ТАНАИМТанатос, Фанат

ТАНАТОЛОГИЯ

Найдено 5 определений термина ТАНАТОЛОГИЯ

Показать: [все] [краткое] [полное] [предметную область]

Автор: [отечественный] Время: [постсоветское] [современное]

Танатология

от греч. thanatos – смерть, logos – учение) – раздел медицины, изучающий причины, признаки и механизмы смерти, течение процесса умирания, изменения в тканях организма, связанные с умиранием и смертью, а также этические вопросы врачебного вмешательства в процессы умирания – оживление организма (реанимация) и облегчение предсмертных страданий больного (эвтаназия).

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Биомедицинская этика. Краткий словарь терминов

ТАНАТОЛОГИЯ

от греч. thдnatos смерть) - учение о смерти, ее причинах, механизмах и признаках. Важным вопросом танатологии является определение понятия смерти и в особенности изучение реакции умирающего человека, поскольку предполагается, что благодаря этому удастся разрешить проблему, как реагировать на приближение смерти. Учение получило развитие после публикаций нескольких посвященных ему книг (напр., "Значение смерти" под ред. Г. Фейфеля, "Психология смерти" Р. Кастенбаума и Р. Айзенберг). В целом психологи согласны с тем, что существуют две всеобъемлющие концепции смерти, помогающие понять одновременный процесс жизни и умирания. Концепция "твоя смерть - это не моя смерть" подчеркивает иррациональную веру в то, что хотя "твоя смерть" - непреложная реальность, в "моем случае" может иметь место исключение. Концепция "частичные смерти против полного исчезновения" основана на мнении, согласно которому, испытывая скорбь по умершим друзьям и близким, человек максимально приближается к пониманию "частичной смерти"; этот опыт формирует отношение человека к тяжким личным утратам и как к кульминации - самой окончательной потере, потере своей жизни.

В 1969 швейц. психиатр Элизабет Кюблер-Росс описала пять стадий отношения к смертельной болезни: отрицание, гнев, попытку торговаться, депрессию, принятие. Хотя большинство специалистов в области танатологии принимают это деление, однако отмечают, что стадии не наступают с предсказуемой регулярностью и в определенном порядке. Более того, они являются обычной реакцией на любую потерю, не только на смерть. Умирающий человек редко следует четкой, ясно идентифицируемой схеме реакций. У одних людей стадия принятия наступает сначала, сменяясь затем отрицанием; другие многократно переходят от стадии отрицания к стадии принятия.

К области танатологии также относятся и проблемы отношения к смерти, поведения, связанного со скорбью и трауром, моральные и этические проблемы эвтаназии, пересадки органов, поддержания жизни, проблемы облегчения предсмертных страданий больного.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философский энциклопедический словарь

