НИХОНДЗИН РОН , другое название НИХОН БУНКА РОННИЦШЕ В РОССИИ

НИЦШЕ

Найдено 3 определения термина НИЦШЕ

Показать: [все] [краткое] [полное] [предметную область]

Автор: [отечественный] [зарубежный] Время: [советское] [современное]

НИЦШЕ (Фридрих)

немецкий философ (Реккен, Саксония, 1844 — Веймар, 1900). Учился в Бонне и Лейпциге, был другом Р. Вагнера. Преподавал в Базельском университете с 1869 по 1878 г. Перед смертью лишился рассудка. Горячая любовь к жизни была неизменным принципом его философии. Его поиск синтеза между дионисийским миром желания и аполлоновским миром мудрости («Рождение трагедии из духа музыки», 1872), отказ от христианской или «рабской морали» («Человеческое, слишком человеческое», 1878; «По ту сторону добра и зла», 1886), его «переоценка ценностей», заменяющая теории готовых ценностей творческой моралью, его теория «сверхчеловека» («Так говорилi Заратустра», 1883-1885; «Генеалогия морали», 1887; «Сумерки богов», 1888), так же как и теория «вечного возвращения» событий человеческой жизни — таковы основные темы его мысли. Усилие его моральной теории искало выхода из глубокого пессимизма, при этом признавая все виды негативного опыта, все «несчастья», которые уготованы человеку жизнью: его максимой было «сделать из самой глубокой безнадежности самую непобедимую надежду», что возможно лишь благодаря героическому усилию воли и воображения. Его лиризм, предполагающий эстетическое созерцание жизни и природы, сближает его мысль с философией природы немецкого романтизма (Шеллинг, Шопенгауэр). Его теория вечного возвращения оказала влияние на дальнейшее развитие философии истории, в частности на теории «культурных циклов» Шпенглера и Тойнби; его индивидуалистическая мораль отметила собой некоторые литературные произведения, например Жида. Что же касается эксплуатации его философского наследия фашизмом и национал-социализмом, то это связано с деформацией и превратным толкованием мысли философа, который всегда противопоставлял «прусское скотство» французской цивилизации.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философский словарь

