Рудольф Карнап

Найдено 13 описаний персоны Рудольф Карнап

Показать: [все] [краткое] [полное]

Автор: [отечественный] [зарубежный] Время: [советское] [постсоветское] [современное]

КАРНАП (Сагпар) Рудольф

род. 18 мая 1891, Рондорф, Рейнская обл. - ум. 16 сент. 1970, Санта-Мария, США) нем.-амер. философ и логик; с 1936 - профессор Чикагского ун-та, ведущий представитель логического позитивизма (см. Неопозитивизм). Считал важным уточнение осн. понятий философии и науки с помощью аппарата математической логики (см. Логицизм). Развил формализованную теорию индуктивных выводов, теорию семантической информации и квантификации модальной логики. Осн. работы: "Der logische Aufbau der Welt, Versuch einer Konstitutionstheorie der Begriffe", 1928; "Scheinprobleme in der Philosophie", 1928; "Abriy der Logistik", 1929; "Logische Syntax der Sprache", 1934; "Formalization of logic", 1943; "Meaning and necessity", 1947; "Introduction to semantics", 1948; "Logical foundations of probability", 1950; "The continuum of inclusiv methods", 1952; "Значение и необходимость", 1959; "Философские основания физики. Введение в философию науки", 1971.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философский энциклопедический словарь

КАРНАП Рудольф

немецкий философ и логик, впоследствии— американский гражданин (Ронздорф, сег. Вупперталь, 1891 — Санта Моника, Калифорния, 1970). Ученик Фрега, преподаватель в Вене и Праге, создатель Венского кружка и один из главных представителей логического пози-тивизма.В «Логической конструкции мира» (1928) им применены логические построения «Principia mathematica» Рассела, с помощью которых он пытается создать конструкцию мира на основе данных непосредственного опыта. «Логический синтаксис языка» пытается распространить на все языки чисто синтаксический подход к математическим языкам, связанный с именем Гилберта. В 1935 г. Карнап эмигрирует в Штаты и там вместе с Нейратом и Моррисом издает «Международную энциклопедию объединенных наук», цель которой — объединить комплекс научного знания. Его произведения: «Введение в семантику» (1942), «Значение и необходимость» (1947), «Логические основания вероятности» (1951), «Введение в символическую логику» (1954), «Индуктивная логика и правдоподобие» (1959).

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философский словарь

КАРНАП РУДОЛЬФ (

1891-1977) – немецко-американский философ науки,логик, один из лидеров логического позитивизма, ведущий представитель Венского кружка. Предметом философии науки считал анализ структуры естественно-научного знания при помощи аппарата математической логики. Сначала теоретико-познавательные  основы  этого  анализа  представляли  собой  соединения эмпиризма и конвенционализма. На раннем этапе своего творчества он считал физический язык основой языка науки, к терминам которого должны быть сведены термины всех других конкретных наук. Затем он отказался от физикалистского тезиса в пользу «вещного языка», т.е. языка, который мы используем в повседневной жизни, говоря о конкретных вещах, окружающих нас. Критерием истинности научных утверждений является не верификация или сравнение с чувственным опытом, а их взаимная  согласованность (когерентность) и непротиворечивость. В дальнейшем Карнап отошел от узкой модели науки Венского кружка и сделал предметом своего анализа смысловой аспект анализа науки, разработав ряд моделей формализованного языка (ряд его результатов были использованы в кибернетике. В последние годы жизни высказывал положения близкие к естественно-научной материалистической тенденции.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философия науки и техники: словарь

КАРНАП Рудольф (1891—1970)

философ и логик, один из лидеров неопозитивизма. Был активным участником венского кружка. Преподавал философию в Венском и Пражском ун-тах. С 1936 работал в США, проф. философии Калифорнийского ун-та. Взглядам К. свойственно отрицание мировоззренческого характера философии и сведение ее к “логическому анализу языка науки”, основанному на аппарате математической логики. Теоретико-познавательные основы этого анализа, как его понимал К., представляют собой соединение эмпиризма с конвенционализмом. В работах К. философская концепция неопозитивизма переплетается с исследованиями по теории логики и логико-методологическому анализу науки. В эволюции взглядов К. на природу логического можно выделить два этапа: 1) синтаксический, когда К. рассматривал логику науки как логический синтаксис языка науки, и 2) семантический, когда К. делает предметом исследования не только формальный, но и смысловой аспект языка науки. На угон этапе К. пытается на основе исходных понятий логической семантики построить единую систему формальной логики. В последних своих трудах К. рассматривал возможности разработки теоретической прагматики (Семиотика). Осн. соч.: “Логический синтаксис языка” (1934), “Исследования по семантике” (1942—47), “Значение и необходимость” (1947), “Введение в символическую логику” (1954).

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философский энциклопедический словарь

КАРНАП Рудольф

18.5.1891, Вупперталь, - 16.9.1970, СантаМария, Калифорния), нем.-амер. философ и логик, ведущий представитель логического позитивизма и философии науки. Опираясь на Витгенштейна и Рассела, К. считал предметом философии науки анализ структуры естеств.-науч. знания с целью уточнения осн. понятий науки с помощью аппарата математич. логики. В творч. эволюции К. выделяются три этапа. В первый период (до нач. 30-х гг.) К. активно участвует в Венском кружке и в разработке идей логич. эмпиризма. Он выдвигает ряд радикальных неопозитивистских концепций (физикализм и др.) и отрицает мировоззренч. характер философии. Во второй период К. выдвигает тезис о том, что логика науки есть анализ чисто синтаксич. связей между предложениями, понятиями и теориями, отрицая возможность науч. обсуждения вопросов, касающихся природы реальных объектов и их отношения к предложениям языка науки. К. развивает теорию логич. синтаксиса, строит язык расширенного исчисления предикатов с равенством и с правилом бесконечной индукции как аппарат для логич. анализа языка науки. В третий период (после 1936) К., занимаясь построением «унифицированного языка науки», приходит к выводу о недостаточности чисто синтаксич. подхода и о необходимости учитывать и семантику, т. е. отношение между языком и описываемой им областью предметов. На основе своей семантич. теории К. строит, индуктивную логику как вероятностную логику, развивает формализованную теорию индуктивных выводов, разрабатывает теорию семантич. информации. Автор работ по семантич. интерпретации и квантификации модальной логики. Ряд результатов, полученных К., был использован в исследованиях по кибернетике. В последние годы жизни К. отказался от мн. взглядов, характерных для первого этапа, и более решительно высказывал положение о существовании «ненаблюдаемых материальных объектов» как основы для построения логич. систем, близкое к естеств.-науч. материалистической тенденции.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Советский философский словарь