ТАНАТОЛОГИЯ

- филос. опыт описания феномена смерти. Статус специфич. проблемы смерть получает с 18 в., в соч. Радищева (О человеке, его смертности и бессмертии; Избр. филос. произведения) и кн. М. Щербатова (Разговор о смертном часе; Разговор о бессмертии души). Смерть осознается лишенной собственного онтологического содержания, это квазиобъектный фантом, существенный в бытии, но бытийной сущностью не обладающий. Объект Т. суть реальность его описания (как в утопии или в чистой математике), а не описываемая реальность. В 18 в. был задан двойной аспект смерти: есть смерть изображающая (реальность смертного и смертью структурированного мира) и смерть изображенная (в образе: символе, эмблеме). В естественных агрегатах натуры жизнь и смерть взаимно изображают друг друга. Чувство заброшенности в бытии и в истории для просыпающегося личностного самосознания позапрошлого века компенсируется идеями метемпсихоза и палингенеза. Жизнь, изображаемая смертью, явлена мыслителям Просвещения в феномене человека как Божьей твари: бессмертная душа, оплотненная (означенная, изображенная) смертным телом. Поэтому тело (изображающая смерть) может быть понято у Радищева как часть натурального ландшафта. Любопытство к смерти мотивировалось и масонской концепцией необратимого во времени поступка. Любовь к ближнему оказалась сублиматом страха смерти, а созерцание тленных футляров существования принудило к идеям нравств. самосовершенствования. Первая смерть изображенной смерти состоялась на Руси в форме юродства: юрод презрел свое тело и тем "выпал" из сплошь детерминированного смертью состава смертного мира. В 19 в. смерть рассматривается как угроза мирового Ничто; активно обсуждается "смерть вторая" и Судьба как школа смерти. В худож. лит-ре запрет на исследование судьбы и смерти снял Пушкин: жизнь и смерть образуют в его порядке бытия единство. Романтич. Танатос у Тютчева осложнен темами смертельной любви поэта-небожителя и эротич. суицида. В Гоголе рус. культура 19 в. почти исчерпала возможности позитивного осмысления смерти в пределах эмпирии. У Достоевского смерть предстает трансцендентной загадкой и насмешкой над человеком. В его картине мира линии Эроса и Танатоса прочерчены во взаимно сопряженных объемах: это мировые оси бытия, острия к-рых смыкаются в метаистории - в соборе лиц ангельского жития. Внутри истории смерть неодолима, а попытки прижизненного подражания Христу могут оказаться смертоносными для ближнего; таков кн. Мышкин в "Идиоте" - герой трагич. вины и источник гибели для других. Л. Толстой создал философию смертной телесности и религию смерти; им был издан своего рода учебник смерти (О смерти. Мысли разных писателей; О значении религии жизни и религии смерти). Альтернативой страху смерти Вл. Соловьев считал катарсис, который ждет Я на пути сочувственного внимания к ближнему (Философия смерти). Если для Л. Шестова смерть есть прямое издевательство над здравым смыслом (Откровения смерти), а для Н. Бердяева - линия дуального раскола бытия и человека на манихейски враждебные ипостаси, то Н. Федоров прямо призвал к онтологич. реформе: следует, по его мысли, изъять смерть из мира и тем устранить гл. ущерб бытия, чтобы осуществилось тотальное воскрешение почивших поколений. В глазах человека 20 в., влюбленного в смерть, космос изображающей смерти неотвратимо преобразовался в трагедию вселенского самоубийства. Новая эпоха пытается приручить смерть, эстетизировать ее и сделать маленькой. Объекты философско-эстетич. Т. обретают пластику скульптуры, возникает скульптурика смерти: успокоенная в "своем" пространстве, смерть позволяет обойти ее кругом, разглядеть с разных дистанций. Кардинальное переосмысление смерти связалось с признанием за природой свойств уровневого взаимоозначенья. Странное занятие героев "Течения времени" Платонова (изготовление деревянных копий железных предметов) утверждает мировое единство "вещества существования" и способность предметов к ино-бытийным воплощениям: в клетчатке воплощена ино-вещная тяжкая весомость металла. Смерть пропадает в онтологич. дружбе вещей. Другой герой, собирающий комья земляного праха и обрывки забытых предметов, отстаивает завет онтологии, неодиночества под осиротевшими небесами. В "Софиологии смерти" С.Булгакова одоление смерти как наследия падшего бытия уясняется в диалектике взаимоозначающей тварно-нетварной Софии. Игра уровнями бытия - предмет мистерии Карсавина "Поэма о Смерти" (1932). Здесь новый Адам берет на себя роль искупителя Бога как "своего Другого". Вопрос:

"Умру ли я Божьей смертью?" (т.е. "Не будет ли напрасным мое жертвенное сораспятие Господу?") решается "Симфонич. Личностью" Карсавина в травестированных интонациях надежды. Сходная картина едино-множественной мистерии многих Я, поднявшихся к Богу (целокупного Организма наследников спасения), построена А. Мейером в "Заметках о смысле мистерии (Жертва)", 1933. Изображенная смерть в лит-ре связалась с темами апокалипсиса культуры и конца времен. Эстетич. Т. развернута М. Бахтиным в трудах 20-х гг.: моя смерть может быть понята лишь Другим, в видении к-рого Я получает смысловое завершение и возможность спасения. По Бахтину, в мире Достоевского "смерть ничего не завершает, потому что не задевает сознания для себя", а у Толстого "обладает завершающей и разрешающей силой" (сходные мысли - у Н. Бахтина). Православная дидактика Танатоса у В. Ильина строится в традиц. аспекте достоинства личности. Абсолютно посюсторонней альтернативой смерти для рус. традиции стала метафизика детства. Дети - черновики бессмертных существ. Мифология детства освящает витальную достоверность человекоявленья в бытии и весь человеч. план Божьего Домостроительства. По Булгакову, "онтологич. раскрытие природы и предназначения детского мира переходит за грань этого века". Святоотеч. образ человечества как Детского Собора чад Божьих закреплен в рус. словесности символом "детской Церкви" (М. Бахтин): клятвой детей на могиле в финале "Братья Карамазовы". В. Розанов, Пришвин, Вяч. Иванов, Блок, Пастернак, Мандельштам, Цветаева осмыслили "вечное детство" как творч. бессмертие мира и человека. У Платонова встречаются две модели смерти: смерть ломает внешние тела полулюдей-полупокойников (это напоминает механич. саморазрушение: тело как бы обрушивается вовнутрь собственного каркаса). Смерть у Платонова снята в мифологемах "рождение=соитие=смерть", "колыбель=гроб", "мать=невеста=сестра". В мире Платонова рушится мироздание, если в нем погибает его центр, ценность и предмет культа - ребенок. Совр. внимание к проблеме смерти обострилось детективно окрашенным интересом к т.н. "жизни после смерти" (а по существу - "жизни вместо смерти", поскольку в популярных сочинениях на эту тему обобщен клинич. опыт самонаблюдения над агонией, а не кончиной). Теперешняя иммортология пытается быть не только мифологичной в духе идей Н. Федорова, но и научной - в культурно-истор. аспекте, в планах практич. геронтологии и вопросов эвтаназии.