НИЦШЕ

книга Делеза ("Nietzsche". Paris, 1965), написанная по итогам философского коллоквиума в Руайомоне (1964). (В 1962 Делезом была опубликована философская монография "Ницше и философия", посвященная собственно философским аспектам творчества Ницше, а также отношению последнего к основополагающим постулатам европейской метафизики.) В рамках коллоквиума разрабатывались возможные подходы и принципы издания полного собрания сочинений Ницше на французском языке. В отличие от первой книги, опиравшейся преимущественно на реконструкцию текстов мыслителя, "Н." отражал проблемы личностного опыта Ницше, открытия им новых горизонтов и потенций философской жизни. В начале своего сочинения Делез цитирует рассказ Ницше о трех превращениях (первая часть "Так говорил Заратустра"): "Три превращения духа называю я вам: как дух становится верблюдом, львом верблюд и, наконец, ребенком становится лев". Верблюд несет на себе ярмо установленных ценностей, бремя образования, морали и культуры. В пустыне верблюд становится львом: лев разбивает статуи, растаптывает сброшенное с себя бремя установленных ценностей, обрушивается на них с критикой. В конце концов, льву надлежит стать ребенком, то есть творцом новых ценностей и новых принципов оценивания. В этой мысли Ницше очерчены периоды его собственной жизни и здоровья. Как отмечает Делез, "лев сидит в верблюде, ребенок — во льве; трагический исход заложен уже в ребенке". Излагая вехи жизни Ницше, Делез пишет: "в 1878 году "Человеческое, слишком человеческое" открывает великую критику ценностей, годы Льва. Друзья перестают его понимать, Вагнер обрушивается с нападками. Главное же: он все больше и больше болен". По мысли Делеза, никогда болезнь (или даже — безумие) не была источником вдохновения Ницше. Он, скорее, видит в болезни точку зрения на здоровье, а в здоровье — точку зрения на болезнь: "Рассматривать с точки зрения больного более здоровые понятия и ценности, и наоборот, с точки зрения полноты и самоуверенности более богатой жизни смотреть на таинственную работу инстинкта декаданса — таково было мое длительное упражнение, мой действительный опыт, и если в чем, так именно в этом я стал мастером". Болезнь как оценивание здоровья, моменты здоровья как оценивание болезни — вот тот "переворот", то "перемещение перспектив", в котором Ницше усматривает сущность своего метода и свое призвание к переоценке ценностей. Делез подчеркивает при этом: "У Ницше все маска. Первая, для гения, — его здоровье; вторая — и для гения, и для здоровья — его страдания. В единство "Я" Ницше не верит, не ощущает его в себе: тончайшие отношения власти и оценивания, отношения между различными "я", которые прячутся, но в совокупности выражают силы совсем иной природы: силы жизни, силы мысли, — вот в чем заключается концепция Ницше, его образ жизни". После 1883—1885 (написание четырех частей "Заратустры") Ницше, по словам Делеза, "доводит критику до уровня, которого прежде она не знала, делает ее орудием "преобразования" ценностей, ставит "Нет" на службу высшего утверждения ("По ту сторону добра и зла", 1886; "К генеалогии морали", 1887). — Это и есть третье превращение, становление ребенком". Ницше включает в философию два средства выражения — афоризм и стихотворение; формы, сами по себе подразумевающие новую концепцию философии, новый образ и мыслителя, и мысли. Идеалу познания, поискам истинного он противопоставляет толкование и оценку. Толкование закрепляет всегда частичный, фрагментарный "смысл" некоего явления; оценка определяет иерархическую "ценность" смыслов, придает фрагментам цельность, не умаляя и не упраздняя при этом их многообразия. Именно афоризм являет собой как искусство истолкования, так и нечто толкованию подлежащее; стихотворение — и искусство оценки, и нечто оценке подлежащее. Толкователь — это физиолог или врачеватель, тот, кто наблюдает феномены как симптомы и говорит афоризмами. Ценитель — это художник, который наблюдает и творит "перспективы", говорит стихами. Философ будущего должен быть художником и