РАЗЫСКАНИЯ ИСТИНЫРАЙ Раммохан, Рам Мохан Рой

РАЙ

Найдено 8 определений термина РАЙ

Показать: [все] [краткое] [полное] [предметную область]

Автор: [отечественный] [зарубежный] Время: [советское] [современное]

РАЙ

см. Ад и Рай.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Атеистический словарь

РАЙ

согласно религиозным верованиям, небесное царство покоя, радости и блаженства, куда после смерти попадают за добродетели души праведников. Некоторые современные верующие склонны представлять пребывание души в раю не как состояние простого наслаждения, а как духовное чувство удовлетворенности праведной жизнью.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: «Евразийская мудрость от а до Я», толковый словарь

Рай

христ.)  – место вечного блаженства, куда попадают праведники после смерти. Мифология представляет Р. как сад (Эдем), как город (небесный Иерусалим) или как небеса. Каждое из этих представлений имеет собственное отношение к истории человечества: Эдем символизирует начало пути человечества, небесный Иерусалим – конец этого пути, небеса противостоят ему, как вечное – изменчивому, истинное – ложному. Эдем представляется в виде огороженного сада, у ворот которого после грехопадения человечества был поставлен на страже херувим с огненным мечом. Сад похож на оазис с чистым воздухом, полный плодов и ягод, из него берут начало четыре реки с подслащенной водой. Небесный Иерусалим представляют в виде квадрата, стороны которого имеют по 12 000 стадий (около 2200 км) в длину и ориентированы строго по сторонам света. Город выстроен из «чистого золота» и «прозрачного стекла», он освящен присутствием бога и не нуждается в божьем, храме, как в особом месте. Там растет древо жизни, а от престола бога истекает река жизни. Небеса представляются как концентрические сферы вокруг земного шара (когда считали, что земля плоская, их представляли в виде плоскостей, надстроенных над землей) и символизируют разделение бренного земного мира и нетленного небесного. С точки зрения строгой теологии и мистики о Р. известно только то, что человек там всегда с богом.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Мифологический словарь

Рай

(Paradise).

Вероятно, это слово персидского происхождения. Оно трижды встречается в ВЗ(" сад ",  Песн 4:13; "лес",  Неем 2:8; "сады и рощи",  Еккл 2:4). Греческое словоparadeisos известно со времен Ксенофонта и встречается в папирусах, надписях, в LXX (двадцать семь раз, некрые из крых относятся к Эдему, напр., Быт 2:8,9,10,15,16), у Филона Александрийского и Иосифа Флавия. В НЗ paradeisos ("рай") упоминается трижды и указывает на место блаженства, обещанное доброму разбойнику (Лк 23:43), третье небо (2 Кор 12:4) и дерево жизни (Откр 2:7).

Поскольку в раю человек утратил блаженство, в раввинистической литературе рай  место блаженства праведных душ, к-ром у противостоит геенна, т.е. место мучений.

Иисус использует это слово лишь однажды (Лк 23:43), и некрые экзегеты видят здесь указание на небо. Но, возможно, вслед за еврейской традицией Иисус употребляет словосочетание " Авраамово лоно" в Лк 16:22 как синоним слова "рай". Тогда рай как обитель праведных  часть ада (синоним Шеола,  Пс 16:10; ср. Деян 2:27,31). Поскольку остальные упоминания рая в НЗ относятся к небу, некрые ученые приходят к выводу, что со времен воскресения и вознесения Христа рай был отодвинут от ада к третьему небу и сонмы пленных, восшедших с Христом, были в.з. святыми (Еф 4:8).

Если рай означает небо, где пребывает Бог, то словосочетание "лоно Авраамово" могло быть выбрано намеренно. Тогда Иисус обещал разбойнику райское блаженство в тот день, крого чают все христиане (Лк 23:43; Флп 1:23; 2 Кор 5:8).

Н. A. Kent, Jr. (пер. А. К.) Библиография: L.S. Chafer, Systematic Theology, VII, 24748: ?. Bietenhard and С. Brown, NIDNTT, II. 760 ff.; .!.Jeremias, TDNT, V, 765 ff.; ?. K. McArthur, IDB, III, 655 ff.

