АБСУРД

Найдено 19 определений
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] [зарубежный] Время: [постсоветское] [современное]

Абсурд
от лат. absurdum - нелепый) - бессмыслица, нелепость.

Источник: Тематический глоссарий по философии

Абсурд
термин употребляется в философии экзистенциализма для обозначения состояния человека. Многие чновые религии основаны на идеях экзистенциализма.

Источник: Новые религиозные движения.

АБСУРД
от лат.-фальшиво звучащий): бессмысленный, неразумный, противоречивый. Начиная с 40-х гг. 19 века это понятие активно применяется в эстетике и философии. Например, философия экзистенциализма применяла термин «абсурд» для того, чтобы охарактеризовать положение человека в обществе.

Источник: Евразийская мудрость от а до Я

Абсурд (Сведение К Абсурду)
Своего рода отрицательная разновидность доказательства от противного и одновременно его начало. Сведение к абсурду доказывает ложность утверждения путем демонстрации ложности по крайней мере одного из его следствий, вскрывая его противоречивый или абсурдный характер. Сводить что‑либо к абсурду значит следовать за оппонентом с целью его опровержения, вернее даже, идти за ним до самого конца, пока он сам себя не опровергнет.
Логически состоятельное, философской ценности подобное доказательство не представляет. И следствия, и абсурдность чего‑либо всегда могут служить предметом спора.

Источник: Философский словарь.

Абсурд
(лат. аbsurdum – букв. исходящее от глухого) – по-видимому, первоначально это понятие фиксировало ситуацию рассогласованности в речи и поступках, а затем перешло в логику и математику и стало обозначать рассогласованность каких-либо рассуждений (действий) с результатами, выводами. Совершенно иной статус это понятие приобрело в философии второй половины XIX – начала XX века. В философии экзистенциализма оно используется для характеристики человеческого существования в условиях смыслоутраты, связанной с отчуждением личности от общества, от истории, от себя самой. Абсурд становится обозначением изначального, неустранимого, трагического разлада человека с миром. Особенно часто использовал это понятие А. Камю.

Источник: Философия и методология науки (понятия категории проблемы школы направления). Терминологический словарь-справочник 2017

Абсурд
бессмыслица, нелепость [12]; в логике противоречивое выражение [13], в котором что-то утверждается и отрицается одновременно (диалектика); понятие отсутствующее в [1] и [2], что заставляет задуматься о причинах этого отсутствия. Наиболее простое объяснение, что "мол и так все ясно" не кажется убедительным - понятие не такое простое, каким представляется на первый взгляд, но "логика - враг политики и философии".
Последовательный логический анализ огромного количества высказываний и действий людей, интеллектуалов и политиков показывает, что они абсурдны с точки зрения здравого смысла, но абсолютно правильны с точки зрения достижения поставленных ими целей. Необходимо лишь понять последние. В неявном виде вопросы абсурдности существования рассмотрены Хосе Ортего-и-Гассетом в работе "Восстание масс" и "Человек и люди".
Ассоциативный блок.

Источник: Теоретические аспекты и основы экологической проблемы: толкователь слов и идиоматических выражений

АБСУРД
(absurdus — нелепый) — граница, обратная сторона смысла. Утверждение, на котором настаивают, несмотря на его противоречие со здравым смыслом и доводами разума. Пример абсурдного рассуждения — противопоставление Тертуллианом догматов христианской религии принципам греческой философии «Верую, потому что нелепо!». В средневековой логике принцип «сведения к нелепости» (reduction ad absurdum) рассматривается как прием доказательства истинности некоторого выводного суждения. Тема А. человеческого существования звучит в философии экзистенциализма в связи с проблемой смысла жизни. Человеческая жизнь бессмысленна, поскольку человек одинок и осознает свою смертность. Прием сведения к А. широко применяют авторы сочинений в жанре антиутопии (Л. Замятин, О. Хаксли, Дж. Оруэлл и др.) а также современные авторы, работающие в области научной фантастики. Прием сведения к нелепости как один из формальнологических приемов остроумия нередко используется в юмористической литературе всех жанров.

Источник: Философский словарь инженера. 2016

Абсурд (Доказательство От Противного)
Рассуждение, доказывающее истинность того или иного утверждения путем показа явной ложности по крайней мере одного из следствий противоположного утверждения. Чтобы доказать, что нечто есть «р», строят гипотезу, что оно есть «не‑р», а затем показывают, что эта гипотеза ведет к абсурду. В частности, таким образом Эпикур доказывал существование пустоты (р). Если бы не было пустоты (не‑р), не было бы движения (телам было бы некуда передвигаться); между тем это следствие явно ложно (оно опровергается опытом); следовательно, пустота существует. Такой тип рассуждения, называемый также апогогическим, основывается, как мы видим, на принципе исключенного третьего (возможно лишь р или не‑р; если утверждение ложно, то противное от него истинно). Формально подобное рассуждение вполне надежно, но убедительным может быть лишь в случае, если понятия противного, ложного и следствия не содержат ошибки, а в философии такое случается редко. Доказательство Эпикура не убедило стоиков, как позже не смогло убедить и последователей Декарта.

Источник: Философский словарь.

АБСУРД
лат. ad absurdum — исходящий от глухого) — термин интеллектуальной традиции, обозначающий нелепость, бессмысленность феномена или явления. В истории философии понятие "А." стало использоваться экзистенциализмом как атрибутивная характеристика отношений человека с миром, лишенным "смысла" и враждебным человеческой индивидуальности. Осознание отчуждения человека от мира и самоотчуждения индивида порождает "абсурдное сознание" (Камю, "Миф о Сизифе. Эссе об абсурде"). Понятие А. нередко использовалось и для критики претензий научного разума, бессильного перед непостижимостью мира, которую можно постичь лишь через художественное сознание. Тема А. была присуща творчеству С.Беккета, Э.Ионеско, С.Дали, А.Тарковского и мн. др.). В традиционной логике "доведение до А." предполагает доказательство внутренней противоречивости утверждения. В повседневной жизни понятием "А." принято обозначать утрату субъектом действия его смысла. При условии недостаточности инструментария и информации для адекватной оценки ситуации и принятия сбалансированного решения, как "абсурдную" оценивают саму ситуацию.
А.А. Грицанов

Источник: Новейший философский словарь

АБСУРД
отсутствие смысла. Ощущение абсурдности происходящего является, по Сартру и Камю, аутентичным опытом «экзистенции». Со временем в экзистенциалистской литературе понятие абсурда приобретает новые смысловые оттенки: «тоски» — у Хайдеггера, отсутствия реального смысла жизни — у Сартра, непоследовательности нашего состояния — у Камю, «рокового поражения» — у Ясперса.
Во всяком случае, Сартр вслед за Камю лишь в действии видит единственное убежище от абсурда, единственную возможность придания смысла, хотя бы частичного, нашему существованию. «Миф о Сизифе», ставший у Камю одной из главных философских тем, рассказывает историю человека, обреченного поднимать огромный камень на вершину горы, откуда эта глыба неизменно скатывается вниз; он иллюстрирует ощущение абсурдности существования, постоянно требующего нашего усилия, взывающего к нашей воле, но неспособного осуществиться, утвердиться раз и навсегда. Ощущение абсурдности происходящего порождает в человеке скрытое чувство протеста, не имеющее ничего общего со скептицизмом; тогда человек взирает на бессмыслицу жизни и вещей с оттенком суровой безмятежности.