врачевателем, одним словом, — законодателем. Такой тип философа, по Делезу, является древнейшим. Согласно Ницше, забыто было единство мысли и жизни: мысль активизируется жизнью, которую, в свою очередь, утверждает мысль. У нас, по мысли Делеза, не осталось даже представления об этом досократическом единстве мысли и жизни; у нас не осталось иного выбора: либо ничтожная жизнь, либо безумный мыслитель. Исторически философия развивалась не иначе, как вырождаясь, обращаясь против самой себя, сживаясь со своей маской — маской жреца. Вместо того, чтобы искать единства активной жизни и утверждающей мысли, она ставит перед собой задачу судить жизнь, противополагать ей так называемые высшие ценности, соизмерять ее с этими ценностями, ограничивать и порицать. (По мысли Ницше, "философия... есть добровольное пребывание среди льдов и горных высот, искание всего странного и загадочного в существовании, всего, что было до сих пор гонимого моралью".) Мысль становится отрицающей. Физиологом, врачевателем философ быть перестает — и становится метафизиком; перестает быть поэтом — становится "публичным профессором". Философия отныне — не что иное, как перепись доводов, при помощи которых человек убеждает себя в необходимости повиноваться. Вырождение философии начинается с Сократа. По мысли Делеза, если метафизика берет начало с различения двух миров, с противополагания сущности и видимости, истинного и ложного, умопостигаемого и чувственного, то следует прямо сказать, что именно Сократ изобрел метафизику: он превратил жизнь в то, что надлежит оценивать, соизмерять, ограничивать, он сделал мысль мерой и границей, которую устанавливают во имя высших ценностей: Божественного, Истинного, Прекрасного, Благого. Диалектика продолжает этот обман: она есть не что иное, как искусство примирения отчужденных свойств явления. Делез вопрошает: разве был убит Бог, когда на его место встал человек, сохранив самое главное — место. Человека отныне нагружают не извне — он сам взваливает на себя свое бремя, бремя "высших ценностей". "Ницше был первым, кто сказал нам, что для преобразования ценностей мало убить Бога. В его творчестве имеется немало вариаций на тему смерти Бога, около пятнадцати, не меньше, — фиксирует Делез, — и все — необыкновенной красоты". Ницше желает сказать, что человек уродует себя, когда не испытывая более потребности во внешней инстанции, сам воспрещает себе то, в чем ему некогда было отказано свыше. Особое внимание Делез уделяет главным концептам философии Ницше: "очень важно избежать искажения смысла в понимании ницшевского принципа воли к власти. Принцип этот не означает (по крайней мере, изначально), что воля хочет власти или вожделеет господства. Природа воли к власти, по Ницше, — не в том, чтобы вожделеть, не в том даже, чтобы брать, но в том, чтобы творить и отдавать. Власть — как воля к власти — это не то, чего волит воля, это то, что волит в воле". Делез фиксирует два типа сил, которым соответствуют два лика воли к власти. "Активные" силы утверждают — утверждают собственное отличие; силы "реактивные" сопротивляются всему отличному от них, отрицание в них первично. Утверждению, по Ницше, присуще быть множественным, отрицанию же — единственным, монистичным, грузным. Как отмечает Делез, реактивные силы, как правило, одерживают верх, в воле к власти торжествует отрицание. Сама жизнь становится приспособительной, регулирующей, она умаляется до вторичных форм: мы даже не понимаем, что значит — действовать. Всеобщую победу реактивных сил и воли к отрицанию Ницше называет "нигилизмом", или — триумфом рабов. (По Делезу, "разрушение всех установленных ценностей — как божественных, так и человеческих" — и составляют нигилизм.) Рабы, по Ницше, торжествуют не в результате сложения собственных сил, а посредством отнятия силы у другого: они отделяют сильного от того, на что он способен. (Согласно Ницше, "всегда должно сильных защищать от слабых".) Они торжествуют посредством заразительной силы своей слабости. "Раб" только реагирует на жизнь — реакция составляет существо