времени

Слатов Д. Г.
Статья посвящена эволюции понятия «ценность денег» в период Ренессанса и раннего Нового времени, изменению представлений о ценности денег, соотношении ценности денег и других ценностей в социумах указанных эпох.

Найдено книг по теме — 16

Похожие термины:

  • Цена, плата, стоимость, ценность, достоинство

    Философский смысл термина: Ценность (Эврипид, Фукидид); государственный пост (Платон); ценность (Фукидид, Платон, Аристотель); общественное положение, оценка, мнение (Диодор Сицилийский); оценка исти
  • Ценность человеческой жизни

    равна нулю с точки зрения человечества (как вышестоящей системы), равна бесконечности с точки зрения его самого (условие самодостаточности), его близких и родных? Но опыт человечества и самооценки
  • ЦЕННОСТЬ ЭСТЕТИЧЕСКАЯ

    особый класс ценностей, существующий наряду с ценностями утилитарными, моральными и т. п. Связь Ц. э. .с др. классами ценностей обусловлена их общей аксиологической природой: все виды ценностей (нап
  • ЦЕННОСТЬ: АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

    Центральная категория аксиологии как основополагающей области философского знания, раскрывающая феномен иерархической упорядоченности мира. Исходный смысл категории ценности связан с проблем
  • ИЗЪЯТИЕ ЦЕРКОВНЫХ ЦЕННОСТЕИ

    осуществлялось на основании декрета СНК РСФСР от 23 февраля 1922 в связи с неурожаем 1921 и необходимостью закупки зерна для спасения умирающих от голода. Вопреки декрету от 23 января 1918, к-рый объявил в
  • СВОБОДНАЯ ОТ ЦЕННОСТЕЙ НАУКА

    см. Рационализм.
  • ЦЕННОСТЕЙ ТЕОРИЯ

    см. Аксиология, Ценность.
  • ВМЕНЕНИЕ ЦЕННОСТЕЙ

    процесс интерпретации обозначаемой вещи в качестве знака ценности. Исследователи, занимавшиеся изучением феномена ценности, неизменно сталкивались со значительными трудностями при попытках вы
  • Проблема добра и зла, общечеловеческих ценностей в католической мысли и философия Г. Марселя

    История религиозной мысли накопила множество ответов на трудный для нее вопрос: если мир сотворен и управляем мудрым и благим Богом, то как это согласуется с бедствиями и злом? Или: как оправдать Б
  • ЭТИКА ЦЕННОСТЕЙ

    метатеория, предметом которой являются ценности людей, их наиболее эффективное сочетание в соответствии с принципом ответственности. Обычно Э. ц. противопоставляют этике добродетелей и этике дол
  • ФИЛОСОФИЯ ЦЕННОСТЕЙ

    учение о ценностях, аксиология) - выделившаяся после работ Л отце область философии, проблемы которой сначала рассматривались, с одной стороны, в логике, эстетике и особенно в этике, а с другой - в пс
  • Ницше: нигилизм. Переоценка ценностей

    Ницше выступает как "радикальный нигилист" и требует кардинальной переоценки ценностей культуры, философии, религии. "Европейский нигилизм" Ницше сводит к некоторым основным постулатам, провозгл
  • Базовые ценности

    ценности, составляющие основу выбора потребностей и средств их удовлетворения, совершаемого субъектом (отдельным человеком, социальной группой, типом культуры) в определенных объективных услови
  • ЦЕННОСТИ В НАУКЕ

    феномены, рассматриваемые в качестве наиболее значимых с точки зрения соответствия идеальному образу науки и связанные с основными целями науки как особого вида деятельности. В качестве главной
  • ДУХОВНЫЕ ЦЕННОСТИ

    цели и идеалы, придающие смысл существованию человека. Это ценности, которые отражают высшие духовные устремления людей. Особое значение имеют такие духовные ценности, как истина, вера, красота. Д
  • ПЕРЕОЦЕНКА ЦЕННОСТЕЙ

    теория Ницше, изложенная им в «Генеалогии морали» (1887). На смену традиционным ценностям (христианские ценности, выражающие подчинение человека Богу) она выдвигает творческие ценности (абсолютное
  • ПЕРЕОЦЕНКА ВСЕХ ЦЕННОСТЕЙ

    провозглашенное Ницше требование освобождения от всех моральных (особенно христ.) ценностей и превращения их в ценности с противоположным содержанием; см. Этика. Подзаголовок произв. Ницше "Воля к
  • СИМВОЛИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ЦЕННОСТЕЙ

    одна из распространенных в совр. буржуазной ак-сиологии этических концепций, сторонники к-рой рассматривают систему ценностей как создаваемый человеком особый символический мир. В основе С. т. ц.
  • Следствия субъективной теории ценностей

    Следствия этой доктрины значительны. Прежде всего, такая вещь, как "грех", не может существовать в каком-либо абсолютном смысле; то, что один человек называет "грехом", другой может называть "доброде
  • Субъективность ценностей

    Этика, если верен приведенный выше анализ, не содержит никаких утверждений, ни истинных, ни ложных, а состоит из пожеланий некоторого общего рода, а именно таких, которые касаются желаний человече