КАРНАП Рудольф

(1891—970) — австр.-амер. философ и логик, ведущий представитель логического позитивизма; один из основателей и идеологов Венского кружка. Проф. Венского унта (1926—1) и Нем. ун-та в Праге (1931—5). С 1935 г. жил и работал в США; проф. Чикагского (1935—4) и Калифорнийского (с 1954) ун-тов. Чл. Нац. АН США. Осн. соч.: «Истина: Введение в философию науки» (1922), «Философские основания физики» (1926), «Псевдопроблемы философии» (1928), «Логическая структура мира» (1928), «Логический синтаксис речи» (1934), «Философия и логический синтаксис» (1935), «Введение в семантику» (1942), «Формализация логики» (1943), «Значение и необходимость» (1947), «Эмпиризм. Семантика. Онтология» (1950). Развивая идеи Э.Маха, Б.Расселла и Л.Витгенштейна, сформулировал программу науч.-филос. исследований, направленную на «чистку» науч. знания от элементов метафизики и др. вненауч. форм мышления. Согл. этой программе все существующие науч. теории должны быть верифицированы (см. Верификация) путем сведения их к т.н. протокольным высказываниям, однозначно фиксирующим «чистый чувственный опыт» конкретного субъекта. Высказывания и концепции, несводимые к протокольным, лишены смысла и должны быть устранены из совокупности науч. положений. Т.о., К. утверждает, что традиц. философия лишена смысла; единственная функция философии —логич. анализ языка науки с целью выявления «псевдоположений» разл. рода. Несмотря на безуспешность последовательного выполнения данной программы, К. внес существ. вклад в разработку проблем логико-понятийного выражения результатов экспериментальных исследований, формализации науч. знания, конструирования формального языка теории. Как логик К. принадлежит к числу видных теоретиков совр. неформальной (модальной) логики и логистики. Он был одним из первых совр. зап. философов немарксистского направления, чьи труды публиковались в СССР на волне «оттепели» 1950—0-х гг., что послужило серьезным стимулом к развитию отеч. философии науки. Соч.: Значение и необходимость. М., 1959; Философские основания физики. Введение в философию науки. М., 1971; Значение и необходимость: Исследование по семантике и модальной логике. Биробиджан, 2000. Лит.: Канке В.А. Основные философские направления и концепции науки. Итоги XX столетия. М., 2000; Макеева Л.Б. Рудольф Карнап // Философы XX века: Сб. ст. М., 1999; Нарский И.С. Современный позитивизм. М., 1961. Е.В.Гутов

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: История и философия науки. Энциклопедический словарь

КАРНАП (Carnap) Рудольф

1891-1970) - австр. философ и логик, ведущий представитель неопозитивизма. Род. в Ронсдорфе, в Германии. В 1910-14 изучал физику, математику и философию в ун-тах Фрейбурга и Йены. В Йене одним из его учителей был Фреге, который наряду с Расселом оказал наибольшее влияние на формирование взглядов К. В 1921 получил докторскую степень за работу "Пространство", которая была опубликована на следующий год в Kantstudien. В 1926 по приглашению Шлика К. перешел в Венский ун-т и вскоре стал лидирующей фигурой Венского кружка. Вместе с Рейхенбахом в 1930 К. основал журнал Erkenntnis, задачей которого была разработка и распространение идей научной философии. В 1931 возглавил кафедру философии в Немецком ун-те в Праге, продолжая активное сотрудничество с Венским кружком. Не приемля идеологии нацизма, К. в 1935 эмигрировал в США, где до 1952 работал в Чикагском ун-те, затем в Принстоне, а с 1954 до 1961 возглавлял философское отделение в Калифорнийском ун-те.

Отталкиваясь от идей Фреге, Рассела, от "Логико-философского трактата" Витгенштейна, К. вместе с другими членами Венского кружка разработал неопозитивистскую модель научного знания. Согласно этой модели, в основе знания лежат абсолютно достоверные протокольные предложения, выражающие чувственные переживания субъекта. Все остальные предложения науки должны быть верифицированы, т.е. сведены к протокольным предложениям. Те предложения, для которых процедура верификации оказывается невозможной, не имеют смысла и должны быть устранены из науки. Большая часть традиционной философии при таком подходе оказывается спекулятивной метафизикой, лишенной смысла. Функция же научной философии заключается в том, чтобы с помощью логического анализа очистить язык науки от бессмысленных псевдопредложений. В течение нескольких десятилетий К. пытался решать проблемы, встающие в рамках этой модели. Он сформулировал верификационную теорию значения. Согласно ей, смыслом обладают только те предложения, которые сводимы к протокольным предложениям. Он полемизировал с Нейратом о природе протокольных предложений и языковых формах их выражения. К. разработал логическую технику определения диспозиционных предикатов и других теоретических терминов; ему принадлежит ряд моделей формализованного языка, способного выразить содержание научных теорий; он во многих отношениях развил метод логического анализа языка науки и т.п. Ему принадлежат также значительные результаты в области логической семантики и вероятностной логики. В своих поздних работах К. заметно отошел от той узкой модели науки, которая первоначально была сформулирована членами Венского кружка. Предложенные им подходы к решению обширного круга методологических проблем содействовали выработке более адекватных представлений о науке и развитию философии науки.

А.Л. Никифоров

Значение и необходимость. М., 1959; Философские основания физики. Введение в философию науки. М., 1971; Der Logische Syntax der Sprache. W., 1934; Testability and Meaning. New Haven, 1954.

The Philosophy of R. Garnap. La Salle (Illinois). L., 1963.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Современная западная философия: словарь

КАРНАП (Саrnар) Рудольф (1891-1970)

немецко-американский философ и логик, преподавал философию в Венском и Пражском университетах, профессор Чикагского и Калифорнийского университетов (после эмиграции в США в 1936), ведущий представитель логического позитивизма и философии науки. Основные сочинения: "Мнимые проблемы в философии" (1928), "Логическая конструкция мира" (1928), "Преодоление метафизики логическим анализом языка" (1931), "Физикалистский язык как универсальный язык науки" (1931), "Логический синтаксис языка" (1934), "Философия и логический синтаксис" (1935), "Проверяемость и значение" (1936), "Исследования по семантике" (1942-1947), "Значение и необходимость" (1947), "Введение в символическую логику" (1954) и др. К. разрабатывал неопозитивистскую модель организации научного знания, утверждая, что предметом философии науки является анализ структуры естественно-научных дисциплин с целью уточнения основных понятий науки при помощи аппарата математической логики. С точки зрения К., собственно философская проблематика дистанцируется от сферы логики и иных научных дисциплин в контексте того, что все предложения содержательного характера подразделимы на три класса: "научно-осмысленных" или "научных" (истинных и ложных); "научно-неосмысленных" или "вненаучных"; "бессмысленных", которые лишь внешне подобны содержательным предложениям. Философские предложения, по К., - это: а) предложения "вне-научные", ибо они не подлежат ни актуально ни потенциально какому-либо сопоставлению с реальными фактами; б) "квазисинтаксические" предложения, могущие быть в исходном имплицитном виде интерпретированы в самом широком диапазоне версий; в) предложения, содержащие рациональный смысл лишь в аспекте реконструкции с их помощью связей и отношений между словами. (Философия трактовалась К. лишь как "суррогат искусства", а ее представители - как "музыканты, лишенные способности к музыке"). По мнению К., в основании системы научных знаний должны размещаться абсолютно достоверные, адекватно воспроизводящие чувственные переживания субъекта, "протокольные предложения". Иные составляющие массива науки должны быть подвергнуты процедуре верификации, т.е. сведены к протокольным предложениям. В противном случае предложения рассматриваются как псевдопредложения, не имеющие смысла, и элиминируются из науки, (Хотя впоследствии К. преодолел установку на тождественность "осмысленности" и проверяемости предложений, разграничив в структуре качества их верифицируемости саму "проверяемость" и перечень условий их истинности. Истинность предложений, таким образом, переставала увязываться с апробацией их неким субъектом науки). К. выдвинул также тезис о том, что логика науки есть анализ чисто синтаксических связей между предложениями, понятиями и теориями и отрицает возможность научного обсуждения вопросов, касающихся природы реальных объектов и их отношения к предложениям языка науки. К. утверждал "принцип терпимости" (один из основных в системе постулатов неопозитивистского конвенционализма), согласно которому "можно терпеть" любую избранную "учеными нашего культурного круга" описательную и объяснительную научную систему при условии ее логической непротиворечивости. По мнению К., было бы весьма желательно трансформировать предложения всех научных дисциплин, содержащих как несущую конструкцию описания предметов и явлений в понятиях наблюдения, в категориальные комплексы соответствующих физических понятий. "Язык физики - это универсальный язык науки", - постулировал К. После 1936 К. занимается построением "унифицированного языка науки". Он допускает возможность создания такого языка на основании чувственных данных, а также верит в осуществимость перевода в ипостась этих данных любого дискурса в полном его объеме, поэтапно, предложение за предложением. К. пришел к выводу о недостаточности чисто синтаксического подхода в контексте необходимости учета также и семантики, т.е. отношения между языком и описываемой им областью предметов. "... Класс наблюдаемых вещественных предикатов является достаточным редуктивным базисом для целостности языка". На основе своей семантической теории К. строил индуктивную логику как вероятностную, развивает формализованную теорию индуктивных выводов, разрабатывал теорию семантической информации. Ряд результатов, полученных К., был использован в исследованиях по кибернетике.

