Порфирий

Найдено 10 описаний персоны Порфирий

Показать: [все] [краткое] [полное]

Автор: [отечественный] [зарубежный] Время: [советское] [постсоветское] [современное]

ПОРФИРИЙ

философ-неоплатоник (Тир, 234 — Рим, 305). С 263 по 268 г. в Риме был учеником Плотина. Издал «Эннеады» Плотина, написал «Жизнеописание Плотина», а также «Жизнеописание Пифагора». Защитник эллинизма, был решительным противником христианства.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философский словарь

ПОРФИРИЙ (Potphyrios)

род. 232/33, Тир - ум. 304, Рим) - древнегреч. философ-неоплатоник. Будучи биографом и издателем соч. Плотина, он сделал его учение доступным пониманию благодаря ясному изложению. Комментировал также платоновские и аристотелевские произв., написал "Введение в учение Аристотеля о категориях" (этот текст и поныне обычно предпосылают "Категориям" Аристотеля); исследовал предикабилии. Полемическое соч. Порфирия "Против Христа" (448) было уничтожено Теодозием II, и оно было утрачено; очень мало сохранилось и от истории античной философии, написанной Порфирием.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философский энциклопедический словарь

Порфирий

- философ (232 - 305), родом из Тира, главный ученик Плотина (см.) и издатель его сочинений; раньше встречи с ним в Риме учился у философа Лонгина в Афинах. Имя Порфирия было собственно Малх, что по-сирийски значить царь; Плотин переделал его в ?????????. Мнения Порфирия о "сверхсущем", о трех началах или "ипостасях" и о рождении мира путем нисходящих эманации лишь оттенками отличаются от воззрений Плотина: так, он еще с бульшим вниманием относится к народным культам. В его системе мира, кроме богов, демонов и героев классической мифологии, играют также роль "архангелы" и "ангелы", взятые из иудейства, к которому он относился с почтением, видя в нем одну из национальных религий. Христианство, напротив, своим отрицательным (по мнению Порфирия) универсализмом, вызывало в нем непримиримую вражду, которую он старался оправдать в большом полемическом сочинений: "15 книг против христиан", известном лишь по немногим цитатам у церковных писателей. Многие другие философские, астрологические и исторические сочинения Порфирия дошли до нас лишь в отрывках или известны только по имени. Сохранилось метафизическое сочинение его: "??????? ???? ?? ?????" (изд. L. Holstenius, Рим, 1636) и "Введение в категории Аристотеля, изд. Busse, Берлин, 1887"). В средние века и позже Порфирий имел особое значение как систематизатор и толкователь Аристотелевой логики. Из учеников Порфирия самым замечательным был Ямвлих.

Вл. С.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Толковый словарь по философии

ПОРФИРИЙ

301 и 305, Рим), антич. философ-неоплатоник. Ученик и издатель соч. Плотина; в старости руководил филос. школой в Риме. Комментатор соч. Платона («Кратила», «Парменида», «Федона», «Филеба», «Государства», «Софиста» и «Тимея») и Аристотеля («Категорий», «Герменевтики», «Физики», «Метафизики», «Этики», «Первой Аналитики», «О душе»); трактат П. «Введение в „Категории" Арис­тотеля» (или «О пяти общих понятиях», т. е. о роде, виде, отличит. признаке, существ. признаке и случай­ном признаке) был в ср. века осн. логич. компендием и гл. источником знакомства с логикой Аристотеля. Ав­тор жизнеописания Плотина («Жизнь Плотина и поря­док его сочинений»), комментариев к нек-рым из его книг, а также многочисл. соч. по риторике, грамматике, астрономии и математике. Соч. П. «Против христиан» - один из ранних образцов библейской критики (сожжено в 448). В логике с именем П. связано т. н. древо П., иллюстрирующее многоступенчатую субординацию родовых и видовых понятий.

Собств. философия П. представлена в виде ряда тези­сов в соч. «Подступы к умопостигаемому». Здесь, как и в трактате «Воздержание от животной пищи», видна этич. направленность философии П.: спасение души достижимо путем отвращения от тела, очищения души, возвращения к уму (нусу) и уподобления божеству. Это возвращение обеспечено тем, что приобщение к бо­жеству происходит не пространственно и телесно, но в «гносисе», в знании. Для «знающего» бог рядом, а для «незнающего» он, присутствуя во всем, отсутствует. Это знание бога тождественно самопознанию, поэтому восхождение к знанию своей сущности начинается с любви к себе самому. Сохраняя схему плотиновского универсума (три «целостные и совершенные ипостаси» ума, души и космоса и т. п.), П. приписывает, однако, демиургич. функции не уму, но высшей части души. В иерархии бытия человеч. душа занимает срединное мес­то между богом и телом; тяготея к высшему, но и легко склоняясь к низшему, душа обладает свободой воли в выборе пути. Душа связана с телом не непосредственно, но в ряде частичных воплощений, первым из к-рых яв­ляется «дух воображения», занимающего среднее место между чувством и умом.

П. оказал большое влияние на позднейший неопла­тонизм, особенно западный (Макробий, а также Авгус­тин, Марий Викторин, Боэций). Важное значение имел предложенный П. метод толкования отд. платоновских диалогов, хотя приемы комментирования были сущест­венно модифицированы Ямвлихом.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Советский философский словарь

Порфирий (ок. 234-304)