рабского бытия. Это и есть "вырождение". По мысли Ницше, наши господа — всего лишь рабы, восторжествовавшие во всемирном поработительном становлении: европеец, человек прирученный, шут... Лишь когда торжествует нигилизм, тогда и только тогда воля к власти означает уже не волю к творчеству, но вожделение господства. Такая воля к власти суть рабская воля: именно такое представление о власти раб применяет, когда торжествует победу. Власть — как сила жизни — хочет бесконечности, следовательно идея торжества, победы, приостанавливающих движение жизни, остается ей чуждой. Согласно Ницше, этапы триумфального шествия нигилизма (по Делезу, соответствующие "величайшим открытиям ницшевской психологии") таковы: 1) "Злопамятство": упрек и обвинение, проекция на другого ("ты виноват, что я слаб и несчастен"); 2) Нечистая совесть: момент интроекции, заразительное углубление в собственную виновность; 3) Аскетический идеал: момент сублимации, отрицание жизни — жизнь желают судить согласно ценностям, якобы жизнь превосходящим; спасение сулится самым реактивным, самым слабым, самым больным формам жизни. Так и рождается союз Бога-Ничто и Человека-Реактивного. Рассмотренные этапы, по Ницше, соответствуют иудаизму, впоследствии — христианству (процесс, подготовленный вырождением философии в Греции); 4) Смерть Бога: момент присвоения; человек сам хочет стать Богом, встать на его место. Идея Ницше заключается в том, что смерть Бога является, бесспорно, величайшим, ошеломительным, но недостаточным событием. Нигилизм продолжается, только чуть сменив форму; 5) Последний человек и человек, который желает гибели: конечный момент. Смерть Бога ждет своего смысла и своего значения. Человек остается под гнетом установленных ценностей. Последний человек говорит, что все суета сует и уж лучше погаснуть в бездействии. Реактивная жизнь отрицается как таковая — рождается мысль об активном саморазрушении. По Делезу, различие между последним человеком и человеком, который желает гибели, фундаментально у Ницше. Необходимо дойти до последнего из людей, затем — до человека, который хочет гибели ради того, чтобы отрицание, обратившись, наконец, против реактивных сил, стало само по себе действием и перешло на службу высшего утверждения — утверждения в воле к власти. Нигилизм может быть побежденным лишь самим собой. (Нигилизм отрицает многообразие и становление, полагая их тем, что должно быть искуплено, поглощено Бытием.) Напротив, первая фигура преобразования ценностей, по Ницше, утверждение многообразия и становления как таковых. Единым должно зваться многообразное как таковое, становление как таковое должно зваться Бытием. Возникает третья фигура утверждения (первая — утверждение многобразия и становления, вторая — утверждение утверждения, раздвоение утверждения): игра Вечного Возвращения. Возвращение есть не что иное, как бытие становления, единое многого, необходимость случайного. Согласно Делезу, "важно избежать смешения Вечного Возвращения и возвращения Того Же Самого". Тожесть не предсуществует многообразию; возвращается не То Же Самое, поскольку возвращение является изначальной формой Тожести, которая только зовется разнообразием, многообразием, становлением. То Же Самое не возвращается, единственно возвращение тождественно становлению. (См. подробнее: Вечное возвращение.) В завершении книги Делез отмечает: "мы, читатели Ницше, должны избежать четырех возможных ошибок: 1) по поводу воли к власти (нельзя думать, что воля к власти означает "вожделение господства" или "волю властвовать"); 2) по поводу сильных и слабых (нельзя думать, что самые "могущественные" в каком-то социальном устройстве являются самыми сильными); 3) по поводу Вечного Возвращения (нельзя думать, что речь идет о старой идее, позаимствованной у греков, индусов, египтян и т.п.; что речь идет о цикле, или о Возвращении Того Же Самого, о возвращении к тому же самому); 4) по поводу последних произведений (нельзя думать, что они выходят за рамки творчества или просто скомпрометированы безумием)". A.A. Грицанов

