МИНОТАВРМИНСКИЙ Марвин Ли

минская методологическая ш к о л а

Найдено 1 определение:

минская методологическая ш к о л а

МИНСКАЯ МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ Ш К О Л А — заметное явление в развитии исследований в области философии и методологии науки и продуктивно работающее научное сообщество, которое стало широко известным, начиная с 70—80-х гг. 20 столетия.         Создание этой школы, ее позиционирование в качестве самобытного творческого коллектива связано с именем академика РАН B.C. Степина и является одним из впечатляющих результатов его многогранной деятельности. Поэтому даже самая общая информация об основных достижениях и истоках формирования этого исследовательского коллектива с необходимостью предполагает реконструкцию важнейших этапов в творческой эволюции B.C. Степина и фиксацию важнейших результатов, полученных им в развитии философско-методологического знания. Достаточно полно и убедительно об основных концептуально-содержательных достижениях этой эволюции и ее социально-психологических контекстах рассказывает сам B.C. Степин в своем обширном интервью, которое предваряет книгу «Человек. Наука. Цивилизация», изданную в 2004 к его семидесятилетию.         В истории становления и функционирования М. м. ш. можно выделить три этапа. Первый их них был связан с формированием ее исходных оснований, своеобразного концептуально-теоретического начала и той атмосферы творческих дискуссий, в которых идеи обретали своих сторонников и последователей. Это был период конца 60-х — начала 70-х гг. 20 в., когда разработанная B. C. Степиным модель структуры и динамики научного знания активно обсуждалась в среде физиков-теоретиков Белорусской Академии наук, выяснялись возможные ее приложения к ситуациям продуцирования нового физического знания и генезиса физических теорий. В результате этих дискуссий и обсуждений было убедительно подтверждено, что описанная и обоснованная в работах B.C. Степина процедура конструктивного обоснования теоретических объектов и теоретических схем является принципиально важной операцией построения теории, открывающей значительные перспективы использования деятельностной парадигмы в методологии научного познания. На этом первом этапе становления М. м. ш. особенно продуктивным было сотрудничество B.C. Степина с Л.М. Томильчиком. Одним из важных результатов этого сотрудничества стал выход в свет их совместной книги, в которой был дан анализ квантовой теории с точки зрения эвристических возможностей деятельностного подхода в современной методологии науки.         В 1974 B.C. Степин переходит на работу в Белорусский государственный ун-т на кафедру философии гуманитарных факультетов, где он работает доцентом, затем проф., а с 1981 по 1987 — заведующим этой кафедрой. На эти годы приходится второй этап деятельности М. м. ш. Собственно, именно в этот период данная школа складывается как оригинальный творческий коллектив, продуктивно работающее сообщество преподавателей, исследователей, аспирантов, которое начинает активно разрабатывать актуальные проблемы философии и методологии науки.         В 1975 B.C. Степин успешно защищает докторскую диссертацию на тему «Проблема структуры и генезиса физической теории». В 1976 основные идеи диссертации были опубликованы в книге «Становление научной теории», которая сегодня по праву оценивается как классическая работа в области методологии науки. Эта книга и обоснованная в ней концепция структуры и динамики науки сыграли поистине парадигмальную роль в отечественной философии и методологии науки. Естественно, содержащиеся в ней идеи и подходы оказали решающее влияние на многих сотрудников кафедры в тот период. Для того чтобы глубже и адекватнее понять суть этого влияния и его масштабы, необходимо хотя бы вкратце напомнить о той духовной и идеологической атмосфере, которая в то время официально санкционировалась в обществознании в целом и в философии в частности.         В сфере социальной философии, этики, аксиологии и в др. разделах философского знания, непосредственно касающихся мировоззренческой проблематики, господствовала достаточно жесткая регламентация (если не сказать — цензура), предписывающая нормы и правила правоверного марксизма-ленинизма. Основоположения исторического материализма, решения партийных съездов и форумов очерчивали то концептуальное пространство, в рамках которого допускалось мыслить и философствовать. Такая перспектива, конечно, далеко не всех удовлетворяла. Отмеченное обстоятельство было одной из причин того, что творчески мыслящие представители философского сообщества нередко предпочитали исследования в сфере гносеологии и философии науки. Однако и здесь ситуация была весьма неоднозначна.         