неоплатоник, продолжатель философии Плотина. Он написал более 70 трактатов, из которых до нас дошло 18. Самые известные - "Жизнеописания Плотина", "Введение" к работе Аристотеля "Категории", "Сентенции". Порфирий выступал противником христианства и написал даже труд "Против христиан", до нас не дошедший, но восстанавливаемый по цитируемым отрывкам. В нем он подвергает резкой критике Ветхий и Новый заветы, отрицая подлинность некоторых книг. Он указывал на противоречия в Евангелиях. В то же время Порфирий не -выступал против религии как таковой, он стоял на стороне политеистической религии, полагая, что философские истины выражаются в аллегорической форме в виде мифов. Порфирий более ясно излагал плотиновское учение, делая упор на его практической стороне, т.е. на нравственных проблемах. Так, он более детально излагает вопрос о добродетелях. Все добродетели разделяет на четыре вида, но все они находятся под воздействием практического разума, который Порфирий ставит выше всего. Он превозносит умственную жизнь, которая противостоит беззаботности и склонности к наслаждениям. Порфирий полагал, что учение философа должно соответствовать его жизни и наоборот. "Введение" Порфирия к "Категориям" Аристотеля сыграло большую роль в развитии философии, так как в нем ясно был сформулирован вопрос о характере общих понятий. "Существуют ли они самостоятельно или же находятся в одних мыслях, и если они существуют, то тела ли это или бестелесные вещи, и обладают ли отдельным бытием, или существуют в чувственных предметах и опираясь на них?" [I, 1a]. Постановка проблемы об общих понятиях явилась источником тех диспутов об универсалиях, которые разгорелись в Средние века между номиналистами и реалистами. Порфирий полагает, что при анализе аристотелевских категорий следует провести анализ таких понятий, как род, вид, видовое отличие, собственный признак, признак случайный. Эти пять понятий образуют по терминологии Порфирия "пять звучаний". Результат этих логических исследований Порфирия - так называемое "древо Порфирия", представляющее собой пример своего рода пирамиды понятий, в котором посредством дихотомического деления понятий осуществляется восхождение от частного к общему, и наоборот. Существа делятся на телесные и бестелесные, телесные существа делятся на живые и неживые, живые - на чувствующие и бесчувственные, чувствующие - на разумные и неразумные. Разумное существо - это человек, который уже не делится дихотомически, так как образует общность людей, разделяющуюся на отдельных индивидов, -Сократа, Платона и др.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Краткий словарь философских персоналий

Порфирий

ок. 234-ок. 304) античный философ, неоплатоник, продолжатель философии Плотина. Он написал более 70 трактатов, из которых до нас дошло 18. Самые известные - «Жизнеописания Плотина», «Введение» к работе Аристотеля «Категории», «Сентенции».

Порфирий выступал как противник христианства и даже написал труд «Против христиан», до нас не дошедший, но восстанавливаемый по цитируемым отрывкам. В нем он подвергает резкой критике Ветхий и Новый заветы, отрицая подлинность некоторых книг. Он указывал на противоречия в Евангелиях. В то же время Порфирий не выступал против религии как таковой, он стоял на стороне политеистической религии, полагая, что философские истины выражаются в аллегорической форме в виде мифов.

Порфирий более ясно излагал плотиновское учение, делая упор на его практической стороне, т.е. на нравственных проблемах. Так, он более детально излагает вопрос о добродетелях. Все добродетели Порфирий разделяет на четыре вида, но все они находятся под воздействием практического разума, который он ставит выше всего. Он превозносит умственную жизнь, которая противостоит беззаботности и склонности к наслаждениям. Порфирий полагал, что учение философа должно соответствовать его жизни и наоборот.

«Введение» Порфирия к «Категориям» Аристотеля сыграло большую роль в развитии философии, так как в нем был ясно сформулирован вопрос о характере общих понятий. «Существуют ли они самостоятельно или же находятся в одних мыслях, и если они существуют, то тела ли это или бестелесные вещи, и обладают ли отдельным бытием, или существуют в чувственных предметах и опираясь на них?» [I, la].

Постановка проблемы об общих понятиях явилась источником тех диспутов об универсалиях, которые разгорелись в Средние века между номиналистами и реалистами. Порфирий полагает, что при анализе аристотелевских категорий следует рассмотреть такие понятия, как род, вид, видовое отличие, собственный признак, признак случайный. Эти пять понятий образуют по терминологии Порфирия «пять звучаний».

Результат этих логических исследований Порфирия - так называемое «древо Порфирия», представляющее собой пример своего рода пирамиды понятий, в котором посредством дихотомического деления понятий осуществляется восхождение от частного к общему, и наоборот. Существа делятся на телесные и бестелесные, телесные существа делятся на живые и неживые, живые - на чувствующие и бесчувственные, чувствующие - на разумные и неразумные. Разумное существо - это человек, который уже не делится дихотомически, так как образует общность людей, разделяющуюся на отдельных индивидов, - Сократа, Платона и др.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Великие философы: учебный словарь-справочник

ПОРФИРИЙ

?????????) (p. 232/233 – ум. между 301 и 304) – античный философ, представитель неоплатонизма, ученик Плотина. Известно о его 77 трактатах, из к-рых до нас дошли 18. Четыре посвящены филос. проблемам. 1) "Исходные пункты для восхождения к умопостигаемому" (содержит четкие формулировки осн. учений неоплатонизма; отсутствует общеплатонич. учение о "Едином"). 2) "Введение в Категории Аристотеля", или под др. названием "О пяти звучаниях". Это знаменитый трактат, имевший огромную популярность как для последующего неоплатонизма, так и для всего средневековья, когда он много раз переводился и комментировался на Востоке, в Византии и на Западе. Пять "звучаний" – это то, что в логике наз. признаками понятия, т.е. род, вид, видовое различие, собств. признак и несобственный (случайный) признак. 3) "Комментарии на Категории Аристотеля" – др. соч. на ту же тему в диалогич. форме. 4) "О воздержании от употребления в пищу одушевленных существ", содержащий традиционные орфико-пифагорейские аскетич. наставления. Два трактата посвящены истории философии – "Жизнеописание Плотина" и "Жизнеописание Пифагора" (часть не дошедшей до нас и доведенной до Платона "Истории философии" в 4 кн.). Остальные трактаты касаются естеств.-науч. и этич. тематики, а также религ.-мифологич. вопросов (к числу трактатов на эту тему относятся, напр., "О пещере нимф" – одна из первых неоплатонич. конструкций космоса, а также "Против христиан" – соч., основанное на критике Библии и сожженное в 488). До нас не дошли комментарии П. к лекциям Плотина, к платоновским "Тимею", "Кратилу", "Софисту", "Пармениду", "Филебу", "Федону", "Государству", "Пиру", ряд трактатов о Платоне и Аристотеле и др. Будучи в основном комментатором соч. Платона и Аристотеля, П. более или менее самостоятельно трактовал (в соч. "Исходные пункты") проблему отличия духовного от телесного, повторяя во всем прочем Плотина. Зато у него гораздо больше, чем у Плотина, интереса к практич. философии, к-рую он понимал как учение о добродетелях политических (метриопатия), катартических (апатия, очищение от аффектов ради уподобления богу), душевных (обращение к уму) и парадейгматических (когда ум становится образцом для всей духовной жизни). П. признавал также и мистич. практику включая астрологию, и вообще мантику (предсказание будущего, гадание), и теургию. По-видимому, П. расценивал всю эту область как известную необходимую ступень в человеч. развитии и потому оставлял ее либо для малоразвитых масс, либо как предварительную ступень для филос. умозрения. Сам же для себя и для подобных себе П. все-таки оставлял путь чистого умозрения, подчиняя и все религ. обряды и всю практич. мораль чисто духовному восхождению (см. Августин, De div. dei). Тут он не уходил далеко от Плотина, сходясь с ним также и в учении о вечности мира, к-рую выводил из платоновского "Тимея" вместе с Древней академией (см. Академия платоновская), вопреки многочисл. платоникам 1–2 вв. н.э. и прежде всего Плутарху и Аттику. Ср. ст. "Древо Порфирия". Соч.: Porphyrii philosophi Platonici opuscula selecta, iterum recognovit A. Nauck, Lipsiae, 1886; Porphyrii de philosophia ex oraculis haurienda. Librorum reliquiae, ed. G. Wolff, Berolinae, 1856; Epistola ad Anebonem Aegyptium. Jamblichi de Mysteriis liber, rec. G. Parthey, Berolini, 1857; Porphyrii, Isagoge et in Aristotelis Categories commentarium, ed. A. Busse, Berolini, 1887 (Commentaria in Aristotelem Graeca, v. 4, pars 1); Porphyrii quaestionum Homericarum ad Odysseam pertinentium reliquiae, ed. H. Schrader, Lipsiae,1890; Porphyrii sententiae ad intellegibilia ducentes, rec. B. Mommert, Lipsiae, 1907; фрагменты см. вкн.: Вidеz J., Vie de Porphyre le philosophe n?oplatonicien, Gand–Lpz., 1913; Ueberweg Fr., Grundriss der Geschichte der Philosophie, Tl 1 – Die Philosophie des Altertums, 12 Aufl., В., 1926, S. 598–99. Лит.: История философии, т. 1, [М.], 1940 (по имен. ука-зат.); Kleffner A. J., Porphyrius, der Neuplatoniker und Christenfeind, Paderborn, 1896; В?rtzler Fr., Porphyrius´ Schrift von den G?tterbildern, Erlangen, 1903; J?ger H., Die Quellen der Pythagoras-Biographie des Porphyrios, Z., 1919 (Diss.); Praechter K., Porphyrios in Aristotelin Categories, "Hermes", 1921, Bd 56; ?otok W., Handbuch der Geschichte der Philosophie, Bd 1, Fr./M., 1964, S. 343–44. А. Лосев. Москва.