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Постмодернизм. Энциклопедия

НИЦШЕ

Nietzsche), Фридрих (15 окт. 1844 – 25 авг. 1900) – нем. философ, представитель иррационализма и волюнтаризма, поэт. Учился в Боннском и Лейпцигском ун-тах. С 1869 по 1879 – профессор Базельского ун-та (по классич. филологии). Творч. деятельность Н. продолжалась до 1889, когда он заболел душевным расстройством. В филос. развитии Н. обычно выделяются три периода. На первом этапе Н. предстает как последователь учения Шопенгауэра, в первую очередь его волюнтаризма, и Р. Вагнера ("Die Geburt der Trag?die aus dem Geiste der Musik", 1872; "Unzeitgem??e Betrachtungen", 1873). Второй период отмечен сближением Н. с позитивизмом, естествознанием ("Menschliches, Allzumnenschliches", 1878; "Die Morgenr?the", 1881). Третий период характеризуется усилением метафизического элемента, постепенной разработкой учения о воле к власти ("Die fr?hliche Wissenschaft", 1882; "Also sprach Zarathustra",Tl 1–3, 1883–84; "Jenseits von Gut und B?se", 1886; "Zur Genealogie der Moral", 1887; "G?tzend?mmerung", 1889; "Der Antichrist", 1888; "Der Wille zur Macht", опубл. 1889–1901). Философия Н. складывалась в эпоху усиления иррационалистич., а также позитивистских и релятивистских тенденций в бурж. философии. Отвергая кантовский дуализм явления и "вещи в себе" (и в лице Канта – всю рационалистич. традицию 17–18 вв.), Н. обращается к досократовской философии, привлекающей его нерасчлененностью мысли и бытия в противоположность аналитич. тенденциям и абстрактной систематике более поздней философии. Осн. понятия философии Н. – "мир", "жизнь", "вещь", "становление", "человек" и т.д. – синкретич. плана: они призваны восстанавливать цельность бытия и получают свой конкретный смысл в зависимости от контекста. Для Н. характерно произвольное употребление общепринятых терминов; свои идеи он часто облекал в форму фрагмента, афоризма. Мир, согласно Н., есть становление, бесцельность к-рого конкретизируется Н. в идее "вечного возвращения одного и того же". Понимая становление как чистое движение, а не как движение к.-л. определ. субстанции, Н. приходит к противоречиям, средоточием к-рых оказывается понятие "вещи", предполагающее момент устойчивого в хаосе становления (см. Werke, Bd 16, Lpz., 1912, fr. 516, 551; ср. fr. 531, 634). В основе мира лежит "воля", понимаемая многозначно: как нек-рая движущая сила "становления", имманентная действительности; как "сущее" в его динамичности (аналогично "материи" др.-греч. гилозоистов – см. там же, fr. 619); как страсть, чувство, аффект с различными оттенками (см. тамже, Bd 7, 1904, S. 28–29); как "воля к власти", к расширению своего "Я", к экспансии. У человека "воля к власти" тождественна "воле к жизни", т.е. подразумевает инстинкт самосохранения и борьбу за существование (Н. пользовался идеями Дарвина, перенося их на человеч. общество). Т.о., метафизич. проблематика, первоначально изгоняемая Н. из философии как абстрактная, возвращается в нее в форме волюнтаристич. идеализма. "Жизнь" – центр. понятие у Н., являющегося родоначальником направления философии жизни. Жизнь – это мир в аспекте его данности познающему субъекту; это мир, рассмотренный как организм; наконец, это истина и единств. реальность, к-рой должно быть подчинено духовное начало в человеке. Человека Н. рассматривает как биологич. организм, в процессе развития вырабатывающий все более сложные формы приспособления к окружающему миру. Человек в первую очередь есть тело; это нек-рая иерархич. структура, где интеллект есть высший слой, необходимый для сохранения низших, жизненных и жизненно необходимых инстинктов. Подчеркивая генетич. опосредованность разных уровней человеч. психики, Н. полагает, что в человеке в снятом виде наличествуют все ступени его эволюции (см. тамже, Bd 15, fr. 104; Bd 16, fr. 492 и др.). Агностич. и прагматич. тенденция философии Н. обнаруживается в его понимании интеллекта, к-рый "не познает, а схематизирует" мир в той мере, в какой это нужно для практич. потребностей (см. тамже, Bd 16, fr. 515). Все мышление насквозь метафорично (см. темже, Bd 10, 1903, fr. 140, ср. также fr. 171, 194), причем образность еще связывает человека с действительностью, тогда как науч. понятия лишены и этой связи. Согласно П., причина, последовательность, относительность, число, закон, свобода, основание, цель и др. категории суть субъективные фикции и отнесение их к миру есть мифология (см. тамже, Bd 7, S. 33; о числе – см. Bd16, fr. 490). Вообще дискретный образ мира