Источник: Философский словарь

АБСУРД
от лат. absurdus - нелепый, глупый)
- в логике под А. обычно понимается противоречивое выражение. В таком выражении что-то утверждается и отрицается одновременно, как, напр., в высказывании "Тщеславие существует и тщеславия нет". Абсурдным считается также выражение, которое внешне не является противоречивым, но из которого все-таки может быть выведено противоречие. Скажем, в высказывании "Александр Македонский был сыном бездетных родителей" есть только утверждение, но нет отрицания и, соответственно, нет явного противоречия. Но ясно, что из этого высказывания вытекает очевидное противоречие: "Некоторые родители имеют детей и вместе с тем не имеют их". А. отличается от бессмысленного: бессмысленное не истинно и не ложно, его не с чем сопоставить в действительности, чтобы решить, соответствует оно ей или нет. Абсурдное высказывание осмысленно и в силу своей противоречивости является ложным. Напр., высказывание "Если идет дождь, то трамвай" бессмысленно, а высказывание "Яблоко было разрезано на три неравные половины" не бессмысленно, а абсурдно.
Логический закон непротиворечия говорит о недопустимости одновременно утверждения и отрицания. Абсурдное высказывание представляет собой прямое нарушение этого закона.
В логике рассматриваются доказательства путем "приведения к А.": если из некоторого положения выводится противоречие, то это положение является ложным (см.: Косвенное доказательство).
В обычном языке однозначности в понимания слова "А." нет. Абсурдным называется и внутренне противоречивое выражение, и бессмысленное, а иногда и все нелепо преувеличенное.

Источник: Словарь по логике

АБСУРД
(от лат. absurdus — глухо, фальшиво звучащий) — нелепость, бессмыслица. В классич. рационалистич. философии: А. — неразрешимое логич. противоречие, препятствующее дальнейшему рассуждению. В логике и математике: «сведение к А.» — один из осн. способов доказательства от противного. В риторике: «доведение до А.» (ad absurdum) — прием опровержения высказываний оппонента (см. также Сократ, софистика). Раннехрист. традиция трактует А. как эквивалент истинной веры в ее противостоянии «мудрости мира сего»; следуя этому Тертуллиан (II—III вв.) вводит принцип «credo quia absurdum est» (верую, ибо нелепо). С середины XIX в. понятие А. в зап.-европ. философии приобретает статус онтологемы: Шопенгауэр, полагая сущее акциденцией мировой воли, приписывает ему кач-ва иллюзорности и абсурдности; Кьеркегор видит в нем завершение неподлинного существования личности и возможность обретения само-сущности. В XX в. А. становится одним из ведущих мотивов худ. и филос. осмысления действительности: развиваются «лит-ра А.» (Ф.Кафка, Д.Хармс, Б.Виан), «театр А.» (С.Беккет, Э.Ионеско), «кинематограф А.» (Л.Бунюэль, Б.Блие) и т.д. Нек-рые эстетич. течения современности (напр., сюрреализм) возводят А., наряду с бессознательным, в статус важнейшей характеристики чел. мышления и деятельности в их направленности на внешн. мир. В философии XX в. эта тема наиболее подробно разработана экзистенциализмом. В частн., у Л.Шестова и А.Камю А. выступает как наиболее полное определение отношения человека к бытию. Для данного филос. течения характерно утверждение, что попытки рационального описания и объяснения реальности неизбежно сводятся к А. Лит.: Камю А. Миф о Сизифе. Эссе об абсурде // Камю А. Бунтующий человек. Философия. Политика. Искусство. М., 1990; Токарев Д.В. Курс на худшее: абсурд как категория текста у Д.Хармса и С.Беккета. М., 2002; Шестов Л. Власть ключей // Шестов Л. Соч.: В 2 т. М., 1993. Т. 1. Е.В.Гутов

Источник: История и философия науки. Энциклопедический словарь

АБСУРД

(лат. absurdus - то, что потеряло стройность и смысл звучания) - в экзистенциализме ХХ в. распад, бессмысленность и безнадежность человеческого существования. Утверждая бессмысленность жизни, мы "разумеем в ней отсутствие абсолютного блага и возможность заполнения им нашей жизни, мы отрицаем существование Бога и божественность человека" (С.Франк). Задача философии - найти, выразить и обосновать смысл бытия вопреки абсурду. 1) Античная философия (неоплатонизм и стоицизм) ориентировалась на логосность мира и объясняла абсурдное как хаос, вызванный "древней дерзостью"; ему дано ограниченное место в системе мира как целого, стоящего на твердых основаниях: мудрый понимает, что зло, хаос, абсурд заранее предусмотрены Судьбой, которая извлекает из них пользу, а понимая, мудрый не протестует. Но жажда смысла бытия едва ли утолима пониманием космического порядка. 2) Иррационализм (напр., Л.Шестова), напротив, ищет смысл бытия в хаосе и абсурде и бунтует против разума, отказывая ему в способности постигать этот смысл. Этому соответствует образ Бога как великого Абсурда - несправедливого, бесчеловечного, злобного, постоянно противоречащего Себе, Бога без Логоса. Уверовать в такого Бога, по Шестову, значит спастись, но это неубедительно. 3) Для атеистического экзистенциализма "мир и не слишком рационален, и не так уж иррационален. Он просто неразумен" (А.Камю). Метафизический бунт личности против абсурда - ответ, даваемый без всякой надежды на помощь свыше. Но ее отсутствие не означает отчаяния. Это перманентный бунт, в котором следует постоянно противостоять абсурду и в то же время удерживать его в поле зрения, т.к. "абсурд умирает, если от него отворачиваются". Это также бунт против абсурдной Судьбы. 4) Тот, кто оценивает бытие как абсурдное, где-то в глубине души имеет интуитивное чувство смысла. Христианская мысль не идет на компромисс с абсурдом и злом. Абсурд преодолевается, когда наступает примирение с Богом, Слово которого приоткрывает смысл всего происходящего. Е.Трубецкой: Богоявление и победа Христова на кресте преодолевает всякий абсурд.

Источник: Краткий религиозно-философский словарь

АБСУРД
от лат. absurdus — нелепый, глупый) — нелепость, противоречие. В логике под А. обычно понимается противоречивое выражение. В таком выражении что-то утверждается и отрицается одновременно, как, напр., в высказывании “Тщеславие существует и тщеславия нет”. Абсурдным считается также выражение, которое внешне не является противоречивым, но из которого все-таки может быть выведено противоречие. Скажем, в высказывании “Александр Македонский был сыном бездетных родителей” есть только утверждение, но нет отрицания и, соответственно, нет явного противоречия. Но ясно, что из этого высказывания вытекает очевидное противоречие: “Некоторые родители имеют детей и вместе с тем не имеют их”. А. отличается от бессмысленного: бессмысленное не истинно и не ложно, его не с чем сопоставить в действительности, чтобы решить, соответствует оно ей или нет. Абсурдное высказывание осмысленно и в силу своей противоречивости является ложным. Напр., высказывание “Если идет дождь, то трамвай” бессмысленно, а высказывание “Яблоко было разрезано на три неравные половины” не бессмысленно, а абсурдно. Логический закон противоречия говорит о недопустимости одновременно утверждения и отрицания. Абсурдное высказывание представляет собой прямое нарушение этого закона. В логике рассматриваются доказательства путем “приведения к А.”: если из некоторого положения выводится противоречие, то это положение является ложным.
В обычном языке однозначности в понимании слова “А.” нет. Абсурдным называется и внутренне противоречивое выражение, и бессмысленное, и все нелепо преувеличенное.
В философии и художественной литературе эпитет “абсурдный” иногда используется для характеристики отношения человека к миру. А. истолковывается как нечто иррациональное, лишенное всякого смысла и внятной связи с реальностью. В философии экзистенциализма понятие А. означает то, что не имеет и не может найти рационального объяснения.
Пьесы “Лысая певица” Э. Ионеско (1950) и “В ожидании Годо” С. Беккета (1953) ознаменовали рождение театра А. в качестве жанра или центральной темы. В драме А. обычно нет интриги и четко определенных персонажей, в ней царит случайность, а “фабула” строится исключительно вокруг проблемы коммуникации. Здесь можно выделить несколько типов А.: нигилистический А., не содержащий даже минимальных сведений о мировоззрении и филос. импликациях текста и игры; А. как структурный принцип отражения всеобщего хаоса, распада языка и отсутствия связного образа человечества; сатирический А., используемый в отдельных формулировках и интриге и достаточно реалистично описывающий мир.