А.А.Грицанов

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Новейший философский словарь

Рудольф Карнап (1891-1970)

один из главных представителей логического позитивизма. Он родился в Роннедорфе, в Германии. Изучал физику, математику и философию в университетах Фрейбурга и Вены. В своей философии испытал влияние Готтлиба Фреге. В первой мировой войне служил в армии. Его докторская диссертация о сравнительном анализе понятий пространства, которые используются в физике, математике и философии, направлена на подчеркивание важности логического рассмотрения понятий. Карнап был ведущей фигурой в Венском кружке. В 1929 г. опубликовал работу "Логическая конструкция мира". В том же году вместе с Отто Нейратом и Гансом Ханом создал манифест Венского кружка: "Венский кружок: научное понятие о мире", в котором провозглашались цели и методы Венского кружка. Вместе с Гансом Рейхенбахом создал "Эркеннтнис" - журнал, посвященный философии науки. С 1931 г. он назначается заведующим кафедрой естественной философии в германском университете в Праге. Здесь Карнап опубликовал свой "Логический синтаксис языка". В 1935 г., не выдержав нацистских порядков, переехал в США, где преподавал в разных университетах. Логический позитивизм еще часто называют логическим эмпиризмом. Он имеет своим предшественником Давида Юма, который отвергал претензии на знание таких метафизических вопросов, как существование Бога и бессмертие души, так как идеи, на которых эти претензии основываются, не могут быть прослежены к простым чувственным впечатлениям, являющимися их источником. Таким же образом члены Венского кружка отвергали как бессмысленные любые утверждения, которые не проверяемы эмпирически. Посредством этого критерия верифицируемости они считали, что метафизические утверждения бессмысленны. В манифесте Венского кружка было записано: "Если кто-либо утверждает: "Существует Бог", "Первоначальной причиной мира есть бессознательное", "Существует энтелехия, которая является основой жизни существ", то мы не должны говорить: "То, что вы говорите, ошибочно", а должны скорее спросить: "Что вы имеете в виду под этими предложениями?" По-видимому существует четкое разделение между двумя типами утверждений. Один из типов включает утверждения в том виде, как они высказаны в эмпирической науке, их значение может быть определено логическим анализом, или, более точно, сведением к простым предложениям об эмпирически данном. Другие утверждения, включая вышеупомянутые утверждения, оказываются полностью бессмысленными, если мы берем в том смысле, в котором использует их метафизик". Ранние формулировки критерия для определения осмысленности приводят к трудностям, которые связаны с проверкой простых предложений посредством опыта людей, так как опыт может быть различный у разных людей. Карнап выдвинул свое решение этой трудности в отличие от решения, выдвигаемого Шликом. Он полагал, что некоторое утверждение проверяемо, если оно находится в определенном отношении к утверждениям наблюдения. Это говорит о логической возможности проверки утверждения. Он называет утверждения наблюдения "протокольными предложениями". Хотя протокольные предложения связаны с данным и описывают данный опыт или явление, они делают это, по словам Карнапа, только в виде материального способа речи, т.е. способа, посредством которого мы связаны с фактами, явлениями, объектами, в отличие от формального способа речи, при котором мы имеем дело лишь с лингвистическими формами. Таким образом, решающая проверка какого-либо утверждения состоит в том, что существует логический эквивалент между утверждением и рядом проверяемых предложений наблюдения. Это требование вызывает критику, так как любое универсальное утверждение, например, утверждение о законах, является бессмысленным посредством критерия проверяемости, потому что какое-либо предложение, относящееся к неограниченному числу случаев, не может быть логически эквивалентно ограниченному числу предложений наблюдения. В силу этого Карнап отказывается от этого критерия и обращается к понятию подтверждаемости. В 1936-37 гг. в статье "Проверяемость и значение" он писал: "Если под проверяемостью иметь в виду определенное и окончательное установление истины, тогда ни одно синтетическое предложение не является проверяемым... Мы можем только подтверждать предложение снова и снова. Поэтому мы будем говорить о проблемах подтверждаемости, а не о проблеме проверки". Карнап отличает между проверяемыми и подтверждаемыми предложениями. Некоторое предложение проверяемо, если мы знаем экспериментальный метод для проверки его и подтверждаемо, если мы знаем, при каких условиях оно должно быть подтверждено. Таким образом, предложение может быть подтверждаемо без проверки, так как мы можем знать, какие процедуры подтверждают ее, но не способны осуществить их. Карнаповское понятие подтверждения было начальной точкой для его работы по теории вероятности. Он дает описание двух различных значений термина "вероятность". Первое относится к степени подтверждения и имеет дело с логическим отношением между гипотезой и предложениями наблюдения, которые ее подтверждают. Второе значение имеет дело со статистической вероятностью, выводимой из вычисления относительной частоты. В 1950 г. Карнап опубликовал свою главную работу "Логические основания вероятности", в которой он исследует возможность формального подобия между индуктивными и дедуктивными процедурами. В то же& самое время он развил свои исследования в модальной логике. Важным выводом этой работы Карнапа было утверждение, что семантика - изучение значений в языке - теперь приобретает важность для всех отраслей логики.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Краткий словарь философских персоналий

Карнап Рудольф

1891-1970) один из главных представителей логического позитивизма. Он родился в Роннсдорфе, в Германии. Изучал физику, математику и философию в университетах Фрейбурга и Вены. В своей философии испытал влияние Готтлоба Фреге. В первую мировую войну служил в армии. Его докторская диссертация о сравнительном анализе понятий пространства, которые используются в физике, математике и философии, направлена на подчеркивание важности логического рассмотрения понятий.

Карнап был ведущей фигурой в Венском кружке. В 1929 г. опубликовал работу «Логическая конструкция мира». В том же году вместе с Отто Нейратом и Гансом Ханом написал манифест Венского кружка: «Венский кружок: научное понятие о мире», в котором провозглашались цели и методы Венского кружка. Вместе с Гансом Рейхенбахом создал «Эркеннтнис» - журнал, посвященный философии науки. С 1931 г. он назначается заведующим кафедрой естественной философии в Германском университете в Праге. Здесь Карнап опубликовал свой «Логический синтаксис языка». В 1935 г., не выдержав нацистских порядков, переехал в США, где преподавал в разных университетах.

Логический позитивизм еще часто называют логическим эмпиризмом. Он имеет своим предшественником Давида Юма, который отвергал претензии на знание таких метафизических вопросов, как существование Бога и бессмертие души, так как идеи, на которых зет претензии основываются, не могут быть сведены к простым чувственным впечатлениям, как своему источнику. Таким же образом члены Венского кружка отвергали как бессмысленные любые утверждения, не проверяемые эмпирически. Метафизические утверждения, к которым неприложим этот критерий верифицируемости, они считали бессмысленными.