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

ПОРФИРИЙ

Неоплатоник и выдающийся писатель, как учитель и философ

уступая лишь Плотину. Он родился в первой половине третьего века

н.э. в Тире, поскольку назвал себя тирийцем, и якобы происходил

из еврейской семьи. Хотя он был с головы до ног эллином и

язычником, его имя Мелек (царь), по-видимому, указывает, что в

его жилах текла семитская кровь. Современные критики совершенно

справедливо считают его самым практически философствующим и

рассудительным изо всех неоплатоников. Будучи выдающимся

писателем, он был особенно известен своей полемикой с Ямблихом

относительно бедствий, сопряженных с практикованием Теургии. В

конце концов, все же, он принял точку зрения своего оппонента.

Будучи прирожденным мистиком, он, подобно своему учителю Плотину,

следовал истинной индийской подготовке Раджа-Йоги, которая ведет

к воссоединению Души со Сверх-Душой или Высшим Я (Буддхи-Манас).

Все же он жалуется, что, несмотря на все его усилия, он не достиг

этого состояния экстаза, пока ему не исполнилось шестьдесят,

тогда как Плотин в этом преуспевал. Вероятно, так было потому,

что, в то время как его учитель смотрел на физическую жизнь и

тело с величайшим презрением, ограничивая философские изыскания

теми областями, где мысль и жизнь становились вечными и

божественными, Порфирий все свое время посвящал соображениям,

касающимся приложения философии к практической жизни. "Для него

цель философии - нравственность", говорит биограф, "почти что

можно сказать, святость - лечение человеческих недостатков,

приобщение к более чистой и здоровой жизни. Чистое знание, как бы

ни было оно истинно, само по себе недостаточно; знание имеет

своей целью жизнь в соответствии с Ноусом" - "рассудком",

переводит биограф. Однако, так как мы считаем Ноус не рассудком,

но разумом (Манасом) или божественным вечным Эго в человеке, то

мы бы перевели эту мысль эзотерически, и представили ее

следующей: "оккультное или тайное знание имеет своей целью земную

жизнь в соответствии с Ноусом, или нашим непрерывно воплощающимся

Эго", что больше бы соответствовало мысли Порфирия, как и

эзотерической философии. (См. Порфирий, "De Abstinentia", I, 29.)

Из всех неоплатоников Порфирий ближе всего подошел к истинной

Теософии, как она теперь преподается Восточной тайной школой. Это

показывают все наши современные критики и писатели по

Александрийской школе, ибо "он утверждал, что Душу необходимо

насколько возможно освободить от оков материи, ...быть

готовым... отбросить все тело" ("Ad Marcellam", 34). Он советует

практиковать воздержание, указывая, что "мы стали бы подобными

богам, если смогли бы воздержаться как от овощей, так и от

животной пищи". Он принимает теургию и магические заклинания

неохотно, ибо они "бессильны очистить ноэтический (манасический)

принцип души"; теургия способна "очистить лишь низшую или

психическую сторону, сделать ее способной к восприятию низших

существ, таких как духи, ангелы и боги" (Авг., "De Civ. Dei", X,

9), - тому же учит и Теософия. "Не оскверняйте божественность",

он добавляет, "пустыми людскими выдумками; вы не причините вреда

извечно благословенному (Буддхи-Манасу), но вы сделаете себя

слепыми к восприятию величайших и наиболее жизненных истин" ("Ad

Marcellam", 18). "Если мы желаем освободиться от нападений злых

духов, мы должны держать себя в чистоте от тех вещей, над

которыми злые духи имеют власть, ибо они не осаждают чистую душу,

которая не имеет ничего общего с ними" ("De Abstin.", II, 43).

Это опять-таки наше учение. Отцы Церкви считали Порфирия самым

заклятым врагом, самым непримиримым с Христианством. Наконец, и

вновь как в современной Теософии, Порфирий - как и все

неоплатоники, согласно Св. Августину - "почитал Христа, в то же

время с пренебрежением относясь к Христианству"; Иисус, они

утверждали, как и мы утверждаем, "сам ничего не говорил против

языческих божеств, но творил чудеса с их помощью". "Они не могли

называть его Богом, как это делали его ученики, но они почитали

его как одного из самых лучших и мудрейших людей" ("De Civ.