является иллюзорным, хотя дискретность обеспечивает возможность мышления (см. тамже, Bd 12, 1901, fr. 24 и др.). В том же прагматич. духе Н. истолковывает и человеч. убеждения, к-рые образуют иерархию: от присущих всем людям жизненно необходимых "фикций" (см. тамже, fr. 16) до сугубо индивидуальных. В ранних произв. H. понимал эту иерархию так, что некоторая субъективная, личная мифология в условиях общественного ("стадного") существования подвергается нивелированию ввиду возможных вредных ее последствий для общества путем создания мифологии коллективной. В теории познания Н. развивает идею "перспективизма": существует множество оценок одного и того же разными субъектами, что не означает неправомерности каждой из них: "Каждый центр сил конструирует, исходя из себя, весь остальной мир" (там же, fr. 636, ср. fr. 567). Науку Н. рассматривает "как по возможности верное очеловечивание вещей: мы учимся все точнее описывать себя, описывая вещи в их последовательности" (там же, Bd 5, 1904, fr. 112). Видя в математике "только средство самого общего знания человека", Н. пишет: "все, в применении к чему слово "познание" имеет смысл, относится к той области, где можно считать, взвешивать, измерять, – к количеству: в то время как все наши оценочные восприятия (т.е. вообще все наши восприятия) привязаны к качествам, т.е. к нашим и только нам одним принадлежащим "истинам", которые вообще не могут быть „познаны“" (там же, Bd 16, fr. 565). В ряде мест Н. предвосхищает логич. проблематику неопозитивизма, таковы, напр., его высказывания об иллюзии науки без постулатов (см. тамже, Bd 5, fr. 344); о возможности исчисления всех метафизич. систем, понятых как варианты одной схемы (см. тамже, Bd 7, S. 31); о логике практич. мышления (см. тамже, Bd 5, fr. 111) и др. Э т и к а и э с т е т и к а. В этике Н. выступает как представитель нигилизма. Совр. культура оценивается им как культура "декаданса": возрастание роли интеллекта ослабляет основные, первонач. инстинкты человека, уничтожает ощущение слитности его с миром; жизнь как единств. абс. ценность умаляется в ее значении. Для культуры эпохи декаданса, по Н., характерны: христ. мораль с ее культом духовного и милосердием, шопенгауэровское отрицание ценности жизни и "религия сострадания". Мораль играет разлагающую роль – она есть послушание, "формальная совесть", выработанная человеком в коллективах (племенах, народностях, гос-ве, церкви), есть "инстинкт толпы", развившийся в ущерб приказыванию (см. тамже, Bd 7, fr. 198). Усматривая нарушение естеств. иерархии в преобладании историзма в мышлении (как моменте абстрагирования от настоящего, т.е. от жизни) и распространении демократич. идеологии, закрепляющей "стадные" инстинкты, H. обрушивается на социализм, на рабочее и массовое движение вообще, на христианство и его мораль, на все то, что проникнуто "демократическим" духом. Критика культуры у Н. – это критика изнутри, средствами "декаданса". Н. с его теорией "вечного возвращения" отрицает обществ. прогресс, противопоставляя ему amor fati (любовь к судьбе), отвергает с антидемократич. позиций идеи равенства и справедливости как разлагающие цельность человеч. природы, защищает социальную иерархию и развивает элитарную концепцию абс. господства "высшей касты" – немногих людей, имеющих право "воплощать счастье, красоту, добро", над подавляющим большинством – "посредственностью", к-рую не общество, а сама природа будто бы предназначила к тому, чтобы быть "общественной пользой, колесом, функцией": "для посредственного существовать в качестве посредственного – счастье" (там же, Bd 8, S. 301, 303). Призывая к "переоценке всех ценностей", Н. видит идеал в возвращении к первично-жизненному, к естественному, в к-ром требование свободы человеч. личности от лицемерных притязаний бурж. морали сочетается с апологией инстинктивных сторон в человеке. Образ "сверхчеловека" отражает те же стороны его критики морали: это образ человека, индивидуалистически преодолевающего нынешний мир и нынешних людей – вне всяких моральных норм и с крайней жестокостью; но это также и идея "человека будущего", оставившего позади современность с ее пороками и ложью. Образ "сверхчеловека" – это и культ сильной личности, одержимой волей к власти. В своей критике и отрицании морали Н. пытается опереться на нек-рые филос. доводы. Во-первых, механистич. идея абс. детерминизма приводит Н. к выводу о полной произвольности всех критериев морали (Н. отрицает существование свободы воли), поскольку все человеч. поступки внешне обусловлены, а