В манифесте Венского кружка было записано: «Если кто-либо утверждает: "Существует Бог", "Первоначальной причиной мира является бессознательное", "Существует энтелехия, которая является основой жизни существ", то мы не должны говорить: "То, что вы говорите, ошибочно", а должны скорее спросить: "Что вы имеете в виду под этими предложениями?" По-видимому, существует четкое разделение между двумя типами утверждений. Один из типов включает утверждения в том виде, как они высказаны в эмпирической науке, их значение может быть определено логическим анализом, или, более точно, сведением к простым предложениям об эмпирически данном. Другие утверждения, включая вышеупомянутые, оказываются полностью бессмысленными, если мы берем их в том смысле, в котором использует их метафизик».

Ранние формулировки критерия определения осмысленности приводят к трудностям, которые связаны с проверкой простых предложений посредством опыта людей, так как опыт у разных людей может быть различным. Карнап выдвинул свой способ справиться с этой трудностью, отличный от способа Шлика. Он полагал, что утверждение проверяемо, если оно находится в определенном отношении к предложениям наблюдения. Это говорит о логической возможности проверки утверждения. Он называет утверждения наблюдения «протокольными предложениями». Хотя протокольные предложения связаны с данным и описывают данный опыт или явление, они делают это, по словам Карнапа, только в виде материального способа речи, т.е. способа, посредством которого мы связаны с фактами, явлениями, объектами, в отличие от формального способа речи, при котором мы имеем дело лишь с лингвистическими формами.

Таким образом, решающая проверка какого-либо утверждения состоит в том, что существует логический эквивалент между утверждением и рядом проверяемых предложений наблюдения. Это требование вызывает критику, так как любое универсальное утверждение, например утверждение о законах, является бессмысленным с точки зрения использования критерия проверяемости, потому что никакое предложение, относящееся к неограниченному числу случаев, не может быть логически эквивалентно ограниченному числу предложений наблюдения. В силу этого Карнап отказывается от этого критерия и обращается к понятию подтверждаемости. В 1936-1937 гг. в статье «Проверяемость и значение» он писал: «Если под проверяемостью иметь в виду определенное и окончательное установление истины, тогда ни одно синтетическое предложение не является проверяемым... Мы можем только подтверждать предложение снова и снова. Поэтому мы будем говорить о проблемах подтверждаемости, а не о проблеме проверки».

Карнап проводит различие между проверяемыми и подтверждаемыми предложениями. Предложение проверяемо, если мы знаем экспериментальный метод для проверки его, и подтверждаемо, если мы знаем, при каких условиях оно должно быть подтверждено. Таким образом, предложение может быть подтверждаемо без проверки, так как мы можем знать, какие процедуры подтверждают ее, но не способны осуществить их.

Карнаповское понятие подтверждения было начальной точкой для его работы по теории вероятности. Он дает описание двухразличных значений термина «вероятность». Первое относится к степени подтверждения и имеет дело с логическим отношением между гипотезой и предложениями наблюдения, которые ее подтверждают. Второе значение имеет дело со статистической вероятностью, выводимой из вычисления относительной частоты.

В 1950 г. Карнап опубликовал свою главную работу «Логические основания вероятности», в которой он исследует возможность формального подобия между индуктивными и дедуктивными процедурами. В то же самое время он продолжил свои исследования в модальной логике. Важным выводом этой работы Карнапа было утверждение, что семантика - изучение значений в языке теперь приобретает важность для всех отраслей логики.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Великие философы: учебный словарь-справочник