См. также: Лоно Abpaamobo; Небо.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Теологический энциклопедический словарь

РАЙ

религ.-мифологич. представление о священном месте в пространстве или состоянии во времени, свободном от несовершенств и противоречий земного существования. В различных историч. типах мифологии это преодоление земных противоречий приписывается загробному миру или первичному состоянию человека; в новейшем религ. сознании оно иногда отождествляется с особым состоянием духа. В древнейших мифологиях загробное существование представляется идеализированным продолжением земных отношений; различные формы этого существования определяются классом, кастой, профессией человека, но не его деятельностью – идея индивидуальной ответственности практически отсутствует. Библейская концепция, противопоставляющая райское блаженство душ праведников адским мучениям грешников (см. Ад), закрепилась лишь в 4–3 вв. до н.э. и получила дальнейшее развитие в христианстве (прежде всего в качестве универсальной этич. санкции). В христианстве можно выделить две линии в истолковании Р.: наивно-реалистическое, "чувственное" представление о Р. и грядущем воскресении (напр., у Иринея, 2 в. н.э.) и развитое патристич. философией (см. Патристика) представление о Р. как о духовном воссоединении с божеством (в поэзии – у Данте). Развивая идею потерянного Р., т.е. утраты состояния первозданной невинности, близости человека к природе и богу, христианство представляет историю человечества как историю утраты райского состояния и воссоздания его (в загробном мире, в душе верующего, в "тысячелетнем" царстве – см. Эсхатология). Введение истории в рамки трехчленной схемы: Р. – грехопадение – искупление, характерно и для ряда течений социально-утопич. мысли (напр., Мабли, естественно-правовых концепций – Руссо и др.), где желаемое будущее представляется восстановлением утраченного идеала. Отвергнутые Гегелем ("рай есть парк, в котором могут оставаться только звери, а не люди... Грехопадение есть вечный миф человека, именно благодаря ему он становится человеком" – Соч., т. 8, М.–Л., 1935, с. 304), эти воззрения свойственны романтич. критике действительности; истолкование в подобном духе марксистской концепции историч. процесса использовалось для ее отождествления с христ. взглядами (напр., у Тиллиха). Тема "потерянного" и "возвращенного" Р. является одним из осн. мотивов мировой филос. поэзии (Мильтон, Байрон и др.), будучи формой непосредственно-эмоционального и эстетич. отношения к противоречиям социального развития. Лит.: Ламонт К., Иллюзия бессмертия, пер. с англ., М., 1961; Токарев С. ?., Религия в истории народов мира, М., 1964; Myth. A symposium, ed. by Th. Sebeok, Bloomington, 1958. Ю. Левада. Москва.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

РАИ

греч. — парадиз) — идеальная область вечного счастья и блаженства пребывания с Богом, доступная только для добродетельных людей. В христианстве рай воспринимается как «хорошее место»: сад, согласно Библии, город в Апокалипсисе, небеса в «Книге Еноха». «Рай-город» многолик. Это новозаветный небесный Иерусалим — квадратный в плане и с тремя воротами в каждой стене, показывающими на четыре стороны света образ Троицы; а также «Град Божий» Августина Блаженного (V в.) и «тройной райский город» в хронике «Видения Тугдала» (XII в.). Также рай трактуется как «видение, дающее блаженство». Например, у Данте это ассоциируется с видением Троицы. Происхождение русского слова «рай» связывают с древнеиранским названием, которое дословно переводится как «отовсюду отгороженное место», и с авестийским словом «богатство, счастье». Рай включает в себя символизм царства Божия, мистического брака и брачного пира, золотого века человечества, философского камня, алхимического золота, Центра, Вселенной, Эдемского сада, Мирового дерева или четырех рек. Каждое дерево в раю порождает плоды, пригодные для человека, включая дерево жизни (бессмертие) и дерево познания, в роли которого традиционно выступает яблоня. Последнее ассоциируется с садами Гесперид у греков и Аваллоном у кельтов. Четыре реки рая — Пизон, Тихон (Нил), Хиддекель (Тигр) и Евфрат — имеют определенные географические векторы. Кроме того, райские реки рассматриваются как русла, по которым распределяется жизненная энергия. Их также ассоциируют с четырьмя чувствами: Пизон — со зрением, Гикон — со слухом, Евфрат — со вкусом и Хиддекель — с обонянием. Однако в целом в сравнении с пространными описаниями ада концепция рая выглядит весьма схематичной и недоработанной. В Евангелии рай служит синонимом для Царства Иисуса. Чаще всего он описывается как блаженное состояние, которого достигает человек. С другой стороны, рай изображается как место с прекрасным климатом, где избранные души вечно предаются невинным земным удовольствиям. Так, скандинавские герои, попавшие в Валгалу, проводят вечность в сражениях и охотах. В Коране рай (джанна) трактуется как сад вечности или сад благодати, которые помещаются на разных небесах. В мусульманском рае текут реки из воды, молока, вина и меда, а мусульманские праведники купаются в роскоши и наслаждаются обществом прекрасных гурий. Монгольские воины, погибшие в праведном бою, пируют и бездельничают на небесах. Более поздние мистики утверждали, что подобные картины рая не более чем аллегории. Согласно их утверждениям, райское блаженство неописуемо на земном языке и непостижимо для простых смертных. В наиболее древних религиозных представлениях рай располагается на недоступной горе в центре Земли или, напротив, где-нибудь на окраине мира. Все развитые религии, наоборот, помещают рай на небесах, в непосредственной близости к Богу. Например, в христианстве рай именуется Царством Небесным. При этом считается, что души, обитающие в нем, во многом подобны ангелам и заступаются перед Богом за оставшихся на земле родственников. В Библии рай помещен на востоке: на земле он локализуется в Месопотамии, а на небе — там, где восходит солнце. У. Блейк расположил рай на севере, а в мифе об Атлантиде он находится на западе, что ассоциируется с золотым веком. Источ.: Холл Дж. Словарь сюжетов и символов в искусстве. М., 1999; Энциклопедия мистических терминов. М., 1998; Энциклопедия символов, знаков, эмблем. М., 1999.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Символы, знаки, эмблемы: энциклопедия