Источник: Философия: энциклопедический словарь

АБСУРД
от лат. ad absurdum, что означает буквально "исходящее от глухого", т. е. разговор невпопад) - бессмыслица, нелепость. По-видимому, первоначально это понятие фиксировало ситуации рассогласованности в речи и поступках, а затем перешло в математику и логику и стало обозначать рассогласованность (расхождение) каких-либо рассуждений (действий) с результатами, выводами. Совершенно иной статус приобрело понятие А. в философии и культуре второй половины XIX - начала XX в. В философии экзистенциализма, начиная с С. Кьеркегора, а затем у М. Хайдеггера, Ж. П. Сартра, А. Камю и др., оно используется для характеристики человеческого существования в условиях смыслоутраты, связанной с отчуждением личности от общества, от истории, от себя самой. Теперь А. становится обозначением изначального, неустранимого, трагического разлада человека с миром. Человек как мыслящее, переживающее существо жаждет единства, "согласия" с миром, но мир не откликается на его "зов", потому что он лишен "смысла": он равнодушен и даже враждебен человеку.
Экзистенциалисты неоднократно описывали и анализировали "абсурдное сознание", т. е. переживание, осознавание человеком своего разлада с миром. Особенно часто использовал это понятие А. Камю, посвятивший этой проблеме одно из своих главных произведений - "Миф о Сизифе", - имеющее подзаголовок: "Эссе об абсурде". "Абсурд, - пишет Камю, - идет столько же от человека, сколько от мира. Теперь он - единственная связь, которая их объединяет" (Камю А. Бунтующий человек. М.: Политиздат, 1990, с. 34). В интерпретации А. Камю "сизифов труд" - это "удел" современного человека, втянутого в "механизм" привычной однообразной жизни, в которой бесполезно искать какой-либо смысл. "Вкатывая свой камень" на вершину горы. Сизиф, как и современный человек, обнаруживает всякий раз тщетность собственных усилий. Но "стоит ли тогда жизнь того, чтобы быть прожитой"? - размышляет Камю. Он утверждает: покончить с жизнью, убить себя - это значит признать свое поражение, признать, что "жизнь превзошла или ты ее не понимаешь". Но как же жить человеку, человеческой мысли в этих "стенах абсурда"? Выход - один: не прятаться от правды, но трезво "взглянуть в глаза абсурду" и противостоять ему тем, что выстроить собственный "смысл", который ничто не могло бы поколебать (Камю А. Бунтующий человек, с. 90 - 92).
Как полагают экзистенциалисты, А. проявляется не только в жизненных ситуациях, заставляющих человека пережить разлад с миром, но и в тщетности усилий познать его. Разум, наука бессильны перед неподатливостью, непостижимостью мира: человек может тешить себя иллюзиями по поводу обладания истиной, но на самом деле ему доступна не истина, а некий образ, метафора, скрывающая подлинную сущность мира. Еще меньше способна наука понять человека, его жизнь. Не наука, а литература и искусство, а также непосредственное переживание способны "схватить" живую, трепетную ткань человеческого существования.
Понятие А. выступает в философской мысли XX в. как антипод понятия разума. Вера в "разумность" человека, согласующуюся со "всеобщим разумом", стала основанием социального оптимизма XVII - XVIII вв. В XX в., когда человечество получило опыт мировых войн, тоталитарных режимов и пр., вера в "разумность" происходящего, в "прямолинейный" исторический прогресс была подорвана, и философия экзистенциализма выступила с критикой рационализма как миропонимания. Тема абсурдности бытия, утраты смысла жизни неоднократно была предметом внимания не только философии, но также литературы и искусства XX в. Речь идет не только об экзистенциалистах, многие из которых совмещали в себе философа и писателя (Г. Марсель, А. Камю и др.), но и о творчестве таких художников, как У. Фолкнер, С. Беккет, Э. Ионеско, X. Кортасар, X. Борхес, П. Пикассо, С. Дали и др.
Р. Р. Москвина

Источник: Современный философский словарь

Абсурд
от лат. absurdus — нелепый, несообразный, бессмысленный) Одна из значимых категорий неклассической эстетики XX в., ПОСТ-культуры (см.: ПОСТ) в целом, описывающая круг явлений современного искусства и культуры, не поддающихся формально-логической интерпретации, вербальной формализации и часто сознательно сконструированных на принципах алогизма, парадокса, нонсенса. Принцип А , как формально-логического парадокса (антиномии, нонсенса), привлекаемого для обозначения на формально-логическом уровне феноменов, принципиально невыражаемых вер-бально, и, прежде всего, сферы божественного, изначально являлся базовым принципом христианской культуры, введенным ранними отцами Церкви и затем постепенно забытым (недопонятым) в западноевропейской культуре со времен схоластики. Между тем его суть уже на рубеже II-III вв была афористически сформулирована Тертуллианом: credo quia absurdum — «верую, потому что несуразно» В то, что логично, не надо верить, ибо это предмет обыденного (сугубо человеческого, разумного) знания. Веровать можно только в то, что не доступно пониманию разумом, представляется ему А.; как то: Всемогущий Бог рождается от обычной земной девы; дева рождает без мужского семени и остается девственницей после родов; Всемогущий и Всеобъемлющий Владыка распинается на кресте и умирает как обычный разбойник мученической смертью и т. д. Или (из догматики христиан): Бог един и троичен; ипостаси Троицы и две природы в Христе «неслитно соединены» и «нераздельно разделяются». Все это принципиально недоступно пониманию человеческим разумом; для него это — absurdum; и именно поэтому в это можно и должно только верить. В течение всей двухтысячелетней истории христианской культуры А. был признан на уровне сакральных формул в качестве наиболее адекватной формы обозначения умонепостигаемого сущностного смысла Бога и божественной сферы бытия. На профанном уровне принципы А. присущи фольклору, праздничным обрядам, смеховой культуре многих народов и берут свое начало в каких-то глубинных архетипах культуры, явно восходящих к сакральным сферам. Абсурдные, алогичные конструкции, формулы и формулировки характерны для многих восточных религий, духовных движений, культур. Евро-американскому сознанию последнего времени наиболее широко они стали известны в дзэн-буддийской интерпретации. Таким образом, в культурах прошлого принцип А. был связан в основном с культово-сакральными сферами и, отчасти, с фольклорно-смеховой народной культурой. Новоевропейская секуляризованная культура взяла ориентацию на разум, логику, рассудочное непротиворечивое мышление, понимание, познание и на ми-метически-идеализаторский принцип в искусстве, основанный на внешних причинно-следственных связях. Укреплению этих тенденций способствовал и уровень новоевропейской науки. А. перешел в разряд негативных оценочных характеристик, как в гносеологии, так и в эстетике. Абсурдно значит неистинно, ложно, некрасиво, дурно. А. противоречил «трем китам» новоевропейской аксиологии — истине, добру и красоте — и на этой основе выносился за рамки «культурной» ойкумены. Начавшийся с Ницше и французских символистов (см.: символизм) процесс «переоценки всех ценностей» привел уже в начале XX в. к восстановлению прав А. в культуре. Уже во многих направлениях авангарда А. воспринимается не как нечто негативное, не как отсутствие смысла, но как значимое иного, чем формально-позитивистски-материалистическая логика, уровня. А., алогизм, парадоксальность, бессмыслица, беспредметное, нефигуративное, заумь и т. п. понятия привлекаются для обозначения творчески насыщенного потенциального хаоса бытия, который чреват множеством смыслов, всеми смыслами; для описания в сфере творчества того, что составляет его глубинные основы и не поддается описанию на формально-логическом уровне; в продвинутых современных философских концепциях А. часто осмысливается как обозначение избыточности смыслов. Из сакрально-культовой сферы традиционных культур А. в ПОСТ-культуре перемещается в сферу эстетики или пост-философии арт-практик. В самих этих практиках авангарда (см. также: Дадаизм, Футуризм, Сюрреализм, ОБЭРИУ-ты), модернизма (см.: Абсурда театр, Экзистенциализм, Поток сознания), постмодернизма абсурдное занимает одно из существенных, если не главное, мест. Основной смысл активного обращения ПОСТ-культуры к А. заключается в расшатывании, разрушении традиционных (ставших в XX в. обыденно-обывательскими) представлений о разуме, рассудке, логике, порядке как о незыблемых столпах человеческого бытия; в попытке путем эпатажа или шока активизировать человеческое сознание и творческий потенциал на поиски каких-то принципиально иных парадигм бытия, мышления, художественно-эстетического выражения, адекватных современному этапу космо-этно-цивилизационного процесса. В. Б.