КАРНАП Рудольф

18 мая 1891, Ронсдорф, Германия — 14 сентября 1970, Санта-Моника, Калифорния, США) — аналитический философ и логик, один из лидеров Венского кружка, ведущий представитель логического позитивизма. Учился во Фрайбургском и Йенском университетах. Ученик Г. Фреге. В 1921 защитил докторскую диссертацию по философским основаниям геометрии. Приват-доцент Венского университета (1926—31), профессор философии Германского университета в Праге (1931—35). После прихода к власти нацистов был вынужден эмигрировать в США, преподавал в Чикагском университете (1935—52), работал в Принстонском институте передовых исследований (1952—54), возглавлял кафедру философии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе (1954—61). На формирование взглядов Карнапа наибольшее влияние оказали идеи Б. Рассела и Л. Витгенштейна (прежде всего его «Логико-философский трактат»). Основные области исследований Карнапа — эпистемология, философия науки и логика. Изменяя не раз свои взгляды на протяжении долгого творческого пути, Карнап вместе с тем сохранил приверженность определенным идеям и принципам. Одной из центральных сквозных тем в творчестве Карнапа был поиск все более точной экспликации основной идеи эмпиризма, т. е. идеи сведения знания к его эмпирической основе. Однако в отличие от прежних эмпиристов, Карнап наряду с другими логическими позитивистами трактовал базисность эмпирического знания не в генетически-психологическом духе как отправной пункт в формировании знания, а как абсолютный предел его логического анализа. Главный акцент в этой трактовке эмпиризма делается на сведении всех предложений науки к некоторому классу элементарных предложений, выражающих «чистый» опыт и образующих неопровержимый и абсолютно достоверный базис знания. Эти предложения получили название «протокольных», и сводимость к ним воспринималась как критерий истинности и осмысленности всех других предложений науки. В осуществлении такой эмпирической редукции Карнап отводил принципиальную роль логике, построению формальных языков со строго заданной логической структурой, содержащих строгое определение процедур сведения и пригодных для описания всех эмпирических явлений. Первую попытку соединения эмпиризма и логики Карнап предпринял в книге «Логическое построение мира» (Der logische Aufbau der Welt, 1928), где им проведен «феноменалистический анализ» знания, предполагающий сведение всех понятий к элементам индивидуального чувственного опыта. В качестве процедуры сведения Карнап использовал здесь цепи определения одних понятий через другие. Однако вскоре под влиянием критики со стороны О. Нейрата Карнап был вынужден признать неприемлемость феноменалистского языка для логической реконструкции системы знания, ибо сугубо индивидуальный характер опыта, фиксируемого в предложениях этого языка, противоречит общезначимости научного знания и не обеспечивает возможность коммуникации и верификации. Это противоречие Карнап попытался преодолеть в статье «Физикалистский язык как универсальный язык науки» (Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft, 1931—32), где, не отказываясь от идеи языка, фиксирующего непосредственный опыт индивида, и называя его «монологическим протокольным языком», он выдвинул концепцию физикалистского языка как своего рода посредника между монологическими языками. В этой работе Карнап стремится доказать, что психологические термины могут быть введены на базе физического словаря, в связи с чем акты восприятия получают бихевиористское истолкование как описания физиологических состояний. Эта статья положила начало дискуссии о протокольных предложениях, в ходе которой Карнап усовершенствовал свою трактовку физикализма и сформулировал концепцию «вещного языка», предложения которого описывают «вещи» — наблюдаемые физические объекты и их наблюдаемые свойства. Предикаты наблюдения этого языка образуют, согласно Карнапу, тот эмпирический базис, на основе которого могут быть введены все научные термины. Эта концепция была сформулирована Карнапом в статье «Проверяемость и значение» (Testability and Meaning, 1936—37), где им существенно пересмотрены и процедуры сведения. Как выяснилось в ходе логических исследований, в экстенсиональных языках нельзя определить явным образом в терминах наблюдаемых характеристик даже наиболее близкие к эмпирическому базису понятия — т. н. диспозициональные предикаты, выражающие предрасположенность некоторого объекта реагировать определенным образом при определенных условиях, приобретая некоторый наблюдаемый признак. Для введения таких понятий в язык науки Карнапом был разработан метод редукционных предложений, который фиксирует сводимость диспозициональных понятий к предикатам наблюдения только при определенных условиях, оставляя их «открытыми» для уточнения в других возможных контекстах применения. Концепция вещного языка практически явилась окончательной формулировкой идеи логических позитивистов об эмпирическом базисе знания. В этой концепции достаточно силен элемент конвенционализма, который еще более подчеркнут Карнапом в его статье «Эмпиризм, семантика и онтология» (Empiricism, Semantics and Ontology, 1950), где разработана идея «языковых каркасов». Другой «сквозной» темой в творчестве Карнапа был поиск им адекватного критерия значения, которое трактовалось членами Венского кружка в эмпиристском духе как нечто непосредственно наблюдаемое. Согласно сформулированной алогическом позитивизме верификационной теории значения, высказывание имеет значение, если оно может быть верифицировано, т. е. сведено к протокольным предложениям. Те высказывания, для которых верификация невозможна, должны быть устранены из науки как бессмысленные. Чрезмерная жесткость этого критерия, отсекающего от науки предложения, выражающие научные законы и утверждения о прошлом, заставила Карнапа в статье «Проверяемость и значение» заменить понятие верификации более слабым понятием подтверждения. Согласно новому критерию, значение высказывания не сводится к фиксации «непосредственно данного», а раскрывается через бесконечный ряд предложений наблюдения, служащих элементами подтверждения. Следующий шаг в либерализации критерия познавательного значения был сделан Карнапом в статье «Методологический характер теоретических понятий» (The Methodological Character of Theoretical Concepts, 1956), где установление эмпирического значения теоретических терминов представляет собой сложную процедуру, включающую использование постулатов теории и «правил соответствия», фиксирующих связь теоретических терминов с терминами наблюдения. В результате теоретические термины получают лишь частичную эмпирическую интерпретацию, что отвечает «открытости» научного знания, однако такой критерий не позволяет провести строгое различие между научным рассуждением и метафизикой. Вместе с тем именно критерию познавательного значения Карнап и другие логические позитивисты отводили центральное место в своей программе «очищения» науки от метафизики. Карнап называет лишенные познавательного значения высказывания псевдовысказываниями, ибо, не имея значения, они только «по видимости» являются утверждениями, поэтому формулируемые с их помощью проблемы являются «псевдопроблемами», не имеющими реального содержания. В целом источник возникновения философских псевдопроблем Карнап видел в особенностях обыденного языка и его неправильном использовании, хотя он неоднократно обращался к вопросу о более точной локализации их причин. Так, в книге «Логический синтаксис языка» (Logische Syntax der Sprache, 1934) он объясняет их возникновение с помощью предложенного им различия между материальным (утверждения об объектах) и формальным (утверждения о словах) модусами речи. Часто утверждения о словах ошибочно формулируются как предложения об объектах, и тогда возникают псевдопроблемы. Взамен прежней метафизики Карнап предложил новое понимание философии как логического анализа языка науки. В «Логическом синтаксисе языка» этот анализ трактуется исключительно как определение синтаксической структуры языка, однако в дальнейшем семантические исследования А. Тарского убедили его в необходимости расширить поле этого анализа, включив в него выявление семантических свойств и отношений. Логический анализ в понимании Карнапа призван был не только «очистить» науку от метафизики, но и выявить единство научного знания, обусловленное эмпирической однородностью языка всех наук. Задаче построения «унифицированного языка науки» была посвящена «Энциклопедия унифицированной науки» (1938—40), одним из редакторов и автором которой он был. Вместе с тем для Карнапа логика была не только средством, но и предметом исследования. Результаты, полученные Карнапом в области логического синтаксиса и семантики, в методологии дедуктивных наук, в построении систем индуктивной логики и в исследованиях по теории вероятности, имели важное значение для развития современной логики. Наиболее важными трудами Карнапа в этой области являются «Исследования по семантике» (Studies in Semantics, 1942— 1947) и «Логические основания вероятности» (Logical Foundations of Probability, 1950). Центральную роль в семантике Карнапа играют понятия описания состояния и метод экстенсионала и интенсионала.

Соч.: Der logische Aufbau der Welt. B.—Sehlachtensee, 1928; Scheinprobleme in der Philosophie: Das Fremdpsychische und der Realismusstreit. B.—Schlachtensee, 1928; Der logische Syntax der Sprache. W, 1934; Die Uberwindung der Metaphysik durch logische Analyse der Sprache.— «Erkenntnis». 1931—32, Bd. 2, S. 219—241; Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft. Ibid. Bd. 2, S. 432—465; Testability and Meaning,— «The Philosophy of Science», 1936—37, v. 3,4, p. 419—471, 1—40; Introduction to Semantics. Cambr. (Mass.), 1942; Formalization Of Logic, Cambr. (Mass.), 1943; Meaning and Necessity: A Study in Semantics and Modal Logic. Chi., 1947; Logical Foundations of Probability. Chi., 1950; The Methodological Character of Theoretical Concepts.— Minnesota Studies in the Philosophy of Science. Minneapolis, 1956, v. l, p. 38—76; Значение и необходимость. М., 1959; Философские основания физики. Введение в философию науки. М., 1971.

Лит.: Хилл Т. И. Современные теории познания. М., 1965; Schlipp P. А. (ed.). The Philosophy of Rudolf Carnap, La Salle (III), 1963; Rudolf Carпар. Logical Empiricist. Materials and Perspectives, ed. J. Hintikka. Dordrecht—Boston, 1975.

Л. Б. Макеева

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Новая философская энциклопедия

КАРНАП Рудольф (1891-1970)