потому моральная оценка к ним неприложима. Во-вторых, согласно Н., все формы человеч. поведения маскируют "волю к власти", к-рая у людей слабых проявляется как воля к "свободе", у более сильных – как воля к большей власти и, если безуспешно, то как воля к "справедливости", у самых сильных – как любовь к человечеству, чем прикрывается стремление к подавлению чужой воли (см. тамже, Bd 16, fr. 776). Позитивистские и волюнтаристские представления Н. тесно связаны и с его атеизмом, из к-рого для Н. вновь следует отрицание морали. Наконец, представление о хаотичности мира, об отсутствии в нем закономерного развития (противоречащее детерминизму) означает для Н. и бессмысленность морали. Для Н. как философа жизни критерием оценки всех явлений духа служит степень автоматич. включенности человека с их помощью в стихийный и нерасчлененно-целостный поток жизни. Ценность искусства, напр., в его аналогичном подобии жизни, его "энергийности". Рассматривая иск-во как "метафизическое дополнение действительности – для преодоления последней" (там же, Bd 1, 1909, fr.167), H. выделяет в нем два начала: "дионисийское" (стихийное, оргиастическое, экстатическое) и "аполлоновское" (просветленное, гармоническое, рефлективное). Эти противоборствующие силы характеризуют само бытие, причем дионисийское, изначально-жизненное лежит в основе бытия; идеал культуры заключается в опосредовании и достижении равновесия этих полярных начал. Иск-во – это сублимация чувств. удовольствия; восприятие произведения иск-ва сопровождается возбуждением полового инстинкта, опьянением, жестокостью (как глубинными состояниями психики); их смешение производит эстетич. состояние; иск-во есть "избыток, излияние цветущей телесности в мир образов и желаний" (там же, Bd 16, fr. 801, 802). Биологизируя эстетику, H. определяет ее как "прикладную физиологию", а в эстетич. чувстве видит интуитивную оценку явления как полезного или вредного для организма (там же, fr. 804). Многие идеи Н., выраженные им в неясном и несистематич. виде, получили развитие в философии жизни, позитивизме, прагматизме, феноменологии, экзистенциализме. Из философов, непосредственно и сознательно примыкавших к Н., следует отметить Файхингера с его фикционализмом, видевшего в Н. своего осн. предшественника; Зиммеля с его концепцией целостной "жизни", к-рый обнаруживает близость к H. и в идее борьбы за существование ("воля к жизни"), и в морали; Клагеса, развившего иррационалистич. идеи Н. о духе и познании как враждебных жизни; Шпенглера, в философии истории к-рого была развита идея культурных циклов, подготовленная представлениями Н. о "вечном возвращении" и о действительности как организме. Н. предвосхитил идеи и установки психоанализа в понимании человека как единства нескольких уровней, в своей борьбе с моральными предрассудками (ср. там же, Bd 7, fr. 35–37, 46 и др.), в концепции иск-ва и творчества (гениальность как форма невроза – см. там же, Bd 16, fr. 812) и т.д. Раннего Фрейда с Н. сближает генетич. подход к психике, объясняющий явления высшего уровня из связи с явлениями низших уровней. "Воля к власти" в близких значениях фигурирует у Г. Адлера и Юнга для обозначения одного из комплексов. Н и ц ш е а н с т в о – течение, связанное с именем Н., было одним из самых реакц. явлений в культурной жизни Европы и особенно Германии первых десятилетий 20 в. Оно представляло собой продукт приспособления отд. сторон и идей философии Н., с одной стороны, к потребностям национализма и милитаризма, получивших законченное выражение в фашизме, а с др. стороны – к декадентскому эстетству начала века. В обоих случаях на первый план в ницшеанстве выступали моральный релятивизм, человеконенавистнич. идеи, волюнтаризм, идеи сильной личности, расизм и антисемитизм. Мелкобурж. круги, тяготевшие к ницшеанству, были захвачены критикой Н. капитализма, мещанской, филистерской морали, утилитаризма, его иррационализмом и алогизмом. Фашистские идеологи (А. Розенберг и др.) стремились опереться на философию Н. для оправдания политики "третьего рейха". Превращению философии Н. в профашистскую идеологию способствовала, в частности, деятельность кружка, группировавшегося вокруг сестры Н. – Э. Ферстер-Ницше, к-рая не останавливалась даже перед фальсификацией его соч. (см. К. Schlechtа, Der Fall Nietzsche, M?nch., 2 Aufl., 1959). Фашисты (пытавшиеся использовать в своих целях и Гете, и Гельдерлина, и нем. классич. идеализм) обратились к идеям Ницше о зависимости духа, языка, мышления от расы для обоснования расизма. В трудах марксистских критиков содержится критика ницшеанства как явления, выразившего идеологию реакц. классов. В своем конечном значении, в объективно-историч. условиях своего распространения, философия Н., как писал Меринг, была "...