Dei.", XIX, 23). Все же, "даже в буре споров, кажется, едва ли

слово вымолвлено против личной жизни Порфирия. Его система

приписывала чистоту и ...он осуществлял ее". (См. "A Dict. of

Christian Biography", т. IV, "Porphyry".)

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Теософский словарь.Перевод с английского А.П. Хейдок. (репринт 1988 г.)

ПОРФИРИЙ

232, Тир— между 301 и 305, Рим?) — философ-неоплатоник, Лотт, у которого Порфирий учился в Афинах, его имя Малх (так же звали и его отца. В Афинах Порфирий получил образование в духе среднеплатонического объединения философии и общеобразовательных ипудий.

Ученый-эрудит, склонный к филологии и истории и влекомый к философии, Порфирий летом 263 приезжает в Рим, где входит в кружок Плотина и постепенно осваивает новые для него подходы. В частности, он не сразу вместил учение Плотина о том, что умопостигаемое не вне ума: Порфирий осваивается с этой основной для всего последующего платонизма установкой только после специальных разъяснений Амелия, написанных по поручению Плотина (там же, 18,10—19). Порфирий становится одним из самых активных членов плотиновского кружка: ему доверяют сочинения Плотина и защиту его взглядов. Он пишет по просьбе учителя опровержение ритора Диофана, доказывавшего в качестве апологии платоновского Алкивиада из «Пира», что ради научения добродетели следует допустить плотскую близость с наставником (там же, 15,6—12); отвечает Евбулу, диадоху афинской школы, по поводу его толкования некоторых платоновских вопросов (там же, 15,18—21); доказывает, что т. н. книга Зороастра подложная, сочинена недавно и выдает мнения современных гностиков за древнее учение зороастризма (там же, 16,14—18).

В 268 переживает глубокую депрессию, по совету Плотина уезжает в Сицилию и обосновывается в Лилибее. Он поддерживает отношения с Плотном до смерти последнего и получает все его записанные сочинения. Он также в переписке со своим первым наставником — Лонгином, который, находясь при дворе царицы Зенобии, приглашает его (ок. 271) приехать к нему в Финикию (там же, 19,4—34). Порфирий много путешествует, возвращается в Рим, какое-то время живет в Карфагене, ездит на Восток.

Вероятно, среди причин отъезда Порфирия в Сицилию было и его несогласие с рядом установок Плотина, в частности с его антиаристотелизмом. Поэтому в ходе самостоятельных занятий философией Порфирий комментирует ряд сочинений Аристотеля («Категории», «Герменевтику», «Первую Аналитику», «Физику», XII кн. «Метафизики» — Simpl. Gael. 503,34. 506,13), а также пишет «Введение к Категориям» Аристотеля (или «О пяти общих понятиях», т. е. о роде, виде, отличительном, существенном и случайном признаке, — текст, оказавшийся в средние века одним из главных руководств по логике Аристотеля). Порфирий исходит из того, что школы Платона и Аристотеля суть одна школа. Помимо этого он комментирует «Начала» Евклида и «Гармонику» Птолемея, что свидетельствует об его интересе к математическим дисциплинам, начиная с пифагорейцев вошедшим в поле зрения философии. Порфирий пишет также «Историю философии», доведенную до Платона включительно, из которой помимо фрагментов дошла «Жизнь Пифагора», где Порфирий подчеркивает педагогический момент и рационалистическую ориентацию в деятельности пифагорейской шкоды.

Помимо этого он испытывает настоятельную потребность опереть свое философствование на священный текст; эту тенденцию отражает аллегорическое толкование пещеры нимф, описанной в «Одиссее» (МП 102—113), решительно отличающееся от обычных школьных «Гомеровских вопросов». Порфирий первым ввел в поле зрения школьного платонизма «Халдейские оракулы» (несмотря на отсутствие у него ямвлиховской безоглядности по отношению к этому тексту): еще у Плотина (на основании III 9,1) мы можем в лучшем случае предположить знакомство с «Халдейскими оракулами», завершающими изучение платоновской философии в постямвлиховской традиции. Порфирий толкует платоновские тексты («Кратила», «Федона», «Софиста», «государство», «Филеба», «Тимея», «Парменида»), и сама мысль издать сочинения своего учителя Плотина в виде *Эннеад» отражает эту потребность в авторитетном тексте как опоре для философствования.

Само обилие толкуемых текстов свидетельствует о том, что, хотя Порфирий и не создал своей школы, он вел активную педагогическую деятельность. Одним из его учеников был Ямвлих, в отношениях с которым проявилась специфика интеллектуалистской позиции Порфирия: он не отрицал форм народной религии, роли оракулов, традиционных форм религиозного культа, признавал божественность Пифагора, Платона, Плотина. Но ему был чужд безоглядный пафос Ямвли ха-теурга, замыкавший платоновскую школу врамки языческого политеизма и закрывывший ее диалог с христианством. Хотя для самого Порфирия этот диалог вылился в яростную полемику, выразившуюся в трактате «Против христиан», его открытость (как и Плотина, и всего плотиновского кружка) для христианских текстов была важной приметой уже ушедших тенденций платонизма предшествующего периода.

Философия Порфирия как платоника плотиновской ориентации представлена в виде ряда тезисов в сочинении «Подступы к умопостигаемому». Здесь, как и в трактате «Воздержание от животной пищи», видна этическая направленность его философии; спасение души достижимо путем отвращения от тела, очищения души, возвращения к уму (нусу) и уподобления божеству. Это возвращение обеспечено тем, что приобщение к божеству происходит не пространственно и телесно, но в «гносисе», в знании. Для «знающего» бог рядом, а для незнаюшего он, присутствуя во всем, отсутствует. Это знание бога тождественно самопознанию, поэтому восхождение к знанию своей сущности начинается с любви к себе самому. Сохраняя схему плотиновского универсума (три «целостные и совершенные ипостаси» Ума, Души и Космоса и т. п.), Порфирий приписывает, однако, демиургические функции не уму, но высшей части души. В иерархии бытия человеческая душа занимает срединное положение между богом и телом; тяготея к высшему, но и легко склоняясь к низшему, душа обладает свободой воли в выборе пути. Душа связана с телом не непосредственно, но в ряде частичных воплощений, первым из которых является «дух воображения», занимающий среднее место между чувством и умом. У Порфирия по сравнению с шотином расширена иерархия добродетелей: наряду с катартическими, политическими и теоретическими добродетелями он признает парадигматические добродетели, свидетельствующие о полной приобщенности души к уму. Порфирий оказал большое влияние на позднейший платонизм, как языческий, так и христианский (восточная традиция; Ямвлих и через него весь последующий греческий платонизм; западная традиция: Макробий, Марий Викторин, Августин, Боэций и через них — вся философия средневековья).