С одной стороны, неопозитивистская доктрина философии науки во второй половине 20 столетия обнаружила свою очевидную несостоятельность и оказалась в ситуации серьезного кризиса. С др. стороны, весьма популярная в рамках марксистско-ленинской философии программа философских вопросов естествознания, несмотря на свои определенные достижения и позитивные результаты, также все более рельефно обнаруживала симптомы стагнации и утраты эвристического потенциала.         В этих условиях интерпретация науки как социокультурного феномена, детерминированного комплексом исторических, психологических, социальных характеристик, становится весьма популярной и востребованной. Именно такая интерпретация науки развивается в ряде постпозитивистских моделей и концепций, представленных в работах Т. Куна, И. Лакатоса, П. Фейерабенда, С. Тулмина и многих др. Однако характерной особенностью большинства этих концепций являлось то, что они, как правило, лишь прокламировали факт социокультурной обусловленности научного познания, не предлагая при этом конкретных и инструментально эффективных механизмов опосредования и взаимосвязи культуры, философии и реальной практики научных исследований, как, собственно, и результатов научного поиска, фиксированных в теоретических моделях и системах знания.         В отличие от такого подхода к интерпретации социокультурной ангажированности научного познания, разработанная B.C. Степиным концепция обнаруживала свою очевидную эвристичность и методологическую конкретность. Она оказалась не просто объяснительной конструкцией, а реально работающим методологическим инструментом, открывающим перспективы его использования в широком спектре естественных и социальных наук. Это стало одной из решающих причин успеха и популярности этой концепции среди многих сотрудников кафедры, которые начали активно исследовать философско-методологические проблемы физики, биологии, экологии, ряда социально-гуманитарных наук.         Годами подлинной консолидации коллектива и его успешной плодотворной работы стали 80-е гг. На кафедре активно развиваются аспирантура и докторантура, ежегодно публикуются несколько монографий, десятки статей, сотни тезисов и сообщений на научных конференциях.         Результаты научных исследований оформляются в ряде докторских диссертаций, в которых уже вполне рельефно очерчивается концептуально-парадигмальное пространство М. м. ш., и обнаруживаются эвристические возможности ее идей и принципов. Среди этих исследований, в первую очередь, следует отметить работы В.Ф. Беркова, А.Н. Елсукова, А.И. Зеленкова, Е.В. Петушковой. Несколько позднее докторские диссертации защищают Я.С. Яскевич, Л.Ф. Кузнецова, П.С. Карако. Не только в БГУ но и в Академии наук Беларуси защищаются докторские диссертации, в которых отчетливо просматривается влияние концепции B.C. Степина и задаваемых ею методологических стандартов. Это работы А.И. Осипова, В.К. Лукашевича, В. А. Героименко и др. исследователей.         Важно отметить, что в указанный период популярность философско-методологической проблематики была весьма значительной. В различных вузах и научных центрах Беларусии она занимала достойное место и активно разрабатывалась такими исследователями, как Д.И. Широканов, П.А. Водопьянов, И.И. Жбанкова, Н.И. Жуков и др. В этих условиях создание на кафедре философии гуманитарных факультетов БГУ динамично развивающегося и активно работающего научного коллектива, консолидированного на основе перспективной исследовательской программы, было несомненной заслугой B.C. Степина, который по праву считался его формальным и неформальным лидером.         Значительным событием, серьезно способствовавшим уже союзной популярности кафедры как научно-исследовательского коллектива, было издание философско-методологической трилогии в рамках серии «Философия и наука в системе культуры». Первая книга этой серии — «Природа научного познания» — вышла в 1979; вторая — «Идеалы и нормы научного исследования» — в 1981; и третья — «Научные революции в динамике культуры» — в 1987.         