прославлением крупного капитала, и в этом своем качестве она нашла широкую публику" (Лит.-критич. статьи, т. 2, М.–Л., 1934, с. 508–09). Плеханов видел в аморализме Н. "... настроение, свойственное буржуазному обществу времен упадка..." и отмечал, что "... новейший индивидуализм, нашедший себе самого яркого представителя в лице Фридриха Ницше, является протестом против поступательного движения м а с с ы, поскольку в нем сказывается не опасение за права личности, а боязнь за классовые п р и в и л е г и и" (Избр. филос. произв., т. 3, 1957, с. 409, 446–47). Соч.: Werke, Bd 1–19, Lpz., 1903–13, Bd 20 (Register), Lpz., 1926; Gesammelte Werke. Musarion-Ausgabe, Bd 1–23, M?nch., [1920 ]–29; Werke und Briefe. Historisch-kritische Gesamtausgabe: Werke, Bd 1–5, M?nch., 1933–40; Briefe, Bd 1–4, M?nch., 1938–42; Werke, hrsg. von K. Schlechta, 2. Aufl., Bd 1–3, M?nch., 1960; Gesammelte Briefe, Bd 1–5, Lpz., 1902–1909; в рус. пер. – Полн. собр. соч., т. 1–3, 9, М., 1909–1912. Лит.: История философии, т. 3, М., 1959, с. 356–60; Одуев С. Ф., Реакционная сущность ницшеанства, М., 1959; Шварц Т., От Шопенгауэра к Хейдеггеру, пер. с нем., М., 1964; Файгингер Г., Н. как философ, М., 1902; Трубецкой Е. Н., Философия H., M., 1904; Миртов Д., Нравств. автономия по Канту и Н., СПБ, 1905; Шестов Л., Добро в учении гр. Толстого и Ф. Н., СПБ, 1907; его же, Достоевский и Н. (Философия трагедии), СПБ, 1908, Берлин, 1922; Рогачев Б., Фр. Н. Схематизированная интерпретация его философии, Париж, 1909; Риль ?., ?. ?. как художник и мыслитель, СПБ, 1909. Общие работы: Bertram ?., Nietzsche, В., 1918; ?ndlеr Сh., Nietzsche. Sa vie et sa pens?e, t. 1–6, P., 1920–31; Vaihinger H., Die Philosophie des Als-Ob, 7 und 8 Aufl., Lpz., 1922, S. 771–90; Liebmann W., Nietzsche f?r und gegen Vaihinger, M?nch., 1923; Jaspers К., Nietzsche, 3 Aufl., В., 1950; его же, Nietzsche und das Christentum, 2 Aufl., M?nch., 1952; Wolff H. M., Fr. Nietzsche. Der Weg zum Nichts, Bern, 1956; Kaufmann W., Nietzsche: Philosopher, psychologist, antichrist, ?. ?., 1956; L?with К., Nietzsches Philosophie der ewigen Wiederkunft des Gleichen, Stuttg., 1956; Mehring F., Luk?сs G., Fr. Nietzsche. Gesammelte Aufs?tze, В., 1957; Кremer-Marietti ?., Th?mes et structures dans l´oeuvre de Nietzsche, P., 1957; Stambaugh J., Untersuchungen zum Problem der Zeit bei Nietzsche, Den Haag, 1959; Heidegger M., Nietzsche, Bd 1–2, Stuttg., 1961; Heftriсh E., Nietzsches Philosophie. Identit?t von Welt und Nichts, Frankf., [1962 ]; Schlechta K., Anders ?., Fr. Nietzsche. Von den verborgenen Anf?ngen seines Philosophierens, Stuttg., 1962; Кerkhоff M. H., Physik und Metaphysik, M?nch., 1963 (Diss.); Bartuschat W., Nietzsche. Selbstsein und Negativit?t. Zur Problematik einer Philosophie des sich selbst vollendenden Willens, [Hdlb. ], 1964 (Diss.). H. и естествознание. Steverding В., Nietzsches Verh?ltnis zur Naturwissenschaft und Naturphilosophie, M?nster, 1951 (Diss.); Mittasсh ?., Fr. Nietzsche als Naturphilosoph, Stuttg., 1952. H. в истории философии. Oehler R., Fr. Nietzsche und die Vorsokratiker, Lpz., 1904; SimmeI G., Schopenhauer und Nietzsche, 3 Aufl., Lpz., 1923; Вianquis G., Nietzsche en France, P., 1929; Nietzsche. ?tudes et t?moignages..., P., 1950; Emge C. ?., Der "umgedrehte Platonismus". Anregungen Nietzsches zur Situationsphilosophie, Wiesbaden, 1951; его же, ?ber das bleibende Erbe Nietzsches, Wiesbaden, 1955; Quinze ann?es d´?tudes nietzsch?ennes en France, P., 1962–63 (La Revue des lettres modernes, No 76–77); L?with K., Von Hegel zu Nietzsche, 5 Aufl., Stuttg., 1964. Этика H. Heimsoeth H., Metaphysische Voraussetzungen und Antriebe in Nietzsches "Immoralismus", Wiesbaden, 1955; Benz E., Nietzsches Ideen zur Geschichte des Christentums und der Kirche, Leiden, 1956. Э с т е т и к а H. Diem G., Das Wesen der Kunst im Denken Nietzsches, K?ln, 1954 (Diss.); Schwanauer F., Die Literaturtheorie Fr. Nietzsches, Stuttg., 1963; Schulte G., Das Verh?ltnis von Kunst und Erkennen in der Philosophie Nietzsches, K?ln, 1961. Ал. В. Михайлов. Москва.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

Найдено схем по теме НИЦШЕ — 0

Найдено научныех статей по теме НИЦШЕ — 0

Найдено книг по теме НИЦШЕ — 0

Найдено презентаций по теме НИЦШЕ — 0

Найдено рефератов по теме НИЦШЕ — 0