немецко-американский философ и логик. В 1910-1914 изучал физику и математику в университетах Фрейбурга и Йены. Докторская степень за работу &&Пространство" (1921). Преподавал философию в Венском университете (с 1926) и Немецком университете в Праге (с 1931). После эмиграции в США (1935) - профессор Чикагского (до 1952), Принстонского (1952-1954) и Калифорнийского университетов (возглавлял философское отделение с 1954 по 1961). Ведущий представитель Венского кружка, логического позитивизма и философии науки. Один из основателей журнала "Erkenntnis" (1930), целью которого выступало распространение идей "научной философии". Основные сочинения: "Логическое построение мира" (1928), "Мнимые проблемы в философии" (1928), "Преодоление метафизики логическим анализом языка" (1931), "Физикалистский язык как универсальный язык науки" (1932), "О протокольных предложениях" (1932), "Логический синтаксис языка" (1934), "Философия и логический синтаксис" (1935), "Проверяемость и значение" (1936-1937), "Исследования по семантике" (1942-1947), "Значение и необходимость" (1947), "Введение в символическую логику" (1954) и др. Уже в первой работе - "Логическое построение мира" - К. сформулировал идею о возможной основе единства знания: по его мнению, физика и психология, науки о природе и науки о культуре способны объединиться в том случае, если окажутся в состоянии перевести содержательный язык о "переживаниях", "вещах" и т.п. на формальный лексикон, описывающий структуры и отношения. С точки зрения К., центральным в теории познания правомерно полагать пошаговое отслеживание главных этапов трансформации содержания наших высказываний об интересующих нас объектах в процессе их обоснования посредством "гносеологически элементарной основы". По К., именно дефиниционный, интерсубъективный мир отношений и образует предметную область науки. Поскольку, по К., цепь гносеологического отношения сведения к элементарным предложениям потенциально разнонаправлена, критерием того, что именно гносеологически выступает более фундаментальным, выступает познавательный "приоритет": объект гносеологически первичен по отношению к другому, гносеологически вторичному, если второй постигается посредством первого. К. разрабатывал неопозитивистскую модель организации научного знания, утверждая, что предметом философии науки является анализ структуры естественно-научных дисциплин с целью уточнения основных понятий науки при помощи аппарата математической логики. (Согласно мысли К., "наука представляет собой единство... все эмпирические предложения выразимы в едином языке, а все положения дел относятся к одному виду и познаются с помощью одного метода".) Сами элементы непосредственного опыта при этом не могут включаться в логическую систему; отношением же, выразимым в терминах опыта и подходящим для целей логики, выступает у К. отношение сходства в памяти, заключающееся в тождестве или близком сходстве зафиксированных фрагментов опыта. На этом фундаменте и должна основываться, по версии К., вся "система знания" и "оправдывающего его анализа". Иерархия компонентов универсальной логическо-опытной цепи выглядит, по схеме К., так: области качеств, классы качеств, сходства качеств, классы ощущений, например зрительные ощущения, различение индивидуальных и общих компонент опыта, зрительная перспектива, порядок цветов и временной порядок. Конструкции зрительной перспективы и временной последовательности конституируют, по мысли К., основу для материальных объектов, ибо последние уже могут быть образованными посредством апплицирования цвета на движущиеся точки мира. Над уровнем высказываний о физическом мире располагается уровень высказываний об опыте других людей, переводимый на язык высказываний о физическом мире (или в физических терминах о поведении). Далее - уровень высказываний о социальных и культурных отношениях в свою очередь сводимый к высказываниям о чужих сознаниях. К. определял "протокольные предложения" как: а) сферу языка физики, - образующие, по его мысли, "основание науки"; б) предложения, "отсылающие к непосредственно данному и представляющие прямое описание опыта или феноменов"; в) "утверждения, не нуждающиеся в обосновании и служащие фундаментом для остальных научных утверждений"; г) не относящиеся к языку науки постольку, поскольку их структура не определяется в этом языке (хотя существуют специальные правила для их перевода в этот язык). По К., в конечном счете, все высказывания фундируются на высказываниях о непосредственном опыте и полностью определимы в терминах последних. Т.е. ни физические объекты, ни чужие сознания не являются реальными объектами как таковыми, они скорее "квази-объекты", введенные с помощью определений для того, чтобы организовать наш опыт. С точки зрения К., собственно философская проблематика дистанцируется от сферы логики и иных научных дисциплин в контексте того, что все предложения содержательного характера подразделимы на три класса: "научно-осмысленных", или "научных" (истинных и ложных); "научно-неосмысленных", или "вненаучных"; "бессмысленных", которые лишь внешне подобны содержательным предложениям. Философские предложения, по К., - это: а) предложения "вненаучные", ибо они не подлежат ни актуально, ни потенциально какому-либо сопоставлению с реальными фактами; б) "квазисинтаксические" предложения, могущие быть в исходном имплицитном виде интерпретированы в самом широком диапазоне версий; в) предложения, содержащие рациональный смысл лишь в аспекте реконструкции с их помощью связей и отношений между словами. (Философия трактовалась К. лишь как "суррогат искусства", а ее представители, как "музыканты, лишенные способности к музыке". Одновременно он утверждал, что "логика науки заменяет собой запутанный клубок проблем, известный под именем философии".) В своей известной статье "Преодоление метафизики путем логического анализа языка" К. утверждал, что оба - и сам метафизик, и читатель его трактатов - заблуждаются, предполагая наличие в сочинениях подобного рода чего-то реального: "В сфере метафизики, включая всякого рода философию ценностей и нормативные науки, логический анализ приводит к тому негативному результату, что все предложения этой сферы совершенно бессмысленны". По мнению К., в основании системы научных знаний должны размещаться абсолютно достоверные, адекватно воспроизводящие чувственные переживания субъекта, "протокольные предложения". Иные составляющие массива науки должны быть подвергнуты процедуре верификации, т.е. сведены к протокольным предложениям. В противном случае предложения рассматриваются как псевдопредложения, не имеющие смысла, и элиминируются из науки. В книге "Философия и логический синтаксис" К. разграничил косвенную и прямую верификацию. Первая предполагала непосредственную верификацию исходного высказывания: на основе уже известного и апробированного посредством верификации закона осуществляется предсказание, конституируются необходимые условия, и предсказание верифицируется. Впоследствии К. преодолел установку на тождественность "осмысленности" и проверяемости предложений, разграничив в структуре качества их верифицируемости саму "проверяемость" и перечень условий их истинности. По К., истинность предложения сводима к формальной возможности его включения в данную систему языка (т.е. проблема истинности у К. локализуема т.обр. в сфере логической семантики). Истинность предложений, таким образом, переставала увязываться с апробацией их неким субъектом науки. Принцип верифицируемости был сведен им к совокупности рекомендаций по построению языка науки ("Проверяемость и значение"): К. пришел к выводу о необходимости обоснования - в рамках данного конструкта - перехода от "переводимости" к "проверяемости". В работе "Философия и логический синтаксис" К. проводит мысль о разграничении двух видов верификации - непосредственной и опосредованной (по его мнению, только "протокольные предложения" могут быть верифицированы непосредственно). Как полагал К., единичные же высказывания - подобно универсальным законам науки - "имеют характер гипотез". Поэтому при опосредованной верификации высказывание, подлежащее верификации, соединяется с другими, уже верифицированными высказываниями, и из них выводятся непосредственно верифицируемые высказывания. К. выдвинул тезис о том, что логика науки есть анализ чисто синтаксических связей между предложениями, понятиями и теориями, и отрицает возможность научного обсуждения вопросов, касающихся природы реальных объектов и их отношения к предложениям языка науки. К. утверждал "принцип терпимости" (один из основных в системе постулатов неопозитивистского конвенционализма), согласно которому "можно терпеть" любую избранную "учеными нашего культурного круга" описательную и объяснительную научную систему при условии ее логической непротиворечивости. "В логике, - по мысли К., - не существует этических норм. Каждый волен строить свою собственную логику, свой собственный формальный язык, как ему вздумается". По мнению К., было бы весьма желательно трансформировать предложения всех научных дисциплин, содержащих как несущую конструкцию описания предметов и явлений в понятиях наблюдения, в категориальные комплексы соответствующих физических понятий. После 1936 К. занимается построением "унифицированного языка науки". Он допускает возможность создания такого языка на основании чувственных данных, а также верит в осуществимость перевода в ипостась этих данных любого дискурса в полном его объеме, поэтапно, предложение за предложением. (Так, например, разграничивая "первичные" и "вторичные" протоколы, соответствующие языкам наблюдения и измерения, К. акцентировал внимание не на содержании "переживания", а на технологии перевода: по К., термин наблюдения "красный" переводится в физикалистский термин "частота световой волны равная X".) К. пришел к выводу о недостаточности чисто синтаксического подхода в контексте необходимости учета также и семантики, т.е. отношения между языком и описываемой им областью предметов. По К., "... класс наблюдаемых вещественных предикатов является достаточным редуктивным базисом для целостности языка". На основе своей семантической теории К. строил индуктивную логику как вероятностную, развивает формализованную теорию индуктивных выводов, разрабатывал теорию семантической информации. Ряд результатов, полученных К., был использован в исследованиях по кибернетике.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: История Философии: Энциклопедия