Источник: Художественно-эстетическая культура XX века

Абсурд
понятие, показывающее, что мир выходит за пределы нашего представления о нем; этимологически восходит к латинскому слову absurdus — неблагозвучный, несообразный, нелепый, от surdus — глухой, тайный, неявный; наиболее важными пограничными значениями слова “А.” представляются глухой (как неслышимый), неявный и нелепый: А. в данном случае воспринимается не как отсутствие смысла, а как смысл, к-рый неслышим. Понятие А. тесно связано с рационалистич. логикой. В характерной для неорационализма статье М. Стафецкой “Феноменология А.” А. определяется как “ловушка, в к-рую попадает сознание”, как “плата за ослепление доказательной мощью понятия”. Для рационалистов А. — бездна, отделяющая правильный, разумный мир сознания от беспорядочной гармонии хаоса, со всех сторон продуваемой ветрами смыслов. А. — неявен, он одновременно имеет и не имеет место, т.е. находится в и вне нашего мира. Поэтому абсурдное для нашего мира в другом мире может восприниматься как имеющее умопостигаемый смысл. “А. — граница формализованного мышления, без к-рой оно не может функционировать” (Г. Померанц). Переходя эту границу, формализованный разум может достигать качественно нового уровня (напр., алгебра Буля, геометрия Лобачевского, физика Эйнштейна и Бора). Абсурдное мышление выступает в качестве импульса к образованию иного мира, одновременно расширяя иррац. основу мысли; а сам А. обретает смысл, к-рый может быть высказан и понят. В рус. языке есть слово, семантически вбирающее в себя понятия А. и нонсенса — бессмыслица. Нонсенс и бессмыслица во многом имеют сходные значения: нонсенс — не простое отсутствие смысла, а скорее активная невозможность существования смысла; бессмыслица — проистекающая из этого невозможность проявления действий субъектом, этого смысла лишенным. Одна из наиболее значит. теорий бессмыслицы была разработана в кружке “чинарей” (А. Введенский, Я. Друскин, Л. Липавский, В. Олейников, Д. Хармс). Этот кружок, существовавший в 20-30-е гг., — попытка художественно-филос. развития и преодоления традиции рус. Авангарда. Своеобразным манифестом “чинарей” можно считать строки А. Введенского “Горит бессмыслицы звезда, она одна без дна...” Исходя из тезиса о текучести мысли и языка, у “чинарей” можно различить два вида бессмыслицы. Первый — бессмыслица речи, в к-рой слова вводятся в непривычный для них контекст, что приводит к “столкновению смыслов” в тексте и языке. Через разрушение ассоциативных и логич. связей “чинари” создавали свой язык, в к-ром даже отд. слово могло быть переполненной смыслами герметической метафорой. Второй вид бессмыслицы можно назвать онтологическим. Возможно, это было самое близкое соприкосновение (а не заимствование!) рос. филос. традиции с франц. экзистенциализмом. В отличие от экзистенциалистов, считавших, что нонсенс просто противоположен смыслу, Делез пишет: “Нонсенс — то, что не имеет смысла, но также и то, что противоположно отсутствию последнего, что само по себе дарует смысл...” Делез отмечает, что в Структурализме смысл не является целью (а иногда и ценностью). “Смысла всегда слишком много, это избыток, производимый нонсенсом как недостатком самого себя”. Однако существует и другая традиция истолкования смысла, традиция, в к-рой “смысл должен быть найден, но не может быть создан”. Это “смыслоцентрич.” традиция находит свое выражение и в европ. рационалистич. философии 18-19 вв., и в экзистенциализме, и в других течениях гуманитарной мысли Запада. В “гуманистич. психологии” смысл существует и как условие человеч. существования, и как смысл конкр. ситуации. Это проявляется и тогда, когда речь идет о смысле жизни человека, о конкр. ситуации в бытии или о слове в тексте. Но, говоря об интерпретации слова (самого по себе или в контексте), мы сталкиваемся с двумя понятиями — смысл и значение, — разграничение областей действия к-рых составляет одну из важнейших проблем совр. герменевтики и деконструктивизма (см. Герменевтика). Деррида понимает значение текста как навязывание этого значения читателем, “вкладывание” его в текст, якобы этого смысла не имеющий. Он исходит из того, что слово и обозначаемое им понятие никогда не могут быть одним и тем же. Э. Хирш разделяет данные понятия; для него смысл (meaning) — первонач. смысл, получаемый читателем при восприятии текста, а значение (significance) возникает в рез-те соотнесения первонач. смысла с контекстом внутр. мира интерпретатора. Существуют и другие трактовки значения и смысла, но все они выводят нас на глобальную проблему понимания (см. Понимание). Лит.: Введенский А. Полн. собр. соч. в 2-х тт. М., 1993; Друскин Я.С. Видение невидения. СПб., 1995; Неретина С. Верующий разум. Архангельск, 1995; Померанц Г. Язык абсурда // Померанц Г. Выход из транса. М., 1995; Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990; Стафецкая М. Феноменология абсурда// Мысль изреченная. М., 1991; Барт Р. Избр. работы: Семиотика, поэтика. М., 1994; Делез Ж. Логика смысла. М., 1995; Hirsch E.D. The Aims of Interpretation. Chi.; L., 1976. А. Г. Трифонов. Культурология ХХ век. Энциклопедия. М.1996