Лит.: Розанов В.В. В своем углу: Святость и смерть // Новый путь. 1902, № 7; Сологуб Ф. Жало смерти. М., 1904; Трубецкой Е.Н. Свобода и бессмертие! 1916 // Русская мысль. Прага, 1922; Андреевский С.А. Книга о смерти. Кн. 1-2. Ревель-Берлин, 1922; Горский А.К. Перед лицом смерти. Б.м., 1928; Карсавин Л.П. Поэма о смерти. Kaunas, 1932. Л., 1991; Булгаков С.Н. Софиология смерти // Вестник РХД. № 127. 1978; Сабиров В.Ш. Проблема страха смерти в современной танатологии // Философский анализ явлений духовной культуры: (Теоретический и исторический аспекты). М., 1984; Давыдов Ю.Н. Миф о "танатосе", или Диалектика субстантивированного "нет" // Идеалистич. диалектика в XX столетии. М., 1987; Седов Л. Типология культур по критерию отношения к смерти // Синтаксис. № 26. Париж, 1989; Гуревич А.Я. Смерть как проблема исторической антропологии: о новом направлении в зарубежной историографии // Одиссей. Человек в истории. Альманах. М., 1989; Трубников Н.И. Проблема смерти, времени и цели человеческой жизни: (Через смерть и время к вечности) // Философские науки. М., 1990. № 2; Дубровский Д.И. Смысл смерти и достоинство личности // Философские науки. М., 1990. № 5; Жизнь земная и последующая. М., 1991; Руднев В. Культура и смерть//Даугава. Рига, 1991. № 3/4; МеньА. Бессмертие // Перспективы. М., 1991. № 4; Арьес Ф. Человек перед лицом смерти. М., 1992; Тема смерти в духовном опыте человечества. СПб., 1993; Исупов К.Г. Русская филос. танатология // ВФ. М., 1994. № 3; Демичев А. Дискурсы смерти: Введ. в философскую танатологию. СПб., 1997.

К.Г. Исупов

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Культурология. XX век. Энциклопедия