Ю. А. Шичалин

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Новая философская энциклопедия

ПОРФИРИЙ

ПОРФИРИЙ (?????????) (232, Тир, Финикия - ок. 305, Рим?), философ-неоплатоник. Его имя Малх (от сир. malka, «царь», так же звали и его отца) Лонгин, у которого П. учился в Афинах, воспроизвел по-гречески как ????????? («царственный», позднее Амелий называл его ???????? «царь» Porph. V. Plot. 17, 6-16; ср. заглавие Porph. V. Pyth.: ?????? ? ???????? ????????? ????). В Афинах П. получил образование в духе среднеплатони-ческого объединения философии и общеобразовательных штудий.     Ученый-эрудит, склонный к филологии и истории и влекомый к философии, П. летом 263 приезжает в Рим, где входит в кружок Плотина и постепенно осваивает новые для него подходы. В частности, П. не сразу вместил учение Плотина о том, что умопостигаемое не вне ума: П. осваивается с этой основной для всего последующего платонизма установкой только после специальных разъяснений Амелия, написанных по поручению Плотина (Ibid. 18, 10-19). П. становится одним из самых активных членов плотиновского кружка: ему доверяют сочинения Плотина и защиту его взглядов. П. пишет по просьбе учителя опровержение ритора Диофана, доказывавшего в качестве апологии платоновского Алкивиада из «Пира», что ради научения добродетели следует допустить плотскую близость с наставником (Ibid. 15, 6-12); отвечает Евбулу, диадоху Афинской школы, по поводу его толкования некоторых платоновских вопросов (15, 18-21); доказывает, что т. н. книга Зороастра подложная, сочинена недавно и выдает мнения современных гностиков за древнее учение зороастризма (16, 14-18).     В 268 П. переживает глубокую депрессию, по совету Плотина уезжает на Сицилию и обосновывается в Лилибее. Он поддерживает отношения с Плотином до смерти последнего и получает все его записанные сочинения. Он также в переписке со своим первым наставником - Лонгином, который, находясь при дворе царицы Зенобии в Пальмире, приглашает ок. 271 П. приехать к нему (19, 4-34). П. много путешествует: какое-то время живет в Карфагене, ездит на Восток. Возвратившись в Рим, открывает свою собственную школу, в которой потом будет учиться Ямвлих. Уже будучи в преклонном возрасте, П. женится на вдове своего друга Марцелле (если только не следует считать «Послание к Марцелле» протрептиком, использующим в качестве литературного приема вдовицу Марцеллу с ее семью детьми -пятью дочерьми и двоими сыновьями - в качестве персонификации души, пяти чувств, рассудка и ума), но совместной жизни предпочитает долгое путешествие (см. предисл. в изд. Ad Marcellam - Des Places 1982, p. 89). В этот же период П. издает сочинения Плотина в виде так называемых «Эннеад» (девяток), в которых он хотел видеть Библию языческого интеллектуализма. Придав изданию систематический характер, П. предварил его «Жизнью Плотина», в которой явные приметы «житийной» литературы (подчеркнутый аскетизм Плотина, его прозорливость, божественная природа души, превосходящая не только человеческий, но и демонический ранг, чудесное одоление недоброжелателей, наконец, оракул Аполлона, рисующий загробное блаженство Учителя) соседствуют со сведениями, которые можно считать историческими: на основании рассказов самого Плотина и своих личных воспоминаний П. излагает некоторые факты биографии учителя, описывает черты его характера, ближайшее окружение, особенности преподавания в школе, а также указывает два списка сочинений Плотина: согласно систематическому порядку своего издания (V. Plot. 23-25) и согласно хронологии записи произведений самим Плотином (4-6).     Вероятно, среди причин отъезда П. на Сицилию было и его несогласие с рядом установок Плотина, в частности, с его антиаристотелизмом. Поэтому в ходе самостоятельных занятий философией П. комментирует несколько сочинений Аристотеля («Категории», «Об истолковании», «Первую Аналитику»; «Физику»; XII кн. «Метафизики» - Simpl. De Caelo 503, 34; 506, 13), а также пишет «Введение к Категориям» Аристотеля (или «О пяти общих понятиях», т. е. о роде, виде, отличительном, существенном и случайном признаке, - текст, оказавшийся в Средние века одним из главных руководств логике Аристотеля). П. исходит из того, что школы Платона и Аристотеля суть одна школа и не разделяет критического отношения своего учителя к аристотелевским категориям. Плотин, по мнению П., подобно многим другим философам, ошибочно видел в категориях способы бытия вещей, тогда как они всего лишь «значимые звуки» (?????????? ?????, In Cat. 57, 6), посредством которых мы высказываемся о вещах. П. убежден: если ограничивать аристотелевскую теорию категорий областью логики и семантики, ее следует признать истинной.     Помимо этого П. комментирует «Начала» Евклида (повлиявшие на Прокла, который, в частности, использует Порфириеву редакцию «Каталога геометров») и «Гармонику» Клавдия Птолемея, что свидетельствует о его интересе к математическим дисциплинам, вошедшим начиная с пифагорейцев в поле зрения философии. П. пишет также «Историю философии», доведенную до Платона включительно, из которой помимо фрагментов дошла «Жизнь Пифагора», где П. подчеркивает педагогический момент и рационалистическую ориентацию в деятельности пифагорейской школы. П. принадлежала также «Всемирная хроника» (от падения Трои до 270 н. э. - года смерти Плотина), фрагменты которой содержатся у Евсевия и Синкелла (cM.:FGrHIIB,n°269).     