КАРНАП Рудольф

(р. 18 мая 1891) – совр. амер. философ и логик, наиболее видный, наряду с М. Шликом, деятель Венского кружка неопозитивистов, затем один из лидеров направления т.н. "философии науки". Преподаватель философии в Венском ун-те (1926–31), проф. философии Германского ун-та в Праге (1931–35). В 1936 был приглашен для чтения лекций в США, где и остался после захвата Австрии и Чехословакии гитлеровской Германией. Проф. Чикагского (1936–52) и Калифорнийского (с 1954) ун-тов. Член Амер. АН, чл.-корр. Британской академии, член Ассоциации символической логики, Амер. ассоциации философии науки и др. Логические взгляды. К. считает предметом "философии науки" анализ языка естеств.-науч. теорий с целью уточнения (экспликации, по К.) таких понятий, как истина, смысл, следование, аксиоматизируемость (все применительно к естеств.-науч. теориям), закон науки, науч. объяснение и предсказание, причинность, вероятность, подтверждение и опровержение гипотез и т.д., и на этой основе – исследование науч. рассуждения и структуры науч. знания. К. в духе лейбницевской традиции различает логич. истину (уточнением к-рой служит понятие истины в формализованных языках) и фактич. истину (уточнением к-рой служит понятие степени подтверждения в индуктивной логике). Критерием первой является выводимость по законам логики или непосредств. проверка с помощью семантич. правил, устанавливающих смысл применяемых терминов. При этом "законы логики" понимались К. первоначально в духе выдвинутого им т.н. "принципа терпимости", согласно к-рому в основу естеств.-науч. теории может быть положена любая логич. система, если только ее правила сформулированы содержательно и точно. (Впоследствии К. по существу отошел от этого принципа, признавая, что предпочтение одной логич. системе перед другой может быть отдано на основе оценки результатов их практич. применения). Критерием второй является сопоставление с фактами, сводящееся так или иначе к непосредств. наблюдению. Соответственно, смысл любого высказывания определяется его условием истинности, т.е. возможностью проверки (исчерпывающей либо частичной) его истинности. На этом пути К. считает принципиально возможным построить (на основе языка математики и физики) единый формализованный язык, на к-рый можно было бы перевести любую науч. теорию, выявляя тем самым ее структуру и отношение к др. теориям. Программа построения этого "унифицированного языка науки" и нек-рые результаты работы в этом направлении изложены в "Энциклопедии унифицированной науки" ("International enc. of unified science", изд. 1938–40), одним из редакторов и авторов к-рой был К. В логич. эволюции К. выделяются три этапа. Первый этап (до нач. 30-х гг.) характеризуется активным участием в Венском кружке и в разработке идей логич. эмпиризма. Его взгляды в этот период, сформировавшиеся под сильным влиянием Витгенштейна, представляют собой своеобразное сочетание рассмотрения филос. проблем в духе традиц. эмпиризма с методами, присущими т.н. рационализму, причем использующему все достижения в развитии логики. Наиболее ярким примером вышеуказанного является его книга "Логическая конструкция мира" ("Der logische Aufbau der Welt", 1928), где, используя новые методы логики (логику отношений), К. пытался раскрыть логич. структуру ("конституционную систему") процесса создания картины мира у отд. познающей личности, исходящей от своих "непосредственных данных", т.е. восприятий. В ряде работ этого периода (особенно в "Очерке логистики" – "Abriss der Logistik", 1929) К. начинает применять аппарат математич. логики к анализу понятий и аксиоматизации отд. теорий в конкретных науках (арифметика, геометрия, физика и лингвистика). Начиная с 1934 К. уделяет осн. внимание разработке специально логич. вопросов. Второй период развития его идей можно назвать "синтаксическим" (до 1936). В 1934 в работе "Логический синтаксис языка" ("Logische Syntax der Sprache", англ. авториз. изд. 1937) К. обстоятельно рассматривает новейшие результаты в области логики, полученные после выхода труда "Principia of mathematica" (v. 1–3, 1910–1913) Б. Рассела и ?. ?. Уайтхеда. К. излагает теорему о неполноте К. Геделя, развивает теорию логич. синтаксиса, являющуюся частью "металогики"; строит логич. язык ("язык II"), представляющий собой язык расширенного исчисления предикатов с равенством и с правилом бесконечной индукции. "Язык II", помимо логич. символов, содержит также постоянные предикаты и функторы, и, по мнению К., в нем могут быть сформулированы не только все предложения классич. математики, но и все предложения теоретич. физики. Т. о., К. строит свой "язык II" как аппарат для логич. анализа языка науки. К. выдвигает тезис о том, что логика науки есть синтаксис языка науки. К. сводит на этом этапе развития своих филос. взглядов филос. анализ науки к анализу чисто синтаксич. связей между предложениями, понятиями и теориями, отрицая возможность науч. обсуждения вопросов, касающихся природы реальных объектов и их отношения к предложениям языка науки. К. также отстаивает тезис экстенсиональности, согласно к-рому язык науки является экстенсиональным, а всякое интенсиональное предложение может быть в него переведено. В 1936–38 К. разрабатывает проблемы, связанные с построением унифицированного языка науки [в работе "Проверяемость и значение" ("Testability and meaning", 1936–37) он дает первый логич. анализ понятия диспозиции (см. Диспозициональный предикат) и рассматривает вслед за Поппером понятие степени подтверждения ]. В связи с этими исследованиями, а также под влиянием работ А. Тарского и Ч. Морриса К. приходит к выводу о недостаточности чисто синтаксич. подхода и о необходимости учитывать при анализе языка науки семантику, т.е. отношение между языком и описываемой им областью предметов ("Логическое основание единства науки" – "Logical foundations of the unity of science", 1938). Этим начинается третий, "семантический" период в творчестве К. Центр. пунктом исследований К. в области логич. семантики, изложенных в его "Исследованиях по семантике" ("Studies in semantics", 1942–47), является уточнение понятия значения (смысла) и связанных с ним понятий (синонимии, аналитичности и др.). При этом в качестве осн. метода К. использует построение искусств. интерпретированных языков (семантич. систем), в большей или меньшей степени приближающихся к естеств. языку, для к-рых и вводятся строгие определения семантич. понятий. В семантике К. (как и в его индуктивной логике) важнейшую роль играет понятие описания состояния, на основе к-рого вводятся два возможных уточнения понятия значения: экстенсионал (аналогичное "объему понятия" или "значению истинности высказывания") и интенсионал (аналогичное "содержанию понятия" или "смыслу высказывания"). На этом этапе он считает принципиально возможным уже не только перевод любого интенсионального выражения на экстенсиональный язык, но и обратно – перевод с экстенсионального языка на интенсиональный. Хотя конкретные решения логико-семантич. проблем, предложенные К. в упомянутых работах, подвергались (часто обоснованной) критике (Черч, Кемени, Куайн и др.), его осн. идеи оказали большое влияние на дальнейшее развитие логич. семантики. На основе своей семантич. теории он в 1945–50 строит индуктивную логику как логику вероятностную (см. Вероятностная логика), причем рассматривает индуктивную вероятность как чисто логич. понятие, т.е. как отношение между предложением-гипотезой и предложением о данных наблюдения. Индуктивная вероятность, по К., является степенью подтверждения гипотезы. Средствами индуктивной логики К. развивает формализованную теорию индуктивных выводов (и, в частности, выводов по аналогии). Дальнейшее развитие индуктивная логика получила в работах Дж. Кемени. В 1953 К. совместно с И. Бар-Хиллелом разрабатывает теорию семантич. информации на базе индуктивной логики. К. принадлежат также работы по семантич. интерпретации и квантификации модельной логики. В своих последних работах К. выдвигает идею формализации прагматики как отдела семиотики. Ряд результатов, полученных К., был использован в исследованиях по кибернетике (работы Мак-Каллока – Питса и Уорена). И. Добронравов, Д. Лахути, В. Финн. Москва. Ф и л о с о ф с к и е в з г л я д ы. Как философ К. прошел сложную эволюцию от неопозитивизма Венского кружка к т.