РАЙ

в христианских представлениях место вечного блаженства, обещанное праведникам в будущей жизни. С точки зрения строгой теологии и мистики о Р. известно только одно — что там человек всегда с Богом (раскаявшемуся разбойнику Христос обещает не просто Р., но говорит: «ныне же будешь со Мною в Р.», Лк. 23:43); он соединяется с Богом, созерцает Его лицом к Лицу (то, что на латыни схоластов называется visio beatifica, «видение, дарующее блаженство»). Возможности человеческой фантазии блаженство Р. заведомо превышает: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9, переосмысленная цитата Ис. 64:4). Новый Завет (в отличие от Корана, где Р. именутся Джанна) не дает чувственных и наглядных образов Р., но или чисто метафорическую образность притч о браке, о брачном пире и т. п. (Мф. 25:112; Лк. 14:16— 24 и др.), или формулы без всякой образности вообще (например, «войти в радость господина своего», Мф. 25:21), дающие понять, что самая природа человека и его бытие «в воскресении» радикально переменятся («в воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божий на небесах», Мф. 22:30; «мы теперь дети Бога, но еще не открылось, что будем; знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть», 1 Ин. 3:2). Еще путь Данте по Р. в конечном счете ведет к узрению Троицы («Р.», XXXIII).

Что касается мифологизирующей, наглядно опредмечивающей разработки образов Р. в христианской литературной, иконографической и фольклорной традиции, то она идет по трем линиям: Р. как сад; Р. как город; Р. как небеса. Для каждой линии исходной точкой служат библейские или околобиблейские тексты: для первой — ветхозаветное описание Эдема (Быт. 2:83, 24); для второй — новозаветное описание Небесного Иерусалима (Апок. 21:222, 5); для третьей — апокрифические описания надстроенных один над другим и населенных Ангелами небесных ярусов (начиная с «Книг Еноха Праведного»). Каждая линия имеет свое отношение к человеческой истории: Эдем — невинное начало пути человечества; Небесный Иерусалим — эсхатологический конец этого пути; напротив, небеса противостоят пути человечества, как неизменное переменчивому, истинное превратному, ясное знание — заблуждению, а потому правдивое свидетельство беспорядочному и беззаконному деянию (тот же Енох ведет на небесах летопись всем делам людей от начальных до конечных времен). Эквивалентность образов «сада» и «города» для архаического мышления выражена уже в языке (слав, град означало и «город» и «сад, огород», срв. градарь, «садовник», вертоград, нем. Garten, «сад»). Они эквивалентны как образы пространства «отовсюду огражденного» (срв. выше этимологию слова «парадиз») и постольку умиротворенного, укрытого, упорядоченного и украшенного, обжитого и дружественного человеку — в противоположность «тьме внешней» (Мф. 22:13), лежащему за стенами хаосу (срв. в скандинавской мифологии оппозицию миров МидгардУтгард).