П. испытывает настоятельную потребность опереть свое философствование на священный текст: эту тенденцию отражает сочинение «О пещере нимф» (???? ??? ?? ??????? ??? ?????? ??????) - аллегорическое толкование пещеры нимф, описанной в «Одиссее» (Нош. Od. XIII 102-113), решительно отличающееся от обычных школьных «Гомеровских вопросов», поскольку вместо учебных схолиев и глосс к тексту Гомера П. предлагает разуметь под гомеровским образом развернутую картину платонического универсума; а также небольшой трактат «О философии из оракулов» (???? ??? ?? ?????? ??????????), в котором он пытается толковать загадочные изречения греческих и египетских богов в духе платоновской философии. П. первым ввел в поле зрения школьного платонизма «Халдейские оракулы» и положил начало философской интерпретации этого текста, отождествив верховное божество халдеев, именуемое Отцом, с плотиновским Единым (Damasc. De Princ. I, 86, 8), а «расположенную посередине отцов» (fr. 51 Des Places) Гекату - с умной жизнью, которая одновременно объединяет и разделяет в божественном Уме его умопостигаемый и мыслящий аспекты. П. толкует платоновские тексты («Кратила», «Федона», «Софиста», «Государство», «Филеба», «Тимея», «Парменида»), и сама мысль издать сочинения своего учителя Плотина в виде «Эннеад» отражает его потребность в авторитетном тексте как опоре для философствования.     Само обилие толкуемых текстов свидетельствует о том, что П. вел активную педагогическую деятельность. Одним из его учеников был Ямвлих, в отношениях с которым проявилась специфика интеллектуалистской позиции П.: П. не отрицал форм народной религии, роли оракулов, традиционных форм религиозного культа, признавал божественность Пифагора, Платона, Плотина, но ему был чужд безоглядный пафос Ямвлиха-теурга, замыкавший платоновскую школу в рамках языческого политеизма и закрывавший ее диалог с христианством. Хотя для самого П. этот диалог вылился в яростную полемику, выразившуюся в трактате «Против христиан», его открытость (как и Плотина, и всего плотиновского кружка) для христианских текстов была важной приметой уже ушедших тенденций платонизма предшествующего периода.     Судя по немногочисленным сохранившимся фрагментам, трактат «Против христиан» состоял из 15 книг. В них П. подверг детальному критическому разбору тексты Ветхого и Нового заветов. Обширная эрудиция, прекрасная осведомленность в истории евреев, знакомство с христианской и иудейской литературой позволили ему предвосхитить некоторые выводы современной библейской критики. В частности, он установил, что Книга пророка Даниила была написана около 160 до н. э. при македонском царе Антиохе Епифане, а Моисеево Пятикнижие составлено спустя 1180 лет после Моисея Ездрой и его окружением. В содержательном плане критика П. выявляла принципиальные расхождения между неоплатонизмом и христианством по вопросу о вечности мира, соотношении веры и разума, воскресении тел и воплощении. Напр., против христианского представления о будущем преображении «образа мира сего» П. выдвигал следующий аргумент: Творец не может изменить образ мира ни в лучшую, ни в худшую сторону, потому что, если Он изменит мир к лучшему, на Него падет обвинение в неспособности придать миру в момент его сотворения наиболее подходящий для него образ, а если к худшему, то Творец заслуживает осуждения как не благой (fr. 34 von Harnack). Также абсурдна, по мнению П., и вера христиан в воскресение тел, поскольку если воскресшие тела будут напоминать прежние земные и продолжат претерпевать изменения, то не смогут существовать вечно (Aug. Ер. 102,49), если же души людей получат совершенно новые тела, состоящие из более тонкой материи, то такое «воскресение» нельзя будет считать подлинным, ибо воскреснуть может только умершее (fr. 35). Но главным объектом критики П. было христианское учение о воплотившемся и страдавшем Боге, противоречившее общепринятому в платонизме представлению о бестелесности и бесстрастии божества (fr. 77, 62). Сам П. был склонен считать Христа не Сыном Божиим, но благочестивым и мудрым мужем, «душа которого, как и души других праведников, обрела после кончины бессмертие» (De philos. 180, 17). П. обращает критику и против самих христиан, считая, что содержание Священного Писания не согласуется с их учением и образом жизни. Ни эллины, ни варвары, христиане проповедуют совершенно новое учение, отвергаясь отеческих богов (fr. 1 Harnack). Враги истины, они подобны злокозненным софистам, измышляющим то, чего нет, и приписывающим своему Учителю то, чего он не совершал и чему не учил (fr. 7).     Существуют разные взгляды на датировку этого сочинения П.; в частности, согласно Barnes 1973, р. 424^42, соч. «Против христиан» было написано после «Жизни Плотина», т. е. в начале 4 в., что, скорее всего, должно предполагать его связь с гонениями против христиан при имп. Диоклетиане. Книга П. вызывала многочисленные опровержения со стороны христианских теологов. С ответными работами выступили Мефодий Тирский, Евсевий Кесарийский, Аполлинарий и Филосторгий. В 448 императорским указом все имеющиеся списки трактата «Против христиан» подлежали уничтожению, и в результате от огромного труда П. почти ничего не сохранилось.     Следствием интереса П. к религии стал и небольшой трактат «Об изваяниях» (???? ?????????), в котором раскрывалось символическое значение античного религиозного искусства, а также сохранившееся у Ямвлиха (De Myst. I—II) и Августина (Civ. D. X 9, 10) «Письмо к Анебону», вымышленному египетскому жрецу, в котором П. с позиций платоновской философии критикует традиционные представления о богах и высказывает определенные сомнениями по поводу языческой ритуальной практики и теургии. В частности, он задается вопросом: на каком основании принято делить высшие существа на богов и демонов? Если допустить, что боги обитают на небе, а демоны — в воздухе, то бестелесное окажется ограничено определенным местом в пространстве, что невозможно (Ad Anebon. 1, 2а). Если же допустить, что только боги бестелесны, а демоны обладают телами, то почему Луну, Солнце и другие планеты принято почитать как богов, хотя они тела? Если же различие между ними в том, что боги бесстрастны, демоны же могут подвергаться воздействиям, то почему и богам приносят жертвы, обращают к ним молитвы и заклятия? (Ibid. 1, 2с) Впрочем, П. все же допускал, что теургия и исполнение религиозных обрядов могут способствовать очищению души и приносить пользу тем, кто только приступил к занятиям философией.     