н. "либеральному эмпиризму", представляющему собой противоречивое соединение прежнего позитивистского отрицания осмысленности учений об объективной реальности с материалистич. тенденцией. Последняя выразилась в признании независимости вещей и их свойств от логич. систем и зависимости семантич. свойств систем от отношений между вещами. В период Венского кружка К. отстаивал и развивал главнейшие его принципы, а именно: сведение филос. проблем к вопросам синтаксиса языка (особенно в ст. "Преодоление метафизики посредством логического анализа языка" – "Die ?berwindung der Methaphysik durch logische Analyse der Sprache", 1931); истолкование эмпирич. проверки (верификации) как сопоставления предложений с фрагментами "потока переживаний" (см. "Der logische Aufbau der Welt", В., 1928, S. 86), состоящих из ощущений, представлений и эмоций субъекта; конвенционализм как субъективистское истолкование "принципа терпимости" (см., напр., "Erkenntnis", Bd 3, 1932, S. 180) и физикализм в его лингвистич. интерпретации (полемика с О. Нейратом на страницах "Erkenntnis" в 1931–32). "Конституционная система" картины мира у отд. субъекта, к-рую К. попытался построить в кн. "Логическая конструкция мира", привела К., вследствие непонимания им критерия практики, к субъективно-идеалистич. выводу, что "все физические предметы сводимы к психическим" ("Der logische Aufbau der Welt", S. 78) и что в методологич. отношении вполне приемлем "безличный" солипсизм: "Из cogito не следует sum; из "Я переживаю" не следует, что Я есть, но что есть переживание... "Я" есть класс первоначальных переживаний" (там же, S. 226). Недостижимость интерсубъективности в рамках "конституционной системы" толкнул К. к решению заменить феноменалистский язык языком о вещах: в пятой (философской) части книги "Логический синтаксис языка" (1934) на смену "методич. солипсизму" пришел т.н. "методич. материализм". ".... Нашу точку зрения называли часто „позитивистской“; если угодно, ее можно назвать также „материалистической“" ("Erkenntnis", Bd 2, 1931, S. 461–62). Последняя представляла собой на деле не более как лингвистич. учение о физикалистском языке как универсальном языке науки, позитивистский характер к-рого вновь подчеркивался тезисом о желательности замены содержательного ("материального") варианта физикалистского модуса речи формальным модусом, то есть совокупностью предложений, говорящих лишь о логико-синтаксич. отношениях между терминами. В этой связи критерием осмысленности филос. предложений К. счел их "переводимость в формальный модус" (см. "Logische Syntax der Sprache", W., 1934, S. 241). Главное значение понятия "анализ языка", к-рым К. оперировал в этот период, заключалось в редукции предложений высоких уровней к предложениям низшего (эмпирического) уровня. Гносеология, аспект проблемы редукции предполагал ответы на вопросы о соотношении предложений низшего, уровня ("протокольных предложений") и фактов, о характере исходного базиса науки и об интерпретации физикализма. Все эти вопросы были разрешены К. сперва в плане лингвистич. конвенционализма, причем в неявной форме его концепция восприняла все метафизич. слабости логич. атомизма. В то же время исследования самого К. существенно помогли прояснению факта несостоятельности метафизич. претензий редукционизма и перенесению центра тяжести на гипотетико-дедуктивные модели строения науки, хотя инициаторами последних был не он, а Гемпель и Поппер. Вместе с тем они способствовали замене первоначальных принципов верификации, конвенционализма и физикализма "ослаблен-ными" их интерпретациями, что в плане эволюции взглядов самого К. до нек-рой степени означало поворот к действит. материализму. Последнее выразилось в отказе от отождествления истинности и проверяемости (а значит, в признании независимости главных гносеологич. предикатов от операций субъекта), в ограничении поля действия когерентной концепции истинности, то есть в отказе от трактовки истинности исключительно как взаимосогласованности предложений, а также в сомнении насчет осуществимости догматич. программы физикализма применительно не только к социальным, но и к естеств. наукам (это открыло путь полезным исследованиям проблемы диспозиц. предикатов). Однако шаг в сторону материализма оказался не свободен от двусмысленности, чем в значит, мере была затушевана объективная науч. значимость построений, а в особенности самих исканий К. как различных вариантов и этапов все более полного фиксирования средствами символич. логики особенностей структуры совр. теоретич. знания. Так, новая трактовка К. конвенционализма оказалась близкой к логич. прагматизму, а замена "позитивизма" "либеральным эмпиризмом" (см. "Testability and Meaning", 1936–37) означала, с т. зр. самого К., лишь замещение крайнего редукционизма "ослабленным" физикализмом: "Как сторонники эмпиризма мы требуем... чтобы описательные предикаты и, следовательно, синтетические предложения не принимались, пока не будет установлена их связь (но не более того! – Ред.) с возможными наблюдениями" (цит. по кн.: "Readings in the Philosophy of Science", p. 84). Позитивистское недоверие К. к материализму, как филос. теории, получило подтверждение в его статье "Эмпиризм, семантика и онтология" ("Empiricism, semantics and ontology", 1950, рус. пер. 1959), хотя в работе "Методологический характер научных понятий" ("The methodological character of theoretical concepts", 1956), где он отбросил многие, характерные для Венского кружка, упрощения в толковании критерия осмысленности (в применении уже к теоретич. терминам, а не к высказываниям), К. опять высказался в пользу существования "ненаблюдаемых сущностей". Непонимание диалектики процесса познания по сей день мешает К. выйти из противоречий эклектич. соединения позитивизма с тенденцией естеств.-науч. материализма, свойственных филос. мышлению К. на протяжении почти трех последних десятилетий. Соч.: Der Raum, В., 1922; Physikalische Begriffsbildung, Karlsruhe, 1926; Scheinprobleme in der Philosophie. Das Fremdpsychische und der Realismusstreit, B. – Schlachtensee, 1928; Von Gott und Seele. Scheinfragen der Methaphysik und Theologie, W., 1929; Wissenschaftliche Weltauffassung. Der Wiener Kreis, W., 1929 (совм. с О. Neurath и Н. Hahn); Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft, "Erkenntnis", 1931, Bd 2; Psychologie in physikalischer Sprache, там же, 1932, Bd 3; Die Aufgabe der Wissenschaftslogik, Wien, 1934 (имеется библ.); Philosophy and logical syntax, L., 1935; Foundations of logic and mathematics, в кн.: International encyclopedia of unified science, Chi., [1939 ], v. 1, No 1; Studies in semantics, v. 1 – Introduction to semantic, Camb., 1942, v. 2 – Formalization of logic, Camb., 1943; Logical foundations of probability, [Chi., 1950 ]; Continuum of inductive methods, Chi., 1952; Semantic information, "Brit. J. Philos. Sci.", 1953, v. 4, No 14 (совм. с J. Bar-Hillel); Beobachtungssprache und theoretische Sprache, "Dialectica", 1958, v. 12, No 3–4; Introduction to symbolic logic and its applications, N. Y., 1958; Theoretische Begriffe der Wissenschaft. Eine logische und methodologische Untersuchung, "Z. Philos. Forschung", 1960, Bd 14, H. 4; в рус. пер.: Значение и необходимость, М., 1959. Лит.: Нарский И. С., Современный позитивизм, М., 1961, гл. 1, [§ 2 ], гл. 3, [§ 5–6 ]. И. Нарский. Москва.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.