Источник: Большой толковый словарь по культурологии

Абсурд
Не отсутствие смысла. Например, слово «затмение» ничего не означает, но ничего абсурдного в нем нет. И наоборот, то или иное высказывание может быть абсурдным лишь при условии, что оно что‑то означает. Воспользуемся несколькими традиционными примерами. «На горе без долин, возле квадратного круга, бурно спали бесцветные зеленые мысли». Разве можно сказать, что это высказывание ничего не значит? Нет, потому что мы понимаем: в этих словах есть нечто не поддающееся осмыслению, нечто такое, что совершенно невозможно себе представить. Поэтому будем считать это высказывание абсурдным, в отличие от такого, например, с позволения сказать, высказывания: «Глокая куздра штеко будланула бокра» (9). Абсурд есть скорее нелепость, чем отсутствие точного значения. Не отсутствие смысла, а его инверсия, самоотрицание, саморазрушение, своего рода внутренний взрыв. Абсурдно то, что противоречит здравому смыслу или расхожей истине, т. е. противно тривиальному разуму, логике или человечности. В этом – одна из причин того, что абсурд породил весьма своеобразную поэзию сюрреализма, одно время, несмотря на свой бредовый, с явной сумасшедшинкой характер, чаровавшую многих и многих. Тем же самым объясняется, почему абсурд играет главную роль в юморе особого рода, прискучившем незначительностью. Возьмем для примера такие фигуры, как Вуди Аллен (10) и Пьер Дак (11). То, что они говорят, не бессмыслица, а выражение парадоксального, внутренне противоречивого смысла, который невозможно полностью осмыслить и принять. «Вечность, – утверждает, например, Вуди Аллен, – это очень долго, особенно к концу». Притом, что как раз конца‑то у вечности нет и быть не может. Или такое заявление Пьера Дака: «Есть три вечных вопроса, ответа на которые никто не знает. Кто мы? Откуда мы? Куда мы идем? Что касается лично меня, то я всегда отвечаю на них так: “Я это я, я пришел из дома и сейчас возвращаюсь туда же”». Разве он ответил на «проклятые» вопросы? Вроде бы ответил, но… совершенно выхолостив их смысл. Абсурд не всегда сводим к юмору и далеко не всегда смешон, да и не всякий юмор построен на абсурде. Общее в абсурде и юморе – отрицание здравого смысла, трезвой рассудительности. И выглядит это порой смешно, а порой и страшно.
Абсурден ли мир? Он был бы абсурден, если бы имел смысл, отличный от нашего. Абсурд, считал Камю, рождается из сравнения двух и больше не сравнимых, взаимоотрицающих, антиномичных или противоречащих друг другу понятий, и «чем шире разрыв между членами сравнения, тем выше степень абсурда». И Камю приводит такой пример: «Если я вижу, как солдат с одной саблей или шашкой бросается на пулеметы, я скажу, что его действия абсурдны. Но они абсурдны лишь в силу диспропорции между его намерением и тем, что ждет его в реальности, абсурдны в силу очевидного противоречия между его реальными силами и поставленной им перед собой целью». Не существует абсурда как такового, абсурда в себе, т. е. абсолютного абсурда. «Абсурд по сути своей есть разлад. Ни в одном, ни в другом из сравниваемых элементов ничего абсурдного нет. Он рождается от их столкновения». Так что мир не абсурден. Как объясняет «Миф о Сизифе», абсурд заключается в «конфронтации человеческого зова и безмозглого молчания мира». Мир не имеет смысла, но это делает его абсурдным лишь для нас, ищущих смысл. Поэтому абсурд это «пункт отправления», а вовсе не «пункт прибытия». Для того, кто сумеет принять этот мир с его молчанием и безразличием, в его простой и чистой реальности, он перестанет быть абсурдным. Но не потому, что в нем отыщется какой‑то смысл, а потому что отсутствие в нем смысла перестанет ощущаться как нехватка. В этом высшая мудрость повести Камю «Посторонний»: «Лишенный надежды, стоял я среди ночи, полной знаков и звезд, впервые открываясь нежному безразличию мира. Ощущая его таким по‑братски похожим на меня, я наконец‑то почувствовал, как счастлив был раньше, как счастлив теперь…» Трудно лучше объяснить, что такое абсурд. Не отсутствие смысла, но крушение смысла, его нехватка. Тогда мудрость – это полное приятие, и не смысла, а своего присутствия в мире.
Абсурдна ли жизнь? Абсурдна, если искать в ней смысл, способный существовать лишь вне ее (смысл – отсутствие). Что означает вне жизни? Смерть. «Искать смысл жизни, – говорит Франсуа Жорж (12), – значит противоречить самой жизни». Действительно, это значит любить жизнь не ради самой жизни, а ради чего‑то другого – некоего смысла жизни, тогда как, напротив, смысл жизни и предполагает жизнь. Если «жизнь должна быть самоцелью, – писал Монтень, – значит, понятия абсурда и осмысленности к ней не приложимы». Жизнь просто реальна, и в этой ее реальности – главное чудо. И она прекрасна – надо только любить ее.
Вот это‑то и есть самое трудное: не биться над пониманием жизни как над решением трудной загадки, а принимать ее такой, какая она есть, – хрупкой и недолговечной, и принимать по возможности с радостью. Мудрость трагична, если это мудрость не смысла, а истины, не толкования, а любви и мужества.
Суть всего этого выразил Артюр Адамов (13): «Жизнь не абсурдна. Просто она трудная штука. Очень трудная».

Источник: Философский словарь.