Третья книга явилась результатом обобщения и своеобразного концептуального оформления материалов круглого стола журнала «Вопросы философии», который впервые был организован и проведен в Беларуси на базе кафедры философии гуманитарных факультетов БГУ Издание данной серии книг, авторами которых, наряду с известными в Советском Союзе специалистами в области философии и методологии науки, стали преподаватели кафедры, в определенном смысле означало факт легитимизации М. м. ш., которая, наряду с Ростовской, Новосибирской, Свердловской, Киевской школами, способствовала заметному расширению союзного философского ландшафта.         Это были интересные годы, наполненные энергией, оптимизмом, желанием и способностью противостоять уже очевидной стагнации и окостенению системы. Однако, как известно, все имеет свой предел. Наступала эпоха перемен. Весной 1987 ВС. Степин получает и принимает приглашение переехать в Москву и возглавить Институт истории естествознания и техники.         С конца 80-х гг. 20 столетия начинается третий период в деятельности М. м. ш., ядро которой по-прежнему концентрировалось на кафедре философии гуманитарных факультетов БГУ Характерно, что позднее она была реорганизована в общеуниверситетскую кафедру и получила название «кафедра философии и методологии науки».         Весьма драматичными оказались 90-е гг., объединившие в себе радикализм социальных преобразований и иллюзии неоправданных ожиданий и надежд. Изменения коснулись основ жизни общества и в значительной мере трансформировали прежние приоритеты философского и социально-гуманитарного знания. Философско-методологическая проблематика стала терять свою актуальность и все более очевидно замещаться вопросами социальной и политической философии. Процессы деидеологизации духовной жизни общества, обращение к мировому философскому наследию стимулировали разработку новых исследовательских программ как в философии, так и в социально-гуманитарном знании в целом. В этих программах начинают доминировать вопросы социально-нравственного и философско-антропологического содержания, связанные не только с поиском новых экзистенциальных измерений человеческого бытия, но и с обоснованием перспективных стратегий цивилизационной динамики постсоветских обществ. В этих условиях научный коллектив кафедры философии и методологии науки, сохраняя и развивая наработанные традиции, акцентирует свое внимание, прежде всего, на исследовании методологических проблем социально-гуманитарного знания, механизмов его аксиологической и мировоззренческой детерминации. При этом особое внимание уделялось анализу роли и эпистемологического статуса культурных традиций в динамике науки, выявлению их бифункционального статуса в развитии когнитивных систем различной степени общности и теоретической зрелости. В работах А.И. Зеленкова, Н. А. Кандричина, Е. В. Хомич, В. В. Анохиной, Л.Е. Лойко, Е.К. Булыга и др. исследуется специфика конституирования культурной традиции как системного механизма стабилизации и роста научного знания, его освоения в различных типах деятельности.         В работах В.Ф. Беркова, Я.С. Яскевич, Л.Ф. Кузнецовой, В.К. Лукашевича, А.В. Барковской, B.C. Вязовкина, А.И. Лойко, В.А. Костенича и др. были продолжены исследования функций философских и метатеоретических оснований науки в развитии современного научного знания и его интеграции в культуру. При этом были зафиксированы существенные различия в механизмах приращения знаний на дисциплинарном и междисциплинарном уровнях.         В 1993 и 1998 в БГУ на базе кафедры философии и методологии науки были организованы и проведены две Международные научные конференции, посвященные проблемам социального познания и его философско-методологических оснований. В их работе приняли участие философы и ученые из многих отечественных и зарубежных центров по философии и методологии науки.         В 1993 в Минске выходит в свет книга «Мировоззренческие структуры в научном познании», в которой белорус, философами, совместно с исследователями из России, США, Германии, Болгарии и др. стран, продолжен анализ социокультурных оснований научного познания. В 199 4 и 2000 выходят еще две книги, посвященные этой проблематике. Они свидетельствуют о том, что традиции М. м. ш. продолжают развиваться.         