Метафизика П. и его учение о душе представлены в следующих сочинениях: 1) «Подступы к умопостигаемому» (??????? ???? ?? ?????, лат. Sententiae ad intelligibilia ducentes) - собрании из 44 афоризмов, посвященных проблеме разграничения телесного и бестелесного; в целом это произведение не является оригинальным, развивая основные идеи философии Плотина; 2) «Разнообразные исследования» (???????? ????????), сохранившихся у Немесия Эмесского и Прискиана; 3) анонимный комментарий к «Пармениду», приписываемый П. после исследований П. Адо, атрибуция которого оспорена М. Тардье.     В первых двух произведениях, так же как и в трактате «О воздержании от животной пищи» (???? ??????), видна этическая направленность философии П.: спасение души достижимо путем отвращения от тела, очищения души, возвращения к уму (нусу) и уподобления божеству. Это возвращение обеспечено тем, что приобщение к божеству, под которым П. понимает божественный ум, происходит не пространственно и телесно, но в «гносисе», в знании. Для «знающего» бог рядом, а для незнающего он, присутствуя во всем, отсутствует.     Душу ничто не отделяет от Бога, поскольку она, как и любая другая бестелесная сущность, «находится везде и нигде» (Sent. 27). Всякий раз, когда душа мыслит интуитивно, она в уме, а когда начинает рассуждать, то возвращается к своей собственной природе. Точно так же душа может действовать и с помощью телесных органов - в этом случае говорят, что она находится в теле. Однако думать, будто тело удерживает душу наподобие клетки или темницы, неверно. Душа сама удерживает себя в этом мире до тех пор, пока привязана к нему (Sent. 7, 8, 28). Поэтому естественная смерть не обязательно освобождает ее от влияния тела. Душа может спуститься даже в Аид, если продолжит отождествлять свою деятельность с «телесным призраком», т. е. пневматической оболочкой, которую она приобретает при нисхождении сквозь планетные сферы (Sent. 29). Подлинного освобождения душа достигает только через бесстрастие и возвращение к себе. Это та смерть, к которой готовят себя философы (Sent. 9).     Сохраняя тройственную схему плотиновского универсума (Единое, Ум и Душа), П. обнаруживает устойчивую тенденцию избегать абсолютизации границ между ипостасями и подчеркивать их взаимную проницаемость. Если признать, что комментарий на «Парменида» выражает позицию, близкую П., эту тенденцию можно усмотреть в некоторых его формулировках учения о едином. Так, автор трактата утверждает, что единое не может быть признано ни тождественным уму, ни отличным от него, потому что тождество и различие, подпадающие под категорию отношения, подразумевают определенные ограничения и, значит, могут быть применимы только к следствиям единого, но не к нему самому (In Parm. 3, 1-9, 33-35). Описывая единое в отрицательных терминах как не-сущее и немыслимое, не следует думать, будто ему чего-то недостает. В действительности все сущее -ничто по сравнению с ним, оно же обладает бытием в подлинном смысле слова (In Parm. 4, 19-22). Комментируя вторую гипотезу платоновского «Парменида», наш комментатор задается вопросом, откуда берется бытие, через причастность которому единое этой гипотезы оказывается единым-сущим? Источником этого бытия служит само первоединое, поскольку оно представляет собой как бы «идею бытия» или «абсолютное бытие» (12, 27-34). В результате единое оказывается одним из моментов ума, а точнее, даже самим умом в стадии ???? - пребывания, когда его мыслящий аспект еще не отличается от мыслимого (13, 34—14, 5). Неоплатоники после Ямвлиха резко критиковали за такое учение о первоначале именно П., поскольку оно, по их мнению, уничтожало трансцендентность и абсолютную непостижимость единого (см. Damasc. Princ. I, 86, 3).     Та же тенденция подчеркнуть прозрачность границ между ипостасями прослеживается и в психологии П., поскольку он считал душу полноправной участницей умопостигаемого мира и, в отличие от Плотина, даже приписывал демиургические функции высшей части души, а не уму. П. также отрицал субстанциальные различия между душами богов, демонов, людей и животных.     У П. по сравнению с Плотином расширена иерархия добродетелей: отмечая, что уподобление божеству произойдет только благодаря добродетели, потому что только она влечет человека к горнему и она - главное после Бога, хотя сам Бог — выше добродетели (Ad Marc. 16, 2-4), П. (Sent. 32, 1-139) наряду с политическими (32, 6-14), катартическими (15-55) и теоретическими (55—62) добродетелями признает также парадигматические добродетели (63-70), свидетельствующие о полной приобщенности души к уму, а вернее — о полной отрешенности ума даже от души (4—5). П. ведет речь все о тех же платоновских добродетелях «Государства», но рассматривает их в разных аспектах и на разных бытийных уровнях. Политические, или гражданские добродетели суть умеренность страстей и следование рассуждению должного в делах ради того, чтобы общество и его члены не терпели вреда: такова разумность в рассуждениях, мужество в переживаниях, здравомыслие в согласовании вожделений и разумного начала, и справедливость в подобающем применении прочих добродетелей в вопросах управления и подчинения; эти добродетели украшают смертного человека, оберегают его от зла, причиняемого неумеренными страстями, и являются предвестниками катартических, или очистительных добродетелей, отвлекающих душу от здешнего и предполагающих, что душа больше специально не занимается тем, что связано практической деятельностью, неизбежно связанной с телом и его аффектами. Очистительные добродетели делятся на две разновидности: низшие позволяют душе очиститься от дольнего и от того зла, которое поражает самое душу, их цель в том, чтобы душа стала чистой; но эта чистота не есть самоцель, и потому добродетели души чистой возникают уже по обращении ее к уму и оберегают ее от того, чтобы вновь скатываться вниз, оставляя умозрение. Это уже теоретические (созерцательные, умозрительные) добродетели, характеризующие душу, целиком преданную уму: мудрость и разум здесь состоит в созерцании того, чем обладает ум; справедливость - в следовании уму и в сообразной уму деятельности; здравомыслие - в обращенности к уму; мужество - в бесстрастии по образцу созерцаемого ума. Парадигматические (образцовые) добродетели суть бытийные образцы для всякой теоретической деятельности: мудрость - знающий ум, разумность - мысль, здравомыслие - обращенность к себе, мужество - тождественность и пребывание самим собой по избытку силы.     