АБСУРД
от лат. absurdus—нелепый)—граница, изнанка, оборотная сторона смысла, его превращенная форма. Попытка дать категориальное определение абсурда невыполнима и сама по себе абсурдна, поскольку абсурд не улавливается в сети ни здравого смысла, ни понятий рассудка, ни идей разума. Абсурд парадоксален. Рассудок в своем дискурсивном движении наталкивается на контрсмыслы, которые поначалу воспринимаются как абсурд, как нечто немыслимое, а затем, включаясь в логику рассуждения, расширяют границы знания и становятся «здравым смыслом». Разум как рефлексия оснований дискурса представлен в антиномиях и парадоксах, формируя как абсурд то, что или составляет альтернативу принятого смысла (контрсмысл), или находится по ту сторону смысла (бессмысленность). История человеческой мысли может быть рассмотрена как развертывание различных пониманий смысла и соответственно разных трактовок абсурда. Происходит как бы новое переопределение не только смысла, но и абсурда, новая демаркация границ между смыслом и абсурдом: от трактовки абсурда как беспредметного слова и высказывания, не имеющего референта, к пониманию абсурда как нарушения законов логики и, наконец, к интерпретации абсурда как того, что невозможно помыслить, что лежит за границами понимания и объективно-идеального мира смыслов, выявленного в человеческих дискурсах и в принципе возможного. Расширение поля смыслов ведет к переосмыслению абсурда, к очерчиванию его новых границ. Вместе с тем абсурд входит в саму структуру логических процедур доказательства, поскольку косвенное доказательство (см. Доказательство косвенное), или доказательство от противного, не может быть осуществлено без обращения к абсурду. Однако в логике и гносеологии проблема абсурдности выражений и абсурда как возможных пределов смысла, как столкновения смысла и бессмыслицы разработана слабо.
Для античной философии материальный феноменальный мир текуч, изменчив, как изменчивы мнения о нем, однако он умопостигаем, коль скоро в нем можно выявить инвариантные структуры (эйдосы, числа, формы, атомы). Логика осмысленного рассуждения—логика, подчиняющаяся законам тождества и непротиворечия. Абсурд связан с «беспредметными именами», т. е. словами, не соотносящимися с реальным предметом, с нарушением законов логики, с логическими ошибками, с неоправданным смешением категорий или с их подменой, даже с логически правильным рассуждением, если оно строится на неверных или ограниченных посылках. Так, пифагорейцы, столкнувшись с проблемой несоизмеримости и тем самым с иррациональными числами при соблюдении логически правильного геометрического доказательства, объявили саму проблему сакральной тайной. Область существования, оказавшись иррациональной, опрокинула образцы умопостигаемости, которые они усматривали в числе и числовых соотношениях. Позднее те ограничения, которые принимались в античной математике в качестве ее Оснований, были сняты, понимание числа было расширено и в него были включены иррациональные числа. То, что считалось нелепостью, иррациональностью, нарушением канонов логики, оказалось тем, что имеет вполне рациональный смысл, хотя сохранилось обозначение этих чисел как иррациональных.
Проблема абсурда возникла прежде всего при разграничении истинных и ложных рассуждений, которое было столь важно для практики риторического и судебного дискурсов. Для античной философии абсурд—это симптом и предвестник ложности рассуждения: истинность—воплощение смысла, -а ложность — бессмыслицы. Античная мысль широко использовала обращение к абсурду как к контрсмыслу в доказательстве от противного. При этом истинность и ложность приобретали у досократиков онтологический смысл, будучи соотнесены с бытием и небьггием. Элеаты, подчеркивавшие значение принципа непротиворечия (вспомним максиму Антисфена: «невозможно противоречить»), считали, что предмет допускает лишь одно определение, противоречивые суждения о нем в принципе немыслимы и беспредметные высказывания — это абсурд. Но обсуждение проблемы абсурда не ограничилось лишь этой формой абсурда. Софисты, занимаясь прежде всего риторической практикой, стремились выявить противоречия в рассуждениях, допускали равнозначность истинных и ложных суждений. Отрицая значимость принципа непротиворечия, они проводили мысль о том, что одно и то же рассуждение может быть и истинным, и ложным. Софистика имела дело прежде всего с риторическим дискурсом, хотя и логический дискурс обязан софистам разработкой процедуры косвенного (апогогического) доказательства, основанного на приведении к абсурду. В этом доказательстве положение А доказывается опровержением противоположного (не-А) с помощью вывода из него невозможного, абсурдного следствия. Столкновение с абсурдом оказывается свидетельством истинности доказываемого, исходного положения. Здесь уже абсурд—это контрсмысл, включаемый в саму ткань косвенного доказательства. В зарождении и утверждении апогогического доказательства и редукции к абсурду в качестве научного метода большое значение имело расширение дискурсивной практики, включение в нее тех форм, которые развивались вне науки и ранее не включались в сферу философского анализа: доказательство от противного и сведение к абсурду широко использовались в судебной практике (см., напр.: Лисий. Речи. М., 1933, с. 34—35) и риторике софистов и скептиков. Апогогическое доказательство, возникшее у элеатов и Платона, ставшее у софистов способом доказательства чего угодно, не без сопротивления было включено в состав нормальных процедур доказательства. И все же именно потому, что оно всегда сталкивается с абсурдом, с невозможным, вводит в структуру рассуждения абсурд, оно оценивалось ниже, чем прямое доказательство. Аристотель, хотя и признает значение косвенного доказательства, все же приоритет отдает прямому доказательству. Скептики использовали косвенное доказательство и сведение к абсурду в целях доказательства невозможности ни обоснования, ни существования научного знания. И все же редукция к абсурду и доказательство от противного вошли в состав научных методов доказательства. Евклид широко использовал метод косвенного доказательства и сведение к абсурду. Существует (согласно Д. Д. Мордухай-Болтовскому) три типа апогогических доказательств у Евклида и соответственно три рода абсурда, связанные с противоречием 1) с уже признанной аксиомой или уже доказанным положением, 2) с условием теоремы, 3) со сделанным предположением. Неявно косвенное доказательство предполагает применение принципа исключенного третьего. Доказательство от противного и редукция к абсурду сыграли большую роль в утверждении методов исчерпывания (Архимед, Евдокс).
В средневековой философии абсурдность, противоречивость и парадоксальность рациональных рассуждений преодолевались актом веры (можно напомнить приписываемый Тертуллиану афоризм: «Верую, потому что абсурдно», хотя вера для него изначальна и не связана с выходом из парадокса). Человеческое познание, если оно не основано на откровении и авторитете, всегда правдоподобно, условно и модально. Человеческое рассуждение может привести и приводит к абсурду и противоречивым высказываниям, но усилия человеческого ума не тщетны, а весьма значимы, коль скоро очерчивают и расширяют область познанного и познаваемого. Вера—это акт, преодолевающий ограниченность и противоречивость человеческого ума, но она нуждается в рациональном дискурсе и предполагает его. Вера сама парадоксальна, коль скоро предполагает существование квазипредметности символа, имеющего двоякую направленность на сакральное и одновременно на мирское (см. Эквивокацш), обращается к мифологемам (событиям, существующим вне времени и не локализуемым в пространстве—распятие, преображение и др.). Ансельм Кентерберийский, обсуждая вопрос о том, как можно рассуждать о неизреченном, обращает внимание на то, что человеческое познание, использующее чувственные знаки, существует в трех формах: 1) обозначение именем, которое воспринимается чувственным образом, 2) представление об имени, существующее внутри нас иечувственным образом, 3) созерцание вещи при посредстве телесного образа, создаваемого воображением, или через понимание смысла, ее всеобщей сущности. Уже в том, что используются косвенные обозначения «через иное», «через какое-нибудь подобие или образ» (Ансельм Кентерберийский. Соч. М., 1995, с. 119), заключена возможность заблуждения и невозможного противоречия, которое обнаруживается в рассуждении и сталкивается с необъяснимой, непроницаемой, непостижимой тайной (там же, с. 51,109). Аисельм различает собственное и косвенное значение слова, не отождествляя референт со значением слова: референт относится к объекту речи, референтное значение—к речи. Поэтому название вещи для него тождественно слову, употребленному в речи. Петр Абеляр, проводя различие между чувственным образом вещи и понятием о ней, видит в понятии деятельность души, результат акта понимания. Рассудок создает вымышленную, воображаемую реальность, но нельзя уподоблять понятие чувственному образу вещи. По Абеляру, существуют три вида значений: 1) интеллектуальное, конституируемое умом; 2) воображаемое, созданное воображением; 3) реальное, которое играет решающую роль в различении содержательных и пустых понятий. В споре об универсалиях, противоборстве реализма, номинализма и концептуализма по-разному трактовалась область смысла и соответственно бессмысленного. При обсуждении смысла предложения Абеляр обращает внимание на то, что его значение не может быть выражено некоей внешней вещью и мыслительным актом, а представляет собой статус некоей квазивещи—объективированного представления, данного в речи и соотносимого с реальным, возможным и невозможным положением вещей.