Танатология

от греч. thanatos – смерть. ? филос. опыт описания феномена смерти. Статус специфич. проблемы смерть получает с 18 в., в соч. Радищева (О человеке, его смертности и бессмертии; Избр. филос. произведения) и кн. М. Щербатова (Разговор о смертном часе; Разговор о бессмертии души). Смерть осознается лишенной собственного онтологического содержания, это квазиобъектный фантом, существенный в бытии, но бытийной сущностью не обладающий. Объект Т. суть реальность его описания (как в утопии или в чистой математике), а не описываемая реальность. В 18 в. был задан двойной аспект смерти: есть смерть изображающая (реальность смертного и смертью структурированного мира) и смерть изображенная (в образе: символе, эмблеме). В естественных агрегатах натуры жизнь и смерть взаимно изображают друг друга. Чувство заброшенности в бытии и в истории для просыпающегося личностного самосознания позапрошлого века компенсируется идеями метемпсихоза и палингенеза. Жизнь, изображаемая смертью, явлена мыслителям Просвещения в феномене человека как Божьей твари: бессмертная Душа, оплотненная (означенная, изображенная) смертным телом. Поэтому тело (изображающая смерть) может быть понято у Радищева как часть натурального ландшафта. Любопытство к смерти мотивировалось и масонской концепцией необратимого во времени поступка. Любовь к ближнему оказалась сублиматом страха смерти, а созерцание тленных футляров существования принудило к идеям нравств. самосовершенствования. Первая смерть изображенной смерти состоялась на Руси в форме юродства: юрод презрел свое тело и тем “выпал” из сплошь детерминированного смертью состава смертного мира. В 19 в. смерть рассматривается как угроза мирового Ничто; активно обсуждается “смерть вторая” и Судьба как школа смерти. В худож. лит-ре запрет на исследование судьбы и смерти снял Пушкин: жизнь и смерть образуют в его порядке бытия единство. Романтич. Танатос у Тютчева осложнен темами смертельной любви поэта-небожителя и эротич. суицида. В Гоголе рус. культура 19 в. почти исчерпала возможности позитивного осмысления смерти в пределах эмпирии. У Достоевского смерть предстает трансцендентной загадкой и насмешкой над человеком. В его картине мира линии Эроса и Танатоса прочерчены во взаимно сопряженных объемах: это мировые оси бытия, острия к-рых смыкаются в метаистории (см. Метаистория) — в соборе лиц ангельского жития. Внутри истории смерть неодолима, а попытки прижизненного подражания Христу могут оказаться смертоносными для ближнего; таков кн. Мышкин в “Идиоте” — герой трагич. вины и источник гибели для других. Л. Толстой создал философию смертной телесности и религию смерти; им был издан своего рода учебник смерти (О смерти. Мысли разных писателей; О значении религии жизни и религии смерти). Альтернативой страху смерти Вл. Соловьев считал катарсис, который ждет Я на пути сочувственного внимания к ближнему (Философия смерти). Если для Л. Шестова смерть есть прямое издевательство над здравым смыслом (Откровения смерти), а для Н. Бердяева — линия дуального раскола бытия и человека на манихейски враждебные ипостаси, то Н. Федоров прямо призвал к онтологич. реформе: следует, по его мысли, изъять смерть из мира и тем устранить гл. ущерб бытия, чтобы осуществилось тотальное воскрешение почивших поколений. В глазах человека 20 в., влюбленного в смерть, космос изображающей смерти неотвратимо преобразовался в трагедию вселенского самоубийства. Новая эпоха пытается приручить смерть, эстетизировать ее и сделать маленькой. Объекты философско-эстетич. Т. обретают пластику скульптуры, возникает скульптурика смерти: успокоенная в “своем” пространстве, смерть позволяет обойти ее кругом, разглядеть с разных дистанций. Кардинальное переосмысление смерти связалось с признанием за природой свойств уровневого взаимоозначенья. Странное занятие героев “Течения времени” Платонова (изготовление деревянных копий железных предметов) утверждает мировое единство “вещества существования” и способность предметов к ино-бытийным воплощениям: в клетчатке воплощена ино-вещная тяжкая весомость металла. Смерть пропадает в онтологич. дружбе вещей. Другой герой, собирающий комья земляного праха и обрывки забытых предметов, отстаивает завет онтологии, неодиночества под осиротевшими небесами. В “Софиологии смерти” С. Булгакова одоление смерти как наследия падшего бытия уясняется в диалектике взаимоозначающей тварно-нетварной Софии. Игра уровнями бытия — предмет мистерии Карсавина “Поэма о Смерти” (1932). Здесь новый Адам берет на себя роль искупителя Бога как “своего Другого”. Вопрос: “Умру ли я Божьей смертью?” (т.