Однако время вносит свои коррективы. Социальные изменения не могли не коснуться роли и статуса философского знания в культуре трансформирующихся обществ. Возникает период переосмысления принципов и исследовательских приоритетов. Новое поколение гуманитариев все более осязаемо и определенно ориентируется на анализ проблем социальной философии и философии культуры. Формируется новая парадигма философских исследований, в рамках которой проблематика социокультурной детерминации познания дополняется анализом вопросов гуманизации науки, расширения ее предметного пространства, фиксации антропологических и экзистенциальных измерений научного знания. Это не могло не сказаться на выборе тем и акцентов философских исследований среди преподавателей и аспирантов минских вузов и научных центров. Начинают активно разрабатываться проблемы социальной философии, философии образования, социальной экологии и экологической культуры.         Вопросы социальной философии и динамики типов рациональности в социогуманитарном и философском познании исследуются в работах А.И. Осипова, М.А. Можейко, В.Н. Фурса, В.Т. Новикова, А.П. Ждановского, М. Р. Жбанкова, И.И. Лещинской. К середине 90-х гг. 20 в. процессы социальной трансформации на постсоветском пространстве затронули практически все сферы жизни общества. Не стала исключением и сфера образования, где наиболее острые дискуссии развернулись по вопросам реформирования системы социально-гуманитарного и, в частности, философского образования. В работах Т.Н. Буйко, М.И. Вишневского, Н.К. Кисель, Е.И. Янчук, И.А. Медведевой, А.В. Яскевича и многих др. белорус, исследователей рассматриваются эти проблемы и предлагаются возможные пути совершенствования системы преподавания философских дисциплин и их методологического обеспечения в современных условиях.         В последние годы традиции М. м. ш. достаточно рельефно обнаруживают себя в разработке социально-экологической проблематики применительно к относительно стабильным социумам и к тем социальным системам, которые находятся в состоянии цивилизационных трансформаций. Эти проблемы активно исследуются на междисциплинарном уровне с привлечением концептуальных подходов и методологических стандартов, разработанных в философии, культурологи, методологии науки. Именно такой междисциплинарный подход характерен для масштабного исследовательского проекта «Экологическая мысль народов мира», который реализуется на кафедре философии и методологии науки в последнее десятилетие. В рамках этого проекта уже издано три тома экологической антологии, посвященной реконструкции основных идей и ценностей экокультуры восточных славян, западноевропейской цивилизации и традиционных обществ Востока.         Однако какие бы проблемы ни исследовались в рамках М. м. ш., всегда ощущается влияние тех ценностных приоритетов и мировоззренческих ориентации, на основе которых эта школа была сформирована и консолидирована как особое научное сообщество и творческий коллектив. Среди этих ориентации всегда выделялись следующие принципы: верность профессиональному долгу, трезвая рациональность мысли и методологическая аналитика; чувство ответственности за выполняемое дело, порой даже вопреки обстоятельствам и здравому смыслу; стремление всегда работать в материале, т.е. доказательно и аргументировано.         А.И. Зеленков         Лит.: Человек. Наука. Цивилизация: К семидесятилетию академика B. C. Степина / Ответственный редактор и составитель И. Т. Касавин. М., 2004; Степин B.C., Томильчик Л.М. Практическая природа познания и методологические проблемы современной физики. Минск, 1970; Степин B.C. Становление научной теории. Минск, 1976; Мировоззренческие структуры в научном познании / Редактор-составитель А.И. Зеленков. Минск, 1993; Социально-гуманитарное познание и императивы современной культуры. Минск, 1994; Перспективы научного разума и методологический дискурс. Минск, 2000; Антология экологической мысли: Восточные славяне / Научный редактор А.И. Зеленков. Минск, 2003; Антология экологической мысли: Западноевропейская цивилизация / Научный редактор A. M. Зеленков. Минск, 2003; Антология экологической мысли: Цивилизации Востока / Научный редактор А.И. Зеленков. Минск, 2005.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Энциклопедия эпистемологии и философии науки

Найдено схем по теме минская методологическая ш к о л а — 0

Найдено научныех статей по теме минская методологическая ш к о л а — 0

Найдено книг по теме минская методологическая ш к о л а — 0

Найдено презентаций по теме минская методологическая ш к о л а — 0

Найдено рефератов по теме минская методологическая ш к о л а — 0