Огражденность и замкнутость Эдема, у врат которого после грехопадения Адама и Евы поставлен на страже Херувим с огненным мечом (Быт. 3:24), ощутима тем сильнее, что для ближневосточных климатических условий сад — всегда более или менее оазис, орошаемый проточной водой (Быт. 2:10, срв. проточную воду как символ благодати, Пс. 1:3) и резко отличный от бесплодных земель вокруг, как бы миниатюрный мир со своим особым воздухом (в поэзии сирийского автора IV в. Ефрема Сирина подчеркивается качество ветров Р., сравнительно с которыми дуновения обычного воздуха — зачумленные и тлетворные). Поскольку Эдем — «земной Р.», имеющий географическую локализацию «на востоке» (Быт. 2:9), в ареале северной Месопотамии (хотя локализация эта через понятие «востока» связана с солнцем и постольку с небом, поскольку восток — эквивалент верха), заведомо материальный, дающий представление о том, какой должна была быть земля, не постигнутая проклятием за грех Адама и Евы, мысль о нем связана для христианства (особенно сирийского, византийского и русского) с идеей освящения вещественного, телесного начала. Тот же Ефрем, опираясь на ветхозаветное упоминание четырех рек, вытекающих из Эдема(Быт. 2:11), говоритоводах Р., таинственно подмешивающихся к водам земли и подслащивающих их горечь. В сказаниях о Деве Марии и о святых (от повара Евфросина, ранняя Византия, до Серафима Саровского, Россия, XVIIIXIX вв.) возникает мотив занесенных из Р. целящих или утешающих плодов, иногда хлебов (эти яства, как и воды у Ефрема, символически соотнесены с Евхаристией, «хлебом Ангелов» недаром в житии Евфросина плоды кладут на дискос — и стоят в одном ряду с Граалем). В качестве места, произращающего чудесные плоды, Р. можно сопоставить с садом Гесперид в греческой мифологии и с Аваллоном в кельтской мифологии. В «Послании архиепископа Новгородского Василия ко владыке Тверскому Федору» (XIV в.) рассказывается, что новгородские мореплаватели во главе с неким Моиславом были занесены ветром к высоким горам, за которыми лежал Р., на одной из гор виднелось нерукотворное изображение «Деисуса» (Христос, Дева Мария, Иоанн Креститель), изза гор лился необычайный свет и слышались «веселия гласы», а к горам подходила небесная твердь, сходясь с землей. Секуляризация темы Р. как сада в западноевропейском искусстве, начиная с позднего северного средневековья, идет по линии чувствительной идиллии среди зелени, с натуралистическим изображением цветов, источника, грядок и т. п.; позднее сад все больше превращается в лес, на подаче которого оттачивается чувство ландшафта.

Линия Р. как города имеет за собой очень древние и широко распространенные представления о «круглых» и «квадратных» святых городах (срв. «квадратный Рим», основанный Ромулом), отражающих своим геометрически регулярным планом устроение вселенной («круг земель»); Р. как сад, сближаясь и в этом с Р. как городом, тоже мог давать в плане правильный круг (как на миниатюре братьев Лимбург в «Богатейшем часослове герцога Беррийского», нач. XV в.). Новозаветный Небесный Иерусалим квадратен; каждая сторона этого квадрата имеет по 12 000 стадий (ок. 2 220 км), то есть ее протяженность представляет собой результат умножения чисел 12 (число избранничества и «народа Божьего», см. ст. «Двенадцать апостолов») и 1000 (полноты, космического множества); стороны ориентированы строго на 4 страны света, выявляя мистическое тождество срединного города и круга земель, причем каждая из них имеет по 3 ворот, показывая на каждую страну света образ Троицы (Откр. 21:1316). Материалы, из которых выстроен город, светоносны; они уподобляются то «чистому золоту» и «прозрачному стеклу» (срв. соединение золота и стекла в технике христианских искусств — византийской мозаики и западноевропейского витража), то 12 самоцветам из нагрудного украшения, которое должен был носить древнееврейский первосвященник, то жемчугу, символизировавшему духовный свет (Откр. 21:11; 1821). Поскольку весь город осиян «славой Божией», сходной с ясписом, и освящен реальным присутствием Бога, он уже не нуждается в храме как особом святом месте (22). Истекающая от престола Бога «река воды жизни» и растущее «по ту и другую сторону реки» древо жизни (Откр. 22:12) еще раз обнаруживают в Небесном Иерусалиме черты сада Эдема. В ирландском «Видении Тнугдала» (сер. XII в.) образ Р. как города подвергается утроению: иерархия Серебряного города, Золотого города и Города драгоценных камней, соответствующая иерархии населяющих эти города святых. Если новоевропейская секуляризация темы Р. как сада вела к идеализированному образу природы, т. е. к идеологии натурализма, то секуляризация темы Р. как города вела к идеализированному образу общества и цивилизации, т. е. к идеологии утопии (урбанистические фантазии, начиная с позднего Возрождения; «Город Солнца» Т. Кампанеллы, «Христианополис» И. В. Андрэе, где связь с новозаветным прототипом особенно очевидна, и т. п.).