П. оказал большое влияние на позднейший платонизм, как языческий (Ямвлих), так и христианский: знакомство с ним на Востоке было инициировано обильно цитирующим его Евсевием; на Западе под его влиянием находится переводивший его Марий Викторин (и через него — Августин), а также Макробий и Боэций.     Соч.: Opuscula selecta. Rec. A. Nauck. Lipsiae, 1886 (repr. Hldh., 1963); 1) «Введение к Категориям»: Isagoge et In Categorias commentarium. Ed. A. Busse. В., 1887 (СAG IV. 1); Isagoge. Texte grec, translatio Boethii, trad, par A. de Lib?ra, introd. et notes A. Ph. Segonds. P., 1997; Porphyry´s Introduction. Tr. with comm. by J. Barnes. Oxf., 2003 (АСА); 2) «Комм, на Категории»: Porphyry. On Aristotle Categories. Tr. by S. K. Strange. L.; Ithaca, 1992 (АСА); 3) «Подступы к умопостигаемому»: Sententiae ad intelligibilia ducentes. Ed. E. Lamberz. Lpz., 1975; 4) «О воздержании от животной пищи»: De l´abstinence. T. 1-2 (liv. 1-3). Texte et. et trad, par I. Bouffartigue. T. 3 (liv. 4). Par M. Patillon et A. Ph. Segonds. P., 1977-1979; 5-6) «Жизнь Пифагора», «Письмо к Марцелле»: Vie de Pythagore. Lettre ? Marcella. Texte et. et trad, par ?d. Des Places, S. J. avec un appendice d´A.-Ph. Segonds. P., 1982; Porphyry´s Letter to His Wife Marcella Concerning the Life of Philosophy and the Ascent to the Gods. Tr. by A. Zimmern. Grand Rapids, Mich., 1989. 7) «Жизнь Плотина»: Porphyre. La vie de Plotin. Ed. L. Brisson, M.-O. Goulet-Caz? et al., pref. de J. P?pin. T. 1-2. P., 1982-1992; 8) «О пещере нимф»: The Cave of the Nymphs in the Odyssey. Rev. text with tr. by Seminar Classics 609. Buffalo, 1969; 9) «Гомеровские вопросы»: The Homeric Questions. Ed. and tr. by R. Schlunk. N. Y, 1993; 10) «Комментарий к Гармонике»: Porphyrios Kommentar zur Harmonielehre des Ptolemaios. Hrsg. v. I. During. G?teb., 1932; 11) «Введение в Четверокнижие»: Introductio in Tetrabiblum Ptolemaei. Ed. A. Boer, S. Weinstock. Brux., 1940, p. 187-228 (CCAG V, 4); 12) «Письмо к Анебону»: Lettera ad Anebo. A cura di A. R. Sodano. Nap., 1958; 13) фрагменты: Porphyrii philosophi fragmenta. Ed. A. Smith. Lpz., 1993; [Porfiriil] Commentarium in Platonis Parmenidem. Ed. A. Linguiti, - CPF, III: Commentarii. Fir., 1995, p. 63-202; 14) «Комментарий на Тимей»: In Platonis Timaeum commentariorum fragmenta. Ed. A. R. Sodano. Nap., 1964; 15) ???????? ????????. Ed. H. D?rrie. M?nch., 1959; 16) «Против христиан»: Porphyrios. Gegen die Christen. Hrsg. v. A. von Harnack. В., 1916; Porphyry Against the Christians: The Literary Remains. Tr. by R. J. Hoffmann. Guildford, 1994; 17) «Об изваяниях»: IJepi ?????????. Ed. J. Bidez, - Bidez J. Vie de Porphyre le philosophe n?o-platonicien. Lpz., 1913 (repr. Hldh., 1964), p. 1-23. Рус. пер.: Порфирий. Против христиан (1935). Пер. А. Б. Рановича, - Ранович А. Б. Первоисточники по истории раннего христианства. Античные критики христианства. M., 19902, с. 354-391; Введение к «Категориям». Пер. А. В. Кубицкого, - Аристотель. Категории. С приложением «Введения» Порфирия. М., 1939; Жизнь Пифагора; Жизнь Плотина. Пер. М. Л. Гаспарова, - Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1986, с. 416^26, 427-440; О пещере нимф. Пер. А. А. Тахо-Годи, - ЛОСЕВ, ИАЭ VII. Последние века. Кн. 2, 1988, с. 383-394; Отправные положения к упомостигаемому (фрагменты). Пер. В. В. Петрова, -ИФЕ´95, 1996, с. 233-247; О воздержании от мясной пищи. Пер. В. Б. Черниговского. -Человек, 1994, 1-6.     Лит.: Bidez J. Vie de Porphyre le philosophe n?oplatonicien. Lpz., 1913 (repr. Hldh., 1964), p. 1-23; ENTRETIENS 12. Porphyre. Huit Exposes suivis de Discussions. Vandv.; Gen., 1966; Theiler W. Porphyrios und Augustin, - Forschungen zum Neoplatonismus. В., 1966, S. 160-248; HadotP. Porphyre et Victorinus. Vol. 1-2. P., 1968; Barnes T. D. Porphyry Against the Christian: Date and Attribution of the Fragments, - JThS 24, 1973, p. 424-442; Smith A. Porphyry´s place in the neoplatonic tradition. The Hague, 1974; Deuse W. Untersuchungen zur mittelplatonischen und neuplatonischen Seelenlehre. Mainz, 1983; Smith A. Porphyrian Studies since 1913, - ANRW II 36, 2, 1988, S. 717-773; Dombrowski D. A. Porphyry and Vegetarianism, - Ibid., S. 774-791; Strange S. K. Plotinus, Porphyry and the Neoplatonic Interpretation of the «Categories», - Ibid., S. 955-974; Corrigan К. Amelius, Plotinus and Porphyry on Being, Intellect and the One, - Ibid, S. 975-993; Evangeliu C. Aristotle´s Categories and Porphyry. Leiden; N. Y., 1988; HadotP. The harmony of Plotinus and Aristotle according to Porphyry, - Aristotle Transformed. Ed. R. Sorabji. L., 1990, p. 125-140; Ebbesen S. Porphyry´s legacy to logic: a reconstruction, - Ibid., p. 141-172; Beatrice P. F. Le trait? de Porphyre contre les chr?tiens. L´?tat de la question, - Kernos 4, 1991, p. 119— 138; Madec G. Augustin et Porphyre. Ebauche d´un bilan des recherches et des conjectures, -Sophies Maietores, M?langes Jean P?pin. P., 1992, p. 367-382; Hadot P. Plotin, Porphyre -etudes n?oplatoniciennes. P., 1999; Chase J. M. ?tudes sur le commentaire de Porphyre sur les «Cat?gories» d´Aristote adress? ? G?dalios. P., 2000; Karamanolis G. E. Plato and Aristotle in Agreement? Platonists on Aristotle from Antiochus to Porphyry. Oxf., 2006, p. 243-330; Karamanolis G. E., Sheppard A. (edd.). Studies on Porphyry. L., 2007; ЛОСЕВ, ИАЭ VII. Последние века. Кн. 1, 1988, с. 15-120.     С. В. МЕСЯЦ, Ю. А. ШИЧАЛИН

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Античная философия. Энциклопедический словарь