е. “Не будет ли напрасным мое жертвенное сораспятие Господу?”) решается “Симфонич. Личностью” Карсавина в травестированных интонациях надежды. Сходная картина едино-множественной мистерии многих Я, поднявшихся к Богу (целокупного Организма наследников спасения), построена А. Мейером в “Заметках о смысле мистерии (Жертва)”, 1933. Изображенная смерть в лит-ре связалась с темами апокалипсиса культуры и конца времен. Эстетич. Т. развернута М. Бахтиным в трудах 20-х гг.: моя смерть может быть понята лишь Другим, в видении к-рого Я получает смысловое завершение и возможность спасения. По Бахтину, в мире Достоевского “смерть ничего не завершает, потому что не задевает сознания для себя”, а у Толстого “обладает завершающей и разрешающей силой” (сходные мысли — у Н. Бахтина). Православная дидактика Танатоса у В. Ильина строится в традиц. аспекте достоинства личности. Абсолютно посюсторонней альтернативой смерти для рус. традиции стала метафизика детства. Дети — черновики бессмертных существ. Мифология детства освящает витальную достоверность человекоявленья в бытии и весь человеч. план Божьего Домостроительства. По Булгакову, “онтологич. раскрытие природы и предназначения детского мира переходит за грань этого века”. Святоотеч. образ человечества как Детского Собора чад Божьих закреплен в рус. словесности символом “детской Церкви” (М. Бахтин): клятвой детей на могиле в финале “Братья Карамазовы”. В. Розанов, Пришвин, Вяч. Иванов, Блок, Пастернак, Мандельштам, Цветаева осмыслили “вечное детство” как творч. бессмертие мира и человека. У Платонова встречаются две модели смерти: смерть ломает внешние тела полулюдей-полупокойников (это напоминает механич. саморазрушение: тело как бы обрушивается вовнутрь собственного каркаса). Смерть у Платонова снята в мифологемах “рождение=соитие=смерть”, “колыбель=гроб”, “мать=невеста=сестра”. В мире Платонова рушится мироздание, если в нем погибает его центр. ценность и предмет культа — ребенок. Совр. внимание к проблеме смерти обострилось детективно окрашенным интересом к т.н. “жизни после смерти” (а по существу — “жизни вместо смерти”, поскольку в популярных сочинениях на эту тему обобщен клинич. опыт самонаблюдения над агонией, а не кончиной). Теперешняя иммортология пытается быть не только мифологичной в духе идей Н. Федорова, но и научной — в культурно-истор. аспекте, в планах практич. геронтологии и вопросов эвтаназии. Лит.: Розанов В.В. В своем углу: Святость и смерть // Новый путь. 1902, № 7; Сологуб Ф. Жало смерти. М., 1904; Трубецкой Е.Н. Свобода и бессмертие! 1916 // Русская мысль. Прага, 1922; Андреевский С.А. Книга о смерти. Кн. 1-2. Ревель-Берлин, 1922; Горский А.К. Перед лицом смерти. Б.м., 1928; Карсавин Л.П. Поэма о смерти. Kaunas, 1932. Л., 1991; Булгаков С.Н. Софиология смерти // Вестник РХД. № 127. 1978; Сабиров В.Ш. Проблема страха смерти в современной танатологии // Философский анализ явлений духовной культуры: (Теоретический и исторический аспекты). М., 1984; Давыдов Ю.Н. Миф о “танатосе”, или Диалектика субстантивированного “нет” // Идеалистич. диалектика в XX столетии. М., 1987; Седов Л. Типология культур по критерию отношения к смерти // Синтаксис. № 26. Париж, 1989; Гуревич А.Я. Смерть как проблема исторической антропологии: о новом направлении в зарубежной историографии // Одиссей. Человек в истории. Альманах. М., 1989; Трубников Н.И. Проблема смерти, времени и цели человеческой жизни: (Через смерть и время к вечности) // Философские науки. М., 1990. № 2; Дубровский Д.И. Смысл смерти и достоинство личности // Философские науки. М., 1990. № 5; Жизнь земная и последующая. М., 1991; Руднев В. Культура и смерть // Даугава. Рига, 1991. № 3/4; МеньА. Бессмертие // Перспективы. М., 1991. № 4; Арьес Ф. Человек перед лицом смерти. М., 1992; Тема смерти в духовном опыте человечества. СПб., 1993; Исупов К.Г. Русская филос. танатология // ВФ. М., 1994. № 3; Демичев А. Дискурсы смерти: Введ. в философскую танатологию. СПб., 1997. К.Г. Исупов. Культурология ХХ век. Энциклопедия. М.1996