Напротив, Р. как небеса есть принципиальная противоположность всего «земного» и, следовательно, трансцендирование природы и цивилизации. Конкретные образы, в которых воплощалась эта тема, заданы той или иной космологией: в ранних или низовых текстах — ближневосточной (небеса, надстроенные над плоской землей), но обычно аристотелевскоптолемеевской (концентрические сферы вокруг земного шара, сфера Луны как граница между дольним миром тления и беспорядочного движения и горним миром нетления и размеренного шествия светил, огневое небо Эмпирея, объемлющее прочие сферы и руководящее их движением, как абсолютный верх космоса и предельное явление божественного присутствия). Во втором случае христианская фантазия имела языческий образец — «Сновидение Сципиона» из диалога Цицерона «О государстве», рисующее блаженный путь отрешенной от земли и тела души к звездам. Тема Р. как небес, в отличие от Эдема и Небесного Иерусалима, была почти неподвластна изобразительным искусствам, но зато была классически разработана в последней части «Божественной комедии» Данте, где 9 небесных сфер (Эмпирей и небо неподвижных звезд и 7 небес Сатурна, Юпитера, Марса, Солнца, Венеры, Меркурия и Луны) поставлены в связь с учением о девяти чинах ангельских, упомянута гармония сфер, о которой учили пифагорейцы, идея иерархии избранников примирена с их равенством в единении (души являются Данте на той или иной сфере в меру своей славы, но по существу пребывают на Эмпирее, с Богом), души объединены в личностносверхличные сущности Орла и Розы, и целое дано как панорама оттенков света.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: София-Логос. Словарь