В новоевропейской философии приоритет отдавался рациональному дискурсу и его регулятивам. Абсурд выносился за границы интеллекта и объяснялся деятельностью фантазии. С этим связано разграничение Декартом и Спинозой воображения и интеллекта. Интеллект создает абсурдные, но осмысленные выражения, не соотносимце с предметами. Свет разума проникает повсюду, не оставляя места для всего неясного, темного, смутного. Поскольку среди процедур доказательства приоритет отдавался прямому доказательству, сведение к абсурду и доказательство от противного оцениваются весьма низко. Так, А. Арно и П. Николь, противопоставляя доказательства через начала вещи и через какую-либо нелепость, считают, что сведение к абсурду и косвенные доказательства «могут убедить ум, но отнюдь не просвещают его». «Мы не угверждаем, что подобные доказательства надо отвергнуть», но они представляют собой «скорее разъяснение, чем новое доказательство», разъяснение существования вещи, а не объяснение его причин (Арно А., Николь П. Логика, или искусство мыслить. М., 1997, с. 266). В философии французского и немецкого романтизма в противовес панлогизму Фихте и Гегеля, попытавшихся включить противоречие, ранее оценивавшееся как абсурд, в структуру спекулятивно-диалектического умозаключения, вводилось иррациональное начало, неподвластное разуму (учение о сигнатурах и иероглифичности бытия в «магическом идеализме» Новалиса, мысли Шеллинга о «темном основании», коренящемся в бессознательности бога и души, в мифе, о «безосновном», о «бездне» неразличенности и исчезновении всех противоположностей как первоначале всего сущего).
В логике и гносеологии 2-й пол. 19—нач. 20 в. (X. Зигварт, Дж. С. Милль) обсуждается проблема «предметности» и «беспредметности» логических актов, причем проводится различие между абсурдом как отсутствием значения и абсурдом как беспредметностью. По Зигварту, абсурдные выражения (напр., «круглый квадрат») не имеют смысла и не соотносятся с какими-либо предметами, это не понятия, а лишь слова, которые подлежат устранению из науки. Однако вместе с этими словами из научного знания элиминируются не только собственно абсурдные выражения, но и опосредованно абсурдные, полученные с помощью процедуры косвенного доказательства. Милль проводит различие между соозначающими и не-соозначающими (именами собственными) словами: первые имеют значение, вторые — нет, но имеют референт. Ф. Брентано и А. Мейнонг проводят различие между объектами и чистыми предметами, с которыми имеют дело первичные акты переживания— представление, мышление, чувство и желание. Г. Фреге проводит различие между значением и смыслом. Таким образом, логическая структура смысла дифференцируется — проводятся тонкие дистинкции между уровнями предметности, с которыми соотносятся осмысленные высказывания, вычленяются и различные уровни смысла. Э. Гуссерль в «Логических исследованиях», обсуждая проблему осмысленных и бессмысленных выражений, принимает различение идеальной предметности и предметов, с которым соотносится знак, но исходит из интенциональности актов, придающих значение выражению, и проводит дальнейшее различение между самим выражением, интенцией значения и осуществлением полноты значения. Обычно истоки абсурда и бессмысленности выражений объяснялись образами фантазии, соединенной с интеллектом. Подобное объяснение для Гуссерля неприемлемо, поскольку для него акт понимания смысла осуществляется без созерцания. Бессмысленность, нелепость, абсурдность выражений связываются с объективно несовместимым.
В логике и гносеологии 20 в., в частности в программе верчфчкационизма, проводилось различие между объектным языком и метаязыком, между протокольными и бессмысленными предложениями (к последним относились суждения метафизики), вводился критерий проверяемости для определения осмысленности высказываний. Цель программы верификационизма—элиминировать из языка науки бессмысленные высказывания, построить искусственный однозначный язык, лишенный бессмысленных выражений. Эту радикальную программу осуществить не удалось. В естественном языке возможны абсурдные, бессмысленные сочетания слов, что свидетельствует об его несовершенстве с логической точки зрения. В последующем (прежде всего в аналитике естественного языка у Л. Витгенштейна) значение выражения было отождествлено с его употреблением в языке. Причем различалось строгое и нестрогое (метафизическое) употребление выражений, проводился анализ интенсиональных и экстенсиональных контекстов. Абсурд связывается с различными типами парадоксов. Критика К. Поппером верификационизма разрушила прежние логико-гносеологические дистинкции и задала в программе фальсификационизма новый ориентир в демаркации между имеющими смысл и бессмысленными высказываниями. В современной постмодернистской философии осознается, что абсурд нельзя отождествить ни с беспредметностью, ни с ложностью высказывания, что разграничение смысла и нонсенса невозможно обосновать с помощью различения истины и лжи, наоборот, истинность предположения «измеряется именно смыслом, ложность же связана с воплощенной бессмыслицей» (Делез Ж. Различие и повторение. М., 1998, с. 192). Ж. Делез, обсуждая проблему абсурда, возникающую в логике, проводит различие между двумя фигурами нонсенса и соответственно между двумя формами абсурда. Невозможные объекты (квадратный круг, материал без протяженности) не принадлежат ни к реальному, ни к возможному бытию, а относятся к сверх-существующему, где не действует принцип непротиворечия (Делез Ж. Логика смысла. М., 1998, с. 58, 100). Для Делеза абсурд, бессмыслица является «как бы секретом смысла», а механизм абсурда—высшей целью смысла. Тем самым более фундаментальными структурами по сравнению с истиной и ложностью оказываются смысл и бессмыслица.
Поворот логики и гносеологии к проблеме осмысленности выражений, к трактовке абсурда как способа прояснения смысла связан с отказом от прежних оппозиций (таких, как «язык-мышление», «слово-понятие», «знак-значение») и с введением новых, более дифференцированных оппозиций (таких, как денотат и значение, значение и смысл, язык и речь, экстенсиональный и интенсиональный контексты, концепт и понятие), различных уровней предметности—от интенционального значения до идеальной предметности. При всех постоянно усложняющихся процедурах выявления смысла проблема абсурда рассматривалась логиками лишь в контексте осмысленности высказываний (нередко сужающегося до анализа его предметных референтов и трактовки абсурда как беспредметности), но не в качестве потаенного механизма, позволяющего понять, что же такое смысл.
В 20 в. стало ясно, что логико-гносеологический аспект абсурда—это важный (коль скоро на нем основываются все процедуры доказательства от противного и сведения к абсурду, используемые в математике и в научном знании), но далеко не единственный аспект проблематики абсурда. Сфера дискурса, обращающегося к абсурду, существенно расширилась: появились не только новые формы речевого дискурса (прежде всего практика психоаналитической терапии, осуществляющейся в диалоге «врач—пациент»), но и новые формы художественных практик, непосредственно обращавшихся к абсурду как к своему регулятиву. После беспредметной живописи возникли сюрреалистическое искусство (С. Дали, Магритг), театр абсурда, поэзия абсурда, абсурдистское кино, абсурдистская литература (творчество А. Бретона, Ф. Кафки, Г. Броха, А. Камю, С. Беккета, Э. Ионеско, обернуты и др.). Абсурдистская художественная практика в противовес эстетическим канонам рационализма (от картезианского классицизма до натуралистического реализма) с самого начала отвергла средства логики (такие, как абстрактные понятия), считая их чем-то искусственным, не принимала соотносимость слова даже с образом и интенциональным смыслом, отрицала взаимоинтенциональность диалога, превращая его в соединение внутренне замкнутых монологов; обращалась к символизму теургии и мистериям гностицизма, осуществляла «инсталляцию» обычной вещи в необычные контексты, позволяющую обнаружить новые, неожиданные горизонты смысла и увидеть за этим абсурдным на первый взгляд контекстом смысл самой вещи.
Те формы философствования, которые развивались еще в 19 в. и подчеркивали иррациональность жизни, ее изначальную стихийность, бессознательность и неподвластность рациональности (С. Кьеркегор, Ф. Ницше, А. Шопенгауэр, Э. фон Гартман), оказались востребованными в 20 в. В философии 20 в. абсурдность жизни трактуется как онтологический факт. Абсурд стал характеристикой бытия, а не просто некоторых форм суждений и высказываний. Перенос проблемы абсурда из логико-гносеологической плоскости в плоскость онтологии был осуществлен Л. Шестовым, А. Бергсоном, Г. Зиммелем, Т. Лессингом, а осмыслен как абсурд прежде всего А. Камю. В «Мифе о Сизифе» (носящем подзаголовок «Эссе об абсурде») Камю исходит из абсурдности существования, которая отнюдь не требует того, чтобы от нее бежали — к надежде или к самоубийству. Абсурд обнаруживает себя в скуке, в ощущении человеком чуждости мира, в отвращении, тревоге, потерянности, в анонимном существовании, в чувстве отчаяния. Камю подчеркивает, что абсурд—единственная данность (Камю А. Бунтующий человек. М., 1990, с. 40), что мир иррационален, а бунт против него столь же абсурден. Констатируя абсурдность и вместе с тем величие удела человека, Камю подчеркивает, что необходимо следовать не логике, а голосу совести, что уже осознание абсурдности жизни есть шаг на пути к построению собственного смысла. Если в «Мифе о Сизифе» Камю делал акцент на абсурдности бытия, то в «Бунтующем человеке» выявляет противоречивость абсурда, который ведет к отказу от выбора ценностей (жизнь же самоценна и заключается в непрерывном выборе ценностей), к молчанию, коль скоро речь «вносит связность в бессвязность», к тупику. Акцент смещается на бунт, который «порождается осознанием увиденной бессмысленности, осознанием непонятного и несправедливого удела человеческого» (там же, с. 124— 126). M. Хайдеггер, желая подчеркнуть неподвластность человеческого существования разуму, называет экзистенциалами априорные структуры существования, такие, как забота, страх, бытие-в-мире, настроенность и др. По К. Ясперсу, подчеркивавшему трагический разлад человека и мира, абсурд обнаруживается в пограничных ситуациях.
Лит.: Мордухай-Болтовский Д. Д. Ненатуральное и апогогическое доказательство в прошедшем и будущем.—В кн.: Философия. Психология. Математика М., 1998; Франкль В. Человек в поисках смысла. М., 1990; Неретина С. С. Верующий разум. Архангельск, 1995; Померанц Г. Язык абсурда.—В кн.: Он же. Выход из транса. М., 1995; Стафецкая М. Феноменология абсурда.—В кн.: Мысль изреченная. М., 1991; Шестов Л. Sola Fide.—В кн.: Только верою. Париж, 1966; Lessing Th. Geschichte als Sinngebung des Sinnlosen. Lpz., 1919; Husserl E. Logische Unterschungen, Bd. 1—2. 1928; Grahay F. Le Formalisme logico-mathematique et probleme du nonsense. P.,1957.
A. П. Огурцов