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Большой толковый словарь по культурологии

ТАНАТОЛОГИЯ

от thanatos –смерть) – одна из главных тем персонологии. Если в центре осмысления человеческого бытия оказывается тело, то сама логика осмысления выводит в контекст телесного существования. Понять что-либо - значит выйти за его пределы, в его контекст. Так понять смысл слова можно только из контекста фразы его использования, смысл фразы - из контекста текста, смысл текста и т.д. Смысл жизни - за пределами самой жизни. А что является контекстом жизни? Окончание человеческого существования есть окончание телесного бытия, смерть. Но что тогда есть смерть? Отрицание жизни? Не-жизнь? Другая (иная) жизнь? Неспроста в постмодернистском философствовании сформировались своеобразная апокалиптика [3] и танатологическая традиция осмысления феномена смерти, дискурсов о ней в широком историко-культурном диапазоне от погребальных обрядов до некрореалистических экспериментов в современном киноискусстве. [2; 3] Очевидно, что и в этом случае на первом плане - тело, плоть, многообразные игры в культуре с мертвым телом, телом как таковым.

Смерть – универсальное событие жизни. Поэтому проблема смерти занимает в философии и духовном опыте человека особое место. В самом деле, что такое смерть? Простое отрицание жизни – не жизнь? Или некая анти-жизнь - некий носитель качеств, которых жизнь лишена? Tак если жизнь конечна и несвободна,

то смерть свободна? Или если жизнь - кажимость, неподлинное существование, то антижизнь (смерть) – подлинное существование? Такие рассуждения - не черный юмор или злое ерничание - именно на них строится ряд известных и распространенных учений: о бессмертии души в христианстве, о нирване в буддизме. А может смерть открывает дорогу в иные жизни? Этому учат идеи о карме, о переселении душ

(метемпсихоз) и т.д. Как "бытие к смерти" определял человеческое существование М.Хайдеггер. Наравне с Эросом - жизнеутверждающим началом, определяеющим человеческое поведение, фрейдизм отмечает Танатос, влечение к смерти, инстинкт саморазрушения. Согласно одному шутливому определению жизни, жизнь есть неизлечимая смертельная болезнь, передающаяся половым путем. Но шутки шутками, а мысли о смерти способны деморализовать человека, парализовать его волю.

Страх смерти лежит в основе обыденного религиозного сознания. Неужели все, что я чувствую, думаю, помню, знаю исчезнет с моей смертью? Именно такое острое неприятие смерти лежит в основе идеи

бессмертия - религиозного пути решения проблемы нелепости и бессмысленности жизни. Однако только ли религиозная вера дает человеку надежду, освобождая от страха смерти. И является ли такой надеждой вера в вечную загробную жизнь?

Желание жизни присуще и атеисту, и верующему, а стремление к долголетию и даже желание бессмертия еще не означает желания потусторонней жизни. Это подтверждает и реальное отношение к смерти самих верующих. Пожалуй только ультрафанатичные сектан ы обуреваемы желанием скорее попасть в мир иной. И мифологическому сознанию, и христианству. И буддизму, индуизму, иудейству свойственно отношение к

окончанию жизненного пути как к печальному, но не радостному факту. Этому отношению свойственно смире ие перед неизбежностью и неотвратимостью конца земного существования. Более того. можно утверждать, что сама мысль об индивидуальном бессмертии человека просто несовместима с идеей смысла жизни. Существование бессмертного, бесконечного существа таког смысла лишено. Поступки бессмертного

существа, имеющего "достаточное время" в будущем (да и имевшего его в прошлом) для своего совершенствования, не могут подпадать под оценки с позиций добра, гуманности и т.д. Его существвание лишено ценностей, идеалов, ответственности, оно внеморально. Если уж что освобождает человека от от унижающего его достоинство страха смерти, так это убеждение в правоте принципов и идеалов, разделяемых им в жизни и к воплощению которых он стремился. Можно вспомнить много выдающихся людей, проживших полнокровную и плодотворную жизнь, но не веривших в идею личносго бессмертия и ставивших ее под сомнение.

Отказ от идеи личного бессмертия, однако, сам по себе еще не является решением о смысле жизни, и он должен так или иначе ответить на вопрос о смысле жизни и смерти. Простое обращение к научному знанию, научной картине мира такого ответа дать не может в силу внеличности этой картины. Природа внелиностна, безразлична, а иногда и безжалостна к человеку. Эту мысль хорошо выразил Ф.И.Тютчев:

... Природа знать не знает о былом,

Ей чужды наши призрачные годы,

И перед ней мы смутно сознаем

Самих себя лишь грезою природы.

Поочередно всех своих детей,

Свершающих свой подвиг бесполезный,

Она равно приветствует своей

Всепоглощающей и миротворной бездной.

Величие и безразличие природы способно ввергать в пессимизм, обессиливая человека и делая его существование бессмысленным, поскольку

И чувства нет в твоих очах,

И правды нет в твоих речах,

И нет души в тебе.

Мужайся сердце, до конца:

И нет в творении творца!

И смысла нет в мольбе!