Рай

не вполне ясная этимология рус. слова связывается с авест. ray, «богатство, счастье», и др.-инд. rayis, «дар, владение»), парадиз (греч. гохр&басос; «сад, парк», от др.-иран.раот-iiaeza, «отовсюду огороженное место»; из греч.лат. paradisus и обозначения Р. во всех зап.-европ. языках), в христианских представлениях место вечного блаженства, обещанное праведникам в будущей жизни. С точки зрения строгой теологии и мистики о Р. известно только одно — что там человек всегда с Богом (раскаявшемуся разбойнику Христос обещает не просто Р., но говорит: «ныне же будешь со Мною в Р.», Лк. 23:43); он соединяется с Богом, созерцает Его лицом к Лицу (то, что на латыни схоластов называется visio beatifica, «видение, дарующее блаженство»). Возможности человеческой фантазии блаженство Р. заведомо превышает: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9, переосмысленная цитата Ис. 64:4). Новый Завет (в отличие от Корана, где Р. именутся Джанна) не дает чувственных и наглядных образов Р., но или чисто метафорическую образность притч о браке, о брачном пире и т. п. (Мф. 25:1-12; Лк. 14:16— 24 и др.), или формулы без всякой образности вообще (например, «войти в радость господина своего», Мф. 25:21), дающие понять, что самая природа человека и его бытие «в воскресении» радикально переменятся («в воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божий на небесах», Мф. 22:30; «мы теперь дети Бога, но еще не открылось, что будем; знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть», 1 Ин. 3:2). Еще путь Данте по Р. в конечном счете ведет к узрению Троицы («Р.», XXXIII). Что касается мифологизирующей, наглядно опредмечивающей разработки образов Р. в христианской литературной, иконографической и фольклорной традиции, то она идет по трем линиям: Р. как сад; Р. как город; Р. как небеса. Для каждой линии исходной точкой служат библейские или околобиблейские тексты: для первой — ветхозаветное описание Эдема (Быт. 2:8-3, 24); для второй — новозаветное описание Небесного Иерусалима (Апок. 21:2-22, 5); для третьей — апокрифические описания надстроенных один над другим и населенных Ангелами небесных ярусов (начиная с «Книг Еноха Праведного»). Каждая линия имеет свое отношение к человеческой истории: Эдем — невинное начало пути человечества; Небесный Иерусалим — эсхатологический конец этого пути; напротив, небеса противостоят пути человечества, как неизменное - переменчивому, истинное - превратному, ясное знание — заблуждению, а потому правдивое свидетельство -беспорядочному и беззаконному деянию (тот же Енох ведет на небесах летопись всем делам людей от начальных до конечных времен). Эквивалентность образов «сада» и «города» для архаического мышления выражена уже в языке (слав, град означало и «город» и «сад, огород», срв. градарь, «садовник», вертоград, нем. Garten, «сад»). Они эквивалентны как образы пространства «отовсюду огражденного» (срв. выше этимологию слова «парадиз») и постольку умиротворенного, укрытого, упорядоченного и украшенного, обжитого и дружественного человеку — в противоположность «тьме внешней» (Мф. 22:13), лежащему за стенами хаосу (срв. в скандинавской мифологии оппозицию миров Мидгард-Утгард). Огражденность и замкнутость Эдема, у врат которого после грехопадения Адама и Евы поставлен на страже Херувим с огненным мечом (Быт. 3:24), ощутима тем сильнее, что для ближневосточных климатических условий сад — всегда более или менее оазис, орошаемый проточной водой (Быт. 2:10, срв. проточную воду как символ благодати, Пс. 1:3) и резко отличный от бесплодных земель вокруг, как бы миниатюрный мир со своим особым воздухом (в поэзии сирийского автора IV в. Ефрема Сирина подчеркивается качество ветров Р., сравнительно с которыми дуновения обычного воздуха — зачумленные и тлетворные). Поскольку Эдем — «земной Р.», имеющий географическую локализацию «на востоке» (Быт. 2:9), в ареале северной Месопотамии (хотя локализация эта через понятие «востока» связана с солнцем и постольку с небом, поскольку восток — эквивалент верха), заведомо материальный, дающий представление о том, какой должна была быть земля, не постигнутая проклятием за грех Адама и Евы, мысль о нем связана для христианства (особенно сирийского, византийского и русского) с идеей освящения вещественного, телесного начала. Тот же Ефрем, опираясь на ветхозаветное упоминание четырех рек, вытекающих из Эдема(Быт. 2:11), говоритоводах Р., таинственно подмешивающихся к водам земли и подслащивающих их горечь. В сказаниях о Деве Марии и о святых (от повара Евфросина, ранняя Византия, - до Серафима Саровского, Россия, XVIII-XIX вв.) возникает мотив занесенных из Р. целящих или утешающих плодов, иногда хлебов (эти яства, как и воды у Ефрема, символически соотнесены с Евхаристией, «хлебом Ангелов» - недаром в житии Евфросина плоды кладут на дискос — и стоят в одном ряду с Граалем). В качестве места, произра-щающего чудесные плоды, Р. можно сопоставить с садом Гесперид в греческой мифологии и с Аваллоном в кельтской мифологии. В «Послании архиепископа Новгородского Василия ко владыке Тверскому Федору» (XIV в.) рассказывается, что новгородские мореплаватели во главе с неким Моиславом были занесены ветром к высоким горам, за которыми лежал Р., на одной из гор виднелось нерукотворное изображение «Деисуса» (Христос, Дева Мария, Иоанн Креститель), из-за гор лился необычайный свет и слышались «веселия гласы», а к горам подходила небесная твердь, сходясь с землей. Секуляризация темы Р. как сада в западноевропейском искусстве, начиная с позднего северного средневековья, идет по линии чувствительной идиллии среди зелени, с натуралистическим изображением цветов, источника, грядок и т. п.; позднее сад все больше превращается в лес, на подаче которого оттачивается чувство ландшафта. Линия Р. как города имеет за собой очень древние и широко распространенные представления о «круглых» и «квадратных» святых городах (срв. «квадратный Рим», основанный Ромулом), отражающих своим геометрически регулярным планом устроение вселенной («круг земель»); Р. как сад, сближаясь и в этом с Р. как городом, тоже мог давать в плане правильный круг (как на миниатюре братьев Лимбург в «Богатейшем часослове герцога Беррийского», нач. XV в.). Новозаветный Небесный Иерусалим квадратен; каждая сторона этого квадрата имеет по 12 000 стадий (ок. 2 220 км), то есть ее протяженность представляет собой результат умножения чисел 12 (число избранничества и «народа Божьего», см. ст. «Двенадцать апостолов») и 1000 (полноты, космического множества); стороны ориентированы строго на 4 страны света, выявляя мистическое тождество срединного города и круга земель, причем каждая из них имеет по 3 ворот, показывая на каждую страну света образ Троицы (Откр. 21:13-16). Материалы, из которых выстроен город, светоносны; они уподобляются то «чистому золоту» и «прозрачному стеклу» (срв. соединение золота и стекла в технике христианских искусств — византийской мозаики и западноевропейского витража), то 12 самоцветам из нагрудного украшения, которое должен был носить древнееврейский первосвященник, то жемчугу, символизировавшему духовный свет (Откр. 21:11; 18-21). Поскольку весь город осиян «славой Божией», сходной с ясписом, и освящен реальным присутствием Бога, он уже не нуждается в храме как особом святом месте (22). Истекающая от престола Бога «река воды жизни» и растущее «по ту и другую сторону реки» древо жизни (Откр. 22:1-2) еще раз обнаруживают в Небесном Иерусалиме черты сада Эдема. В ирландском «Видении Тнугдала» (сер. XII в.) образ Р. как города подвергается утроению: иерархия Серебряного города, Золотого города и Города драгоценных камней, соответствующая иерархии населяющих эти города святых. Если новоевропейская секуляризация темы Р. как сада вела к идеализированному образу природы, т. е. к идеологии натурализма, то секуляризация темы Р. как города вела к идеализированному образу общества и цивилизации, т. е. к идеологии утопии (урбанистические фантазии, начиная с позднего Возрождения; «Город Солнца» Т. Кампанеллы, «Христианополис» И. В. Андрэе, где связь с новозаветным прототипом особенно очевидна, и т. п.). Напротив, Р. как небеса есть принципиальная противоположность всего «земного» и, следовательно, трансцендирование природы и цивилизации. Конкретные образы, в которых воплощалась эта тема, заданы той или иной космологией: в ранних или низовых текстах — ближневосточной (небеса, надстроенные над плоской землей), но обычно аристотелевско-птолемеевской (концентрические сферы вокруг земного шара, сфера Луны как граница между дольним миром тления и беспорядочного движения и горним миром нетления и размеренного шествия светил, огневое небо Эмпирея, объемлющее прочие сферы и руководящее их движением, как абсолютный верх космоса и предельное явление божественного присутствия). Во втором случае христианская фантазия имела языческий образец — «Сновидение Сципиона» из диалога Цицерона «О государстве», рисующее блаженный путь отрешенной от земли и тела души к звездам. Тема Р. как небес, в отличие от Эдема и Небесного Иерусалима, была почти неподвластна изобразительным искусствам, но зато была классически разработана в последней части «Божественной комедии» Данте, где 9 небесных сфер (Эмпирей и небо неподвижных звезд и 7 небес Сатурна, Юпитера, Марса, Солнца, Венеры, Меркурия и Луны) поставлены в связь с учением о девяти чинах ангельских, упомянута гармония сфер, о которой учили пифагорейцы, идея иерархии избранников примирена с их равенством в единении (души являются Данте на той или иной сфере в меру своей славы, но по существу пребывают на Эмпирее, с Богом), души объединены в лич-ностно-сверхличные сущности Орла и Розы, и целое дано как панорама оттенков света. Сергей Аверинцев. София-Логос. Словарь

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Большой толковый словарь по культурологии

Найдено схем по теме РАЙ — 0

Найдено научныех статей по теме РАЙ — 0

Найдено книг по теме РАЙ — 0

Найдено презентаций по теме РАЙ — 0

Найдено рефератов по теме РАЙ — 0