Источник: Новая философская энциклопедия



Найдено схем по теме — 1

Найдено научных статей по теме — 15

Читать PDF
335.70 кб

Исследование фона: абсурд как средство выражения смысла

Лапатин Вадим Альбертович
В статье рассматривается проблема языкового абсурда в контексте аналитической философии. Для последней характерно притязание исключить из научного языка абсурдность и двусмысленность.
Читать PDF
106.28 кб

Абсурд как эстетический экзистенциал субъекта постмодерна

Воротилин Александр Григорьевич
Статья посвящена рассмотрению функционально-онтологических аспектов феномена абсурда в новейшей философской традиции.
Читать PDF
493.29 кб

Абсурд в гламурных практиках социального

Яковлева Елена Людвиговна
Объектом исследования стали практики гламурного социального, приобретающие сегодня абсурдный модус. Сама идеология гламура, базирующаяся на вечности красоты, молодости и богатства в пределах человеческой жизни, абсурдна.
Читать PDF
75.65 кб

«Абсурд и вокруг»: построение типологической модели

Антонова Ирина Борисовна
В статье предпринята попытка теоретического осмысления абсурда как атрибутивной черты социально-политической действительности.
Читать PDF
178.62 кб

В поисках истины: философия «Абсурда и свободы» А. Камю

Спыну Лариса Михайловна
Статья посвящена философии свободы А. Камю. В ней рассматривается взаимосвязь абсурда и свободы как основных составляющих оптимистического стоицизма А. Камю.
Читать PDF
105.82 кб

Идея индивидуального бытия человека и проблема абсурда

Пучков Дмитрий Борисович
В статье выявляются две стратегии использования рациональности, приводящие к абсурду: конъюнктурное следование частным ситуациям и некритическое использование общих правил.
Читать PDF
174.64 кб

Онтологические основания абсурда в контексте экзистенциальной философии

Вдовиченко О. В.
На основании проведенного исследования подходов к категориальному обозначению абсурда, а также специфики экзистенциальной философии (работы Сартра, Камю) как «философии поиска» выявлены онтологические основания абсурда через пробл
Читать PDF
120.21 кб

Некоторые проблемы интерпретации художественного абсурда

Галушко Тамара Георгиевна
Основные понятия Ж.
Читать PDF
1.70 мб

Пространство абсурда: особенности коммуникации

Сорина Галина Вениаминовна
В представленной статье, с одной стороны, анализируются общеметодологические особенности интерпретации проблем пространства, с другой, исследуется специфика конкретного вида пространства: социального пространства.
Читать PDF
229.13 кб

Небессмысленность абсурда и ограниченность строгой мысли

Фатенков Алексей Николаевич
В статье эскизно представлена онтогносеологическая концепция, основу которой составляют тезисы о том, что мир изначально полон смысла, а абсурд появляется в мире вместе с появлением человека; абсурд есть не бессмыслица, а странное
Читать PDF
12.49 мб

Архитектура абсурда (формы, положения, соположения)

Федоров Виктор Владимирович, Левиков Александр Васильевич
Архитектура абсурда рассмотрена как фрагмент предметно-пространственной среды, лишенный смысла (в топологическом или темпоральном отношении) в восприятии индивида или коллективного субъекта.
Читать PDF
287.04 кб

Два подхода к феномену абсурда в отечественном философско-гуманитарном дискурсе

Лапатин Вадим Альбертович
В статье производится обзор актуальных отечественных исследований, посвященных проблеме абсурда. Выделяются две стратегии истолкования данного феномена: традиционная и современная.
Читать PDF
441.70 кб

Человек перед «Лицом» абсурда: проблема экзистенциального выбора в философии альбера Камю

Демидова С.А.
Статья посвящена актуальной на сегодняшний день проблеме экзистенциального выбора в литературно-философском творчестве А. Камю.
Читать PDF
79.54 кб

Логика абсурда в современной политике

Калмыков Александр Альбертович
Эстетика и логика абсурда начали разрабатываться на рубеже XIX и XX вв. Эти разработки в литературе носили характер эксперимента в целях поиска нового языка и стиля. Однако в XXI в.
Читать PDF
0.00 байт

О сущем и абсурде

Хазиев Валерий Семенович
Статья о современном содержании метафизики и онтологии. О специфике взаимосвязи категорий ‘сущее', ‘субстанция', ‘бытие', ‘небытие'.

Похожие термины:

  • Абсурд (Доказательство От Противного)

    Рассуждение, доказывающее истинность того или иного утверждения путем показа явной ложности по крайней мере одного из следствий противоположного утверждения. Чтобы доказать, что нечто есть «р»,
  • Абсурд (Сведение К Абсурду)

    Своего рода отрицательная разновидность доказательства от противного и одновременно его начало. Сведение к абсурду доказывает ложность утверждения путем демонстрации ложности по крайней мере о
  • АБСУРДА ИСКУССТВО

    от лат absurdus — нелепый) — одно из проявлений авангардизма, понятие, связанное с группой явлений в лит-ре (преимущественно драме) и театре на За паде 50—60-х гг XX в В основе мировоззрения абсурдистов —
  • Абсурда театр

    от лат. absurdus — нелепый, несообразный, бессмысленный) Направление в театральном искусстве, возникшее во Франции в начале 50-х гг. XX в. Его основоположниками были жившие во Франции румын Э.Ионеско и ир
  • АБСУРДИЗАЦИЯ

    от лат. absur-dus — нелепый) — худож. прием, позволяющий путем введения в худож. текст откровенной несуразности или доведения до абсурда какой-то частной детали вскрыть противоестественность (реакцио
  • А. Камю: Абсурдный человек

    "Что представляет собой абсурдный человек?" - это главный вопрос, от обсуждения которого зависит решение других проблем философии Камю. Абсурдный человек, пишет Камю, "ничего не предпринимает ради
  • АБСУРДНЫЙ

    от лат. absurdus фальшиво звучащий) - нелепый, бессмысленный, неразумный, противоречивый. Довести до абсурда (ad absurdum) означает доказать внутреннее противоречие утверждения. С 40-х годов понятие "абсурдны
  • ПРИВЕДЕНИЕ К АБСУРДУ, или: Редукция к абсурду, приведение к нелепости

    лат. reductio ad absurdum), - рассуждение, показывающее ошибочность какого-то положения путем выведения из него абсурда, т. е. противоречия. Если из высказывания А выводится как высказывание B, так и его отриц