У природы самой по себе "нет плохой погоды". В ней царят законосообразность и гармония. Драматичность и даже трагедийность вносит в мир сам человек, остро переживающий свое единство с миром и одновременно отдельность от него и беззащитность перед ним:

...Невозмутимый строй во всем,

Созвучье полное в природе, -

Лишь в нашей призрачной свободе

Разлад мы с нею сознаем.

Откуда, как разлад возник?

И отчего же в общем хоре

Душа поет не то, что море,

И ропщет мыслящий тростник?

И от Земли до крайних звезд

Все безответен и поныне

Глас вопиющего в пустыне,

Души отчаянный протест?

Всякая честная философия должна говорить об этой драме человеческого существлования, "Жути" его бытия, говорить о том универсальном событии, которое происходит с каждым человеком. В истории человеческой мысли предлагались различные пути "спасение ", преодоления "первой жути" человеческого существования, выработки конструктивного отношения к пограничной ситуации смерти: от религиозной идеи личного бессмертия до стоицистского совета замкнуться в свободе и незывисимости своего самосознания. И в том, и в другом случае человек оказывается оторванным от мучающей его реальности, которой противопоставляются свобода, сознание. Проблема тем самым разрешается не на деле. а в мысли. Memento mori, "помни о смерти" учили древние – эта память наполнит твои мысли и действия смыслом. Смерть при всей своей разрушительности выступает мощным стимулом сознательного, осмысленного отношения к жизни. Зачем живу? Что оставлю после себя? Какие дела? Какую память?

Различным культурам свойственно различное отношение к смерти, связанным с нею ритуалам. Так в похоронах могут быть выражены представления о загробной жизни и подготовки усопшего к ней: обеспечение его утварью, пищей, инструментами и т.д. Или по ороны могут выглядеть как возврат человека, временно посетившего этот мир, в его изначальное и истинное существование. Не менее различно и отношение к самоубийству, Показательно в этой связи различное отношение в конце ХХ столе ия к такой проблеме как эвтаназия - возможность прерывания мучительного существования безнадежно больного человека. Если он находится в бессознательном состоянии, то кто вправе решить волпрос об этом? Родственники? Врачи? Суд? В разных странах эта п облема решается по-разному. А если такой больной

находится в полном сознании, то вправе ли и кто помочь ему найти чаемое успокоение? Мировой сенсацией стали судебные разбирательства в США деятельности доктора, получившего прозвище Доктор Смерть (Doсtor Death), который оказывал квалифицированную "профессиональную помощь" подобным

пациентам. Тонкость проблемы заключалась в том, что больной сам накладывал смертельную маску или выпивал смертельную дозу лекарства, причем в присутствии своего адвокат предварительно оформив юридически заверенный документ подписку по существу "сделки". В первые два года XXI столетия эвтаназия уже законодательно разрешена в ряде европейских стран. В большинстве цивилизованных стран появились хосписы - заведения, в которые поступают на последний период жизни безнадежные больные, и где им силами родственников и персонала казывается всяческая помощь по обеспечению максимально гуманного и полноценного наполнения последних дней земного существования.

Особую роль в духовном опыте человечества имеет идея воскресения, возможности возобновления земного бытия в старом или каком-то ином качестве. Речь идет не только о религиозной идее Воскресения божества. Ярким примером нерелигиозной идеи Воскресе ия является философия "общего дела " Н.Федорова, согласно которой подлинно нравственум делом является общая деятельность живущих по физическому

воскрешению своих предков. Идеи Федорова оказали серьезное влияние не только на философов (В.Соловьев и др или писателей (А.Платонов), но и на ученых, например, на К.Э.Циолковского, который стремился технически решить задачу будущего расселения воскрешенных предков посредством космических полетов и освоения космического пространства.

В культуре сохраняется память о личности, а не о биологическом виде. Как это ни покажется парадоксальным, смерть оказывается более социально значимой, чем рождение человека. Если факт рождения человека, когда он не более чем комочек плоти, сущес веннен только для его родителей, то

факт смерти становится общественным событием, Тризны, некрологи, похороны - ни что иное как торжество социальной сущности человека, выражение социальной значимости личности. Смерть и ее оценка современниками личнос и как бы ставит точку в сюжете ее социально-культурной жизни. Иногда лишь с годами приходит осознание величия одних личностей и ничтожества других. В конечном счете, время и история дают человеческой личности перспективу существования в культуре до тех пор, пока жива человеческая культура.Показателен в этом плане "мир бессмертных" (Моцарта,Бетховена и др.), с которым общается Гарри Галлер - герой романа Г.Гессе "Степной волк". В идее смыслового общения с "бессмертными", диалога с ними нет ничего мистического. Любой культурный человек рано или поздно

вступает в такое общение, осознавая сопричастность духовному опыту "бессмертных" творцов бессмертных (без кавычек) творений человеческого духа. Находит эта идея свое воплощение и в таких реалиях обыденной жизни, как например, празд ики, характерной и существенной чертой которых является выход человека или общности людей за рамки своего обыденного существлования и переживание сопричастности

событиям славного прошлого, миру героев и идеалов данной культуры.

Вопрос о значении, самоценности, смысле жизни личности возможен относительно не человека вообще, а именно смертного человека. Только в этом случае можно говорить о ценностном масштабе жизнедеятельности личности. "Уничтожим масштабы жизни смертно о человека, - писал М.М.Бахтин, - исчезнет ценность переживаемого...". Поэтому вопрос о бессмертии разрешается именно в смерти - биологической смерти индивида, а перспектива сохранения личности - в воплощении ею своей жизнью определенного идеала, сво й самоотдачи ему . Преодоление "жути смерти" - не в противостоянии человека миру и обществу, а в сопричастности им и в ответственном поведении в них. Ценности и идеалы социального мира, сопричастность и самоотдача им дают человеку уверенность в незыблемости того, что ставится и ценится выше его собственного существования, что будет сохранено и передано грядущим поколениям, с чем человек соизмеряет собственные поступки и развитие. Осознание своего единства с миром, своей сопричастности ему преодолевает барьер между миром и человеком, отчуждение между ними,

включая противостояние, чуждость и загадочность природы для человека.

Не то, что мните вы, природа:

Не слепок, не бездушный лик -

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык...

Человеку дано понять "язык" природы, дар познания мира, его осмысления. Осмысленность же предполагает включенность человека в мир, его единство с ним, осознание на основе сопричастности и самоотдачи. Поскольку же мир человека социален, то имен о социальная культура дает ту живую традицию, приникая к которой человек включает себя в преемственную связь достижений человечества. Эта связь дает

человеку не иллюзию бессмертия и не просто сознание того, что его труд и дела не пропали даром (могут и прекрасно могут пропасть!), а нечто значительно большее – уверенность в наличии существлвания того, что ставится и ценится выше собственного бытия, того, с чем он сверяет собственное существлвание, к чему он сам стремится приобщиться, воплотить и приобщить потомков - наличие определенных ценностей и идеалов. Они одновременно дают основание смыслу жизни человека и позволяют этому смыслу интегрироваться в единое неповторимое индивидуально целое личности.

Нет и не может быть личности, которая бы жила исключительно своими интересами, не посвящая жизнь

ценностям, в свете которых эта жизнь приобретает смысл, значение. хотя бы оправдание. Эти ценности всегда связаны с определенной культурой. Поэтому сознание смерти вовсе не обязательно должно перерастать в представление о потустороннем существовании. Скорее наоборот, "потусторонний" мир идеалов и ценностей, к воплощению которых стремится личность, позволяет ей приобрести смысл жизни и основание ля ее сохранения и реализации. Представления о потустороннем - неотъемлемая часть образа

мира, который лежит в основе любой культуры любой эпохи. Эти представления могут разрастаться в чрезвычайно богатую картину, и могут быть "нулевыми", когда небо пустеет и по ту сторону жизни находится небытие. В любом случае оба мира - жизни и смерти - присутствуют в сознании культуры и

определяют ее существенные черты. Именно в этом "потустороннем" мире - мире должного, мире идеалов – человек находит смысл своих действий и существования в целом.

1. Демичев А. Дискурсы смерти. Введение в философскую танатологию. СПб, 1997;

2. Фигуры Танатоса. Философский альманах. Вып. 1- 5. СПб, 1991- 1995.

3. Derrida J. Apokalypse. Wien, 1985.

Г.Л.Тульчинский

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Проективный философский словарь

Найдено схем по теме ТАНАТОЛОГИЯ — 0

Найдено научныех статей по теме ТАНАТОЛОГИЯ — 0

Найдено книг по теме ТАНАТОЛОГИЯ — 0

Найдено презентаций по теме ТАНАТОЛОГИЯ — 0

Найдено рефератов по теме